Была пятница, последний день рабочей недели. Охранники, как обычно, второй электричкой ехали на смену, и, как обычно, полтора часа дороги играли в карты. Народ в вагоне в основном спал, досматривая те сны, которые не успели досмотреть дома в постели. Их периодически будили бродившие по вагонам продавцы товара, которые громко, иногда даже в громкоговорители, рекламировали продаваемый ими товар. Товар этот, в большинстве своем, был некачественным, но цена была привлекательная, тем более, что продавцы всегда говорили, что в магазине такой товар стоит намного дороже, да и инфляция просто зашкаливала, за месяц деньги обесценивались в два раза, и за этот месяц деньги нужно было куда-то потратить, иначе они просто пропадут, поэтому некоторые пассажиры этот товар покупали, хотя радом сидящие и говорили им, чтобы не покупали. Многое из купленного таким образом, потом выбрасывалось на мусорку. Так одним из охранников был куплен стеклорез. Почти такой же как обычный, с колесиком для резки стекла, только еще с трубочкой, в которую заливался керосин, поступающий к колесику. Продавец наглядно демонстрировал чудесные свойства этого стеклореза. Он легонько проводил колесиком по куску стекла и после этого легко разламывал его пополам. Потом проводил колесиком в пяти или семи миллиметрах от края стекла, и опять легко пальцами отламывал эту полоску, ровненькую и аккуратную. Соблазнившись на такие чудеса, охранник и купил этот стеклорез. Ему продали конечно не тот, который демонстрировали, а другой. Так вот, этот другой, вообще ничего не резал, хотя человек, купивший его, не был новичком в этом деле, и прекрасно резал стекла обычным стеклорезом. Другой охранник купил универсальные ножницы, которые прекрасно резали как бумагу, так и железо. Демонстрируя товар, продавец кончиками ножниц разрезал бумагу, а затем, той частью ножниц, которая находится ближе к центральному винту, разрезал медную монету. Продали, естественно, не демонстрационные ножницы, а другие, которые, как выяснилось позже, вообще ничего не резали.

Пару раз за поездку проходили попрошайки, собирающие деньги на билет домой или на лечение ребенка. Многие люди им подавали, кто сколько может, но только не охранники, которые видели этих попрошаек здесь уже несколько лет подряд, и точно знали, что им никуда не нужно ехать, и никого не нужно лечить, таким способом они просто деньги зарабатывают, причем зарабатывают гораздо больше, чем люди, подающие им деньги.

Ни одна поездка не обходилась и без вагонных артистов. Одни играли на гармошке или баяне, другие играли на гитаре и пели, третьи просто пели, четвертые пели под магнитофон. В общем, разнообразие здесь было полное. Тем, которые пели хорошо и долго, хорошо и платили, они ведь трудились, а не просто деньги собирали. Тем, которые спев при входе в вагон только одну песню шли собирать деньги, давали деньги редко — какой труд, такая и плата. Пассажиры очень хорошо платили группе воинов-афганцев, состоявшей из трех человек, одетых в форму десантников, из которых один был на костылях. Они с большим чувством пели военные афганские песни, причем пели по несколько песен. К ним относились как к людям, прошедшим войну, а теперь оставшимся без средств к существованию. И все у этой группы было хорошо, пока однажды эта группа не вышла из вагона на промежуточной станции, наверно с целью пересесть на встречную электричку. Вот здесь инвалид с костылями и допустил промашку, он взял костыли подмышку, и спокойно пошел по перрону, а люди из окон тронувшейся электрички наблюдали эту картину. Слух об этом быстро распространился по электричкам, и щедрые сборы у этой группы закончились. Теперь на них смотрели как на ряженых, косящих под афганцев.

Играющих в карты от игры отвлекло объявление по электричке, что на платформе «Красный текстильщик» электричка останавливаться не будет. Об этом видимо уже не один раз объявляли, просто они этого не слышали. Придется ехать до платформы «Каланчевская», а уже оттуда добираться до Бирюлево. Так можно и на работу опоздать. Хорошо если успеют на свой служебный автобус, который возит рабочих от метро. Но еще и не факт, что в этом автобусе для них найдется место. Им не повезло, служебный автобус был переполнен, и втиснуться в него не удалось. Пришлось идти на другую сторону моста, на остановку рейсового автобуса. Теперь на работу точно опоздают. На мосту стоял вооруженный автоматами полицейский патруль, следствие событий 11 сентября в Америке, который выборочно проверял пешеходов. Подозрительным показался им и охранник Сергей, который нес в руках приличной величины тяжелый сверток с проволокой цветных металлов, которую он собирался сдать в пункт приема металла и заработать немного не подконтрольных жене карманных денег. Другие охранники попытались вступиться за Сергея, но полицейские предупредили, что если они будут вмешиваться, то задержат всех. Пришлось уезжать без него. А Сергей приехал на работу через два часа, весь цветмет у него, естественно, отобрали. Вот так неудачно началась эта смена. Дальше, правда, все шло нормально. И от начальства не сильно влетело за опоздание на работу, и весь день прошел без происшествий. К восемнадцати часам вечера практически все работы на складах были закончены, склады сданы под охрану, и рабочие уехали домой. Почти все автомашины Росервиса и Эмборга из рейсов вернулись. В ночную смену остались работать только работники пекарни, и кондитерского цеха, в котором изготавливали торты. А торты здесь делали замечательные, особенно такие, как «Черный лес» и сырные. На все праздники работники Бирюлево заказывали торты только в своем цехе. Те торты, которые продавались в магазинах, тортам из своего кондитерского цеха и в подметки не годились. А торты с истекшим сроком хранения, которые возвращали из ресторанов, раздавали работникам бесплатно. За счет этих раздач охранники и попробовали все виды тортов, которые производились в этом цехе. Всеобщее признание, как самый вкусный, получил торт «Нью Чиз». Это действительно было объедение, а не торт.

