Странно, что те, кои не имеют потомства, работают более над потомством. – Большая часть общенародных памятников возставлена была от граждан, кои, умирая без детей, хотели однакож увековечить имя свое и воспоминание их. – Так сказать сочетавшись с Отечеством, они хотели его одарить собственными своими имуществами, так как бы Отечество, которое имело все их усердие в течение жизни их, долженствовало наследовать благосостояние их по смерти их [5].

Комментарии

1. Оба отрывка сходны по мыслям со знаменитым «Последним стихотворением» Державина, сочиненным им за три дня до смерти и оставшимся записанным на аспидной (грифельной) доске на его столе в ночь кончины:

2. Cм. комментарий 1

3. Данная фраза перенесена сюда из другой главки «трактата» («О природном расположении и о навыке») по связи смысла. В последние годы Державин интересовался Никколо Макиавелли (1469–1527), известным итальянским политическим мыслителем эпохи Возрождения.

Изучение Макиавелли, к которому поэт относился резко отрицательно, вероятно, было связано с работой над «трактатом», рассматривавшим с совершенно иной точки зрения сходные вопросы. Ср. написанное в 1802 г. на Званке стихотворение «Махиавель»: «Царей наместник иль учитель /Великих иль постыдных дел!/ Душ слабых, мелких обольститель, /Поди от нас, Махиавель!/ Не надо нам твоих замашек, /Обманов тонких, хитростей <…>».

4. Смысл фразы в том, что чиновный взяточник тащит гораздо больше, чем расточительнейшая из женщин. Ср. в тяжелом, но по-своему выразительном не менее державинского переложении Тредиаковского: «Приказный человек и в делах обращающийся, весьма хищнейшую имеет руку с ящиком, нежели супруга самая расточительная».

5. Данный отрывок Державин, вполне возможно, относил и к своей судьбе – он умер бездетным. Ср. сочиненную им эпитафию «На гробы рода Державиных в селе Егорьеве»: