После ухода Дэлглиша Льюкер кивнул Сиду, и коротышка молча скрылся. Льюкер дождался, пока его шаги прозвучат внизу. Лили, оставшись с глазу на глаз с боссом, не выказывала особенной тревоги. Она удобнее устроилась в потрепанном кресле слева от газового камина и уставилась на хозяина лишенными всякого любопытства, пустыми кошачьими глазами. Льюкер подошел к сейфу в стене. Она смотрела на его широкую неподвижную спину, пока он набирал на замке код. Льюкер достал пакет размером с обувную коробку, обернутый коричневой бумагой и кое-как перевязанный белой бечевкой. Положив пакет на стол, он спросил:

— Видела это раньше?

Лили не соизволила проявить любопытство.

— Ты получил его по почте сегодня утром? Пакет принес Сид. Что-нибудь не так?

— Все в порядке. Замечательный пакет! Я разок в него заглянул, но пришел он в безупречном виде. Видишь адрес? «Г-ну Л. Дж. Льюкеру, эсквайру, клуб “Кортес”». Большие буквы без всяких примет, написаны шариковой ручкой. Опознать руку затруднительно. Мне польстил «эсквайр». У меня скромное происхождение, так что отправитель несколько преувеличил, но это заблуждение разделяет мой налоговый инспектор и половина коммерсантов Сохо, поэтому мы вряд ли можем считать это ключом к разгадке. Бумага самая обыкновенная, коричневая, продается метрами в любой канцелярской лавке. Теперь бечевка. Ты заметила какие-нибудь особенности в бечевке?

Лили, уже проявлявшая кое-какой интерес к происходящему, созналась, что не находит в бечевке ничего особенного.

— Но что странно, — продолжил Льюкер, — так это количество марок. По меньшей мере на шиллинг. Значит, марки наклеили за пределами почтового отделения, после чего посылку передали сотруднику в час наибольшего наплыва посетителей, без ожидания взвешивания. Так отправитель имел больше шансов остаться незамеченным.

— Откуда она пришла?

— Из Ипсвича, отправлена в субботу. Тебе это о чем-нибудь говорит?

— Она доставлена издалека. Кстати, Ипсвич находится недалеко от места, где нашли Мориса Сетона?

— Да, это ближайший к Монксмиру город. И ближайшее место, где можно не опасаться быть узнанным. Если это отправили бы из Уолберсуика или Саутуолда, то ждать анонимности не приходилось бы.

— Что внутри?

— Открой сама и посмотри.

Лили подступила к пакету осторожно, но одновременно с показной небрежностью. Слоев оберточной бумаги оказалось больше, чем она предполагала. Внутри лежала обычная белая коробка из-под обуви, только с оторванными этикетками. Она выглядела очень старой, вроде тех, которые можно найти в глубине шкафа почти в любом доме. Лили взялась за крышку.

— Если оттуда выпрыгнет какой-нибудь мерзкий зверек, я тебя убью, Л. Дж.! Ненавижу всякие идиотские шуточки! Кстати, что за вонь?

— Формалин. Давай, открывай!

Он внимательно наблюдал за ней, в его серых глазах появился интерес, даже оживление. Наконец-то заставил ее нервничать! На секунду их взгляды встретились. Лили сделала шаг назад и, протянув руку, сбросила крышку с коробки.

Сладковатый и одновременно едкий запах подействовал на обоих как нашатырь. Отрубленные кисти на влажной ватной подкладке были сложены как бы в пародии на молитву: ладони слегка соприкасались, пальцы прижаты. Отечная кожа, то есть то, что от нее осталось, была белой как мел и мятой: фаланги, казалось, были в пальцах от перчаток, которые грозили отвалиться, как шелуха, при первом прикосновении. Плоть уже стала высыхать, ноготь правого указательного пальца отстал от ложа.

Женщина уставилась на две кисти, завороженная и полная отвращения. Потом, придя в себя, снова закрыла коробку крышкой. Коробка от нажима примялась.

— Это было не убийство, Л. Дж., клянусь! Дигби совершенно ни при чем! У него не хватило бы духу.

— Я бы тоже так сказал. Ты говоришь мне правду, Лили?

— Всю правду, до последнего слова. Пойми, он бы не смог. Весь вечер вторника он просидел в каталажке.

— Знаю, слышал. Но если это прислал не он, то кто? Вспомни, на него свалилось целых двести тысяч!

— Он сказал, что его брат умрет! — вдруг выпалила Лили. — Один раз я слышала от него такое. — Она снова уставилась на коробку.

— Рано или поздно он бы действительно помер, как же иначе, — проговорил Льюкер. — В свое время. У него ведь пошаливало сердце. Но это не значит, что Дигби прикончил его. Это смерть по естественным причинам.

Уловив в его тоне неуверенность, Лили покосилась на него и зачастила:

— Он всегда хотел партнерства с тобой, Л. Дж. Теперь у него есть целых двести тысяч.

— Пока еще нет. Вероятно, он их никогда не получит. Мне не нужен партнер-болван, хоть с капиталом, хоть без.

— Если он убрал Мориса и сделал так, чтобы это выглядело как естественная смерть, то он вовсе не болван!

— Может, и не болван. Подождем и посмотрим, удастся ли ему выкрутиться.

— А как быть… с этим? — спросила Лили, указывая кивком на мятую коробку.

— Это вернется в сейф. Завтра я велю Сиду упаковать это и отослать обратно Дигби. Кое-что мы разузнаем. Неплохо было бы приложить мою визитную карточку. Пора нам побеседовать с Дигби Сетоном.