Последним, когда уже стемнело, прибыл из рейса автомобиль ЗиЛ-130 из фирмы «Эмборг». Его водитель, угрюмый и неразговорчивый мужик Виталий, поставил автомобиль на место, и чертыхаясь, и кого-то громко ругая, пошел переодеваться. Охранник автопарка осмотрел автомобиль, убедился, что на нем нет видимых повреждений, и тоже ушел в свой вагончик, стоявший на входе в автопарк. Вечером дежурный электрик Валерий сделал обход своих объектов, посмотрел в комнате старшего смены телевизор, и лег спать. Ночь прошла нормально, везде было тихо и спокойно. Утром, несмотря на то, что была суббота, приехал водитель ЗиЛа Виталий, и заведующий складом Эмборга. Им нужно было срочно отправить какой-то товар в один из ресторанов. Виталий не стал переодеваться, и сразу пошел заводить машину. Через пять минут он вернулся, и сообщил, что его машину ночью изуродовали, порезали все тормозные шланги возле колес. Без тормозов ехать в рейс он не мог. Доложили о происшествии по команде, и Виталий уехал домой.

Это было явное вредительство, но зачем и кому это понадобилось? На эти вопросы ответа не было. Кому хотели насолить? Эмборгу, водителю, или охране? И кто? На базе ведь никого посторонних не было, только охрана и дежурный электрик. Ночные смены пекарни и кондитерского цеха из здания вообще не выходили, только утром, под контролем охранника, выбросили мусор, и вернулись обратно. Охранник автопарка уверяет, что на его территорию ночью вообще никто не заходил, только вечером приходил дежурный электрик. Но ему это зачем? К Эмборгу он вообще никакого отношения не имеет. И охрану подставлять ему незачем, уже пять лет в одной смене работают, и никогда никаких конфликтов не было.

Старший смены, вместе с охранником автопарка, осмотрели порезы на шлангах. Они были неровными и рваными, сделаны явно не ножом. На одном из шлангов, немного в стороне от основного разреза, имелся еще один небольшой надрез с вырванной резиновой оболочкой, на которой сохранились вмятины, как от тупых бокорезов. Через час приехал начальник службы безопасности. Посмотрели записи с камеры видеонаблюдения, которая стоит на входе в автопарк. Поврежденная машина стоит за углом, и ее с камеры не видно, а жаль. Никого посторонних в автопарке не было. В одиннадцать часов вечера зашел дежурный электрик, и буквально через пять минут вернулся. Дежурный охранник, как и положено, раз в час делал обходы автопарка, дважды за ночь приходил с проверкой старший смены, и они делали обход вместе с охранником. И больше никого не было. Получается, что тормозные шланги могли повредить только сам охранник автопарка, или дежурный электрик.

— Будем рассуждать логически, — сказал начальник службы безопасности. — Зачем охраннику портить то, что он охраняет? Чтобы с работы выгнали? Он не будет этого делать, да и бокорезов у него нет. Остается дежурный электрик, бокорезы у него точно есть, и возможность была.

— Да не мог он этого сделать, — возразил старший смены, — он в нашей смене уже пять лет работает, и никаких претензий к нему не было. Да и зачем ему это?

— Я не знаю, зачем ему это. Может за что-то водителю мстит, может еще что-то, но ведь больше некому. Ты ведь сам говоришь, что вечером водитель парковал машину в присутствии охранника, причем припарковал он ее вплотную к стене, значит тормоза были в порядке. Кроме вас двоих заходил сюда только электрик. Так что, вывод может быть только один — возможность порезать шланги была только у него.

На следующий день электрика Валерия уволили за вредительство. Как он ни пытался убедить всех, что невиновен и этого не делал, ему никто не поверил.

Через пару недель смена опять заступила на дежурство. Был будний день, народа много, везде суета. Водители Эмборга, собравшись кучкой, что-то обсуждают, пока идет погрузка их машин. Проходя мимо, охранник автопарка слышит, что водителя Виталия спрашивают, отпустил ли его начальник на свадьбу.

— Нет, не отпустил, — отвечает Виталий, — но я все равно съездил.

— И как тебе удалось?

— Пришлось в машине немного тормоза подправить, чтобы нельзя было на выезд ехать.

— Так это ты сам шланги порезал?

— А кто же еще?

— Да, только Валерку жаль, ни за что пострадал мужик. А когда ты успел, ведь у тебя машину охрана принимала.

— А я не пошел сразу в раздевалку, а когда охранник ушел, вернулся обратно, залез под машину и перекусил шланги. Все легко и просто.

Об услышанном охранник доложил начальнику службы безопасности. Водитель Виталий тоже был уволен за вредительство. А перед несправедливо обвиненным во вредительстве и напрасно уволенным электриком Валерием никто не то что не извинился, о нем никто даже не вспомнил. Вот такая жизнь в начале 21-го века. Вроде бы уже и не бандитские девяностые, когда в жизни людей не стало ничего святого, но гниль, которую они принесли в жизнь людей, укоренилась прочно, и, наверно, еще долгое время люди не смогут от нее избавиться.