СЕКТОР ЭЛОЧАР

День ноль, План К-один-ноль

На борту «Трубного Гласа» не было огней, за исключением тусклого света от вспомогательного пульта. Головне это было на руку. Усиленная оптика ее плексиметаллической маски позволяла видеть в темноте пятна крови и электрические схемы, а тени давали ей прикрытие на случай, если окажется, что она не одна.

Бывшая охотница вошла на борт корабля после того, как последнего из раненых доставили на «Громовержец». Она все еще не осознала до конца, что ее так встревожило, и понимала, что могла искать несуществующую проблему, поддавшись приступу паранойи. В этом случае она ничего не теряла, кроме толики свободного времени. Но вдруг «Трубный Глас» каким-то образом отследили до самой флотилии? Может, поставили маячок, или внедрили шпиона, или подкупили кого-нибудь, чтобы тот сообщал о его местоположении? Она была готова и к таким вариантам. Головня была хорошо знакома со всеми чрезвычайными мерами, на которые могли пойти люди вне зависимости от пола, расы и принадлежности, чтобы достичь своих целей.

Она уже обследовала корабль на предмет маячков, но не нашла ничего, кроме трупов экипажа. Большинство, видимо, задохнулись. Некоторые сгорели. Нельзя было определить, когда система жизнеобеспечения корабля лишилась основного источника питания, — средства бортовой диагностики сильно пострадали. Чтобы разобраться в происходящем, нужен был дроид, который помог бы с расчетами, исходными данными для которых станут количество выживших и объем оставшегося кислорода. А пока в главном компьютере были и другие сведения, которые следовало изучить.

Записи журнала о гиперпрыжках не противоречили рассказам экипажа. «Трубный Глас» был легким грузовым кораблем, предназначенным для транспортировки пассажиров и грузов. Он обслуживал богатые планеты в качестве торгового судна, меняя порт приписки и названия — «Бельмо», «Осторожный Покупатель», — когда Империя начинала что-то подозревать. Возможно, название «Трубный Глас» корабль носил чересчур долго, и в результате его атаковали несколько дней назад.

В этом не было ничего удивительного или подозрительного. Команда хорошо подделывала учетные записи, но и Империя с каждым годом все лучше обнаруживала подлоги. Возможно, подумала Головня, она вовремя ушла из профессии — кому нужны охотники за головами, когда Имперская служба безопасности работает так хорошо?

Тем не менее журнал не подтвердил и не развеял ее опасений. Она попыталась открыть остальные файлы компьютера один за другим. Многие были повреждены, некоторые зашифрованы — еще работа для дроида на «Громовержце». Но у нее оставалось еще достаточно данных для работы: журналы грузовых операций, отчеты об обслуживании, список экипажа, личные дела…

Она скачала список и открыла файл капитана, сразу же узнав на фото того мертвеца, через которого перешагнула, заходя на мостик. Головня просмотрела детали — никакой биографии, только имя, возраст, название родной планеты, визы и отметки о вакцинации. Половина данных наверняка вымышленная. Она открыла следующий файл и так просмотрела все досье одно за другим, выискивая что-нибудь необычное — что-нибудь, позволявшее предположить постороннее вмешательство или какую-нибудь слабость, за которую Империя могла бы зацепиться, но не нашла ничего свидетельствующего о том, что члены экипажа «Трубного Гласа» не были всего лишь жертвами.

Добравшись до последнего досье, женщина уставилась на экран. Даже не закончив мысленное восстановление деталей нападения, она бросилась к шлюзу.

Если ты зарабатываешь себе на жизнь охотой за головами, то должен научиться выхватывать из толпы и запоминать лица. Слежка было частью этой игры, и никакие технологические приспособления — глазные импланты или умные фотолинзы — не могли сделать рассеянного наблюдательным. Головня не была экспертом по лицам, но она компенсировала это упражнениями, проходила добытые на черном рынке тесты для новобранцев полиции нижних уровней Корусанта. Она оттачивала свой разум, настраивала мышление так, пока оно не начало работать, как ей было нужно. Она редко сомневалась в своей памяти. Не усомнилась и сейчас.

Ни одно фото из тех досье не совпадало с лицами пациентов, переправленных на борт «Громовержца». Кем бы они ни были, это не экипаж «Трубного Гласа».

Она попыталась открыть канал связи с мостиком «Громовержца» через встроенный в маску комлинк, набирая код на панели шлюза и глядя, как круглые металлические двери открываются. Никакого ответа. Она вышла в шлюз, подождала, пока давление уравняется с внутренним давлением «Громовержца», и попыталась выйти на частоту своего отделения. Ответа не было ни от Гадрена, ни от Таракашки, ни от Красавчика.

Дисплей маски показывал точное время. Так она узнала, что на открытие внутренней двери требуется ровно минута, и тогда же услышала вой сирены. Вырываясь на борт «Громовержца», женщина задумалась, изменит ли что-нибудь эта минута.

На борт корабля Сумеречной роты проник враг, и Головня не успела это предотвратить.