В фольклорных быличках – существо, обитающее в подполе, нравом злое и драчливое. Чтобы увидеть его, надо спуститься на три ступени по лестнице, ведущей в по́дпол, нагнуться и поглядеть промеж ног. Если о нём не вспоминать и не произносить его имени, он никогда не объявится. А если упомянуть, он может вылезти из подпола и выгнать хозяев из избы.
Жили старик и старушка в низенькой избушке.
Однажды засорилась печная труба, не горят, дымят в печи дрова. Полез старик на крышу, трубу прочищать. Сделал работу да выпачкался-вымазался весь в саже. Заходит в избу. Старуха увидала и говорит:
– Ой, страхолюдище!
Вдруг из тёмного угла голос:
– Зачем меня звали?! Зачем по имени называли!?
Старик услышал голос, спрашивает:
– Ты кто такой, в избушке чужой?
Голос говорит:
Я, Страхолюдище,
Страшное чудище!
Из угла выйду,
Кровь вашу выпью,
Косточки погложу
И в избушке поживу.
Испугались старик и старушка. Убежали во двор из избушки. Сели у порога, горюют. Думают, как им быть, у кого защиты просить. Старик говорит:
– Батюшка Домовой, прогони из избушки Страхолюдище!
Из-под порога голос отвечает:
– Я, Домовой, обхожу Чудище-Страхолюдище стороной. Он зубами скрипит, костями гремит, глазами сверкает, меня пугает.
Старуха просит:
– Собака, собака, ты первая в драке! Прогони из избушки Страхолюдище!
Собака отвечает:
– Я, собака, натерпелась от Чудища-Страхолюдища страха! Он, как змея, шипит, клыками, как крюками, шевелит, мохнатой лапой с когтями мне грозит.
А из избушки голос:
Я, Страхолюдище,
Страшное чудище!
Из угла поскачу,
Защиплю, защекочу!
Лучше уходите
И меня не злите!
Ещё больше загоревали старик и старушка. Сидят у порога в избушку, не знают, как им быть, у кого защиты просить.
Вдруг скачет блоха, спрашивает:
– О чём, старик и старушка, горюете?
– Как нам не горевать? – отвечают они. – Забрался Чудище-Страхолюдище к нам в избушку, не знаем, как его из дома выжить.
– Я помогу!
– Куда тебе, такой маленькой, нам помочь, – говорят они блохе. – Вон сам Домовой испугался, под порог забрался, и собака натерпелась страха.
Блоха ускакала. Летит пчёлка, спрашивает:
– О чём, старик и старушка, горюете?
– Как нам не горевать? – отвечают они. – Забрался Чудище-Страхолюдище к нам в избушку, не знаем, как его из дома выжить.
– Я помогу!
– Куда тебе, такой маленькой, нам помочь, – говорят они пчёлке. – Вон сам Домовой испугался, под порог забрался, и собака натерпелась страха.
Пчёлка улетела. Бежит мышка, спрашивает:
– О чём, старик и старушка, горюете?
– Как нам не горевать? – отвечают они. – Забрался Чудище-Страхолюдище к нам в избушку, не знаем, как его из дома выжить.
– Я помогу!
– Куда тебе, такой маленькой, нам помочь, – говорят они мышке. – Вон сам Домовой испугался, под порог забрался, и собака натерпелась страха.
Мышка побежала за блохой и пчёлкой вприпрыжку.
Улёгся в избушке Страхолюдище на подушки, загребает мохнатой лапой капусту из кадушки, заедает горбушкой.
Вдруг прискакала блоха, принялась щёлкать Чудище в глаза.
Прилетела пчёлка, залетела ему в ухо ловко и давай жалить.
Прибежала мышка, забралась ему в подмышку, начала хвостом махать, Чудище щекотать. Испугался Страхолюдище, кричит:
– Кто в глаза мне лезет-щелкает?! Кто меня в ухе кусает?! Кто меня щекочет и пугает?!
Бросился Чудище-Страхолюдище бежать из избушки. Зацепился ногой за лавку и упал в кадушку. Покатился в ней за порог, отбил себе бок. Кадушка через камень – скок, выдрала у Чудища бороды клок. Покатилась кадушка дальше и в болото упала, в топь. Не стало страшного Чудища-Страхолюдища.