Входя в гостиную, О’Брайан услышал телефонный звонок.

– Ответь, – бросил он Салливану, а сам пошел прямиком к бару.

Салливан снял трубку, послушал, поморщился и взглянул на О’Брайана. Тот разбавлял виски содовой.

– Это капитан Мотли, босс. Будете с ним говорить?

Отпив полстакана, О’Брайан закурил, выхватил у Салливана трубку и сухо спросил:

– Что такое?

– Мне только что сдали рапорт. Похоже, дело нешуточное. – Голос капитана дрожал от волнения. – Убит Джонни Дорман.

Изменившись в лице, О’Брайан рявкнул:

– Что за чушь вы несете?

– Один наш патрульный в поисках Холланда забрел на набережную. Увидел его с Джонни Дорманом…

– С Джонни? Не верьте! – рассвирепев, перебил его О’Брайан. – Быть такого не может! – Он осекся, понимая, что сболтнул лишнего.

– С Дорманом, – повторил Мотли. – Поверьте, я не ошибаюсь. Мой человек остановил Холланда и получил пулю. Стрелял Дорман.

О’Брайан был уверен, что Такс выполнил приказ. «Мотли, должно быть, пьян, – подумал он. – Но нужно следить за языком. Капитану незачем знать, что Джонни лежит на дне реки в бочке с цементом».

– Их видел Адамс, – продолжал Мотли. – Так уж вышло, что он оказался рядом. Он выстрелил в Джонни, попал ему в руку. Они удрали, засели в доме на набережной. Адамс приказал оцепить весь район. Холланд ушел по крышам. Его заметили, и Адамс послал за ним наших ребят. Они наткнулись на Такса и Солли.

О’Брайан чуть не выронил трубку.

– Что-что?

– Только не спрашивайте, как эти придурки оказались на крыше, – сказал Мотли. – Они затеяли перестрелку. Уложили пятерых моих людей. Такс забрался в дом, где прятался Дорман, и пристрелил его, прежде чем до него добрались наши.

О’Брайан похолодел.

– Что случилось с Таксом?

– Мои ребята от него мокрого места не оставили, – сказал Мотли.

Выходит, Такс все запорол! Джонни ухитрился сбежать с «Уиллоу-Пойнт». Что скажет Гильда, когда увидит утренние газеты? Нужно сейчас же ехать к ней, а по пути придумать убедительную ложь. Он сам должен сообщить ей эту новость. Чертов Такс! Сдох, значит? Еще легко отделался!

– Холланда мы упустили, – продолжил Мотли. – До сих пор его ищем. А газетчики ходят за нами по пятам.

– Арестуйте Холланда, понятно? – рявкнул О’Брайан. – Это приказ!

Бросив трубку, он быстро вышел в холл. Там его ждал Салливан.

– Мне нужно уехать, – сказал О’Брайан. – Не вздумай спать, пока не вернусь!

Он побежал к гаражу, снова прыгнул в «кадиллак» и помчался к Мэддокс-корт.

Через десять минут он был на месте и уже знал, что говорить. Нужно, чтобы Гильда поверила: О’Брайан никак не связан с гибелью ее брата. Раньше он сказал, что посадил Джонни на самолет. Ну что ж: пилот обнаружил, что двигатель неисправен, вернулся в аэропорт, и Джонни улизнул. Ничего лучше О’Брайан не придумал. Оставалось надеяться, что убитая горем Гильда не станет задавать вопросов.

Ночной консьерж хорошо знал О’Брайана и бросился открывать двери лифта, едва тот вошел в вестибюль.

– Мисс Дорман у себя, сэр, – сказал он.

Хмыкнув, О’Брайан вошел в кабину лифта и взмыл на последний этаж.

«Бедняжка, наверное, уже спит, – думал он, шагая по коридору. – Главное, чтобы пережила эту новость».

Он нажал на кнопку звонка.

После паузы за дверью раздался голос Гильды:

– Кто там?

– Это Шон. Открывай, малыш.

Она открыла.

О’Брайан опешил: Гильда стояла к нему спиной, лицом к открытой двери гостиной. В руке у нее был пистолет.

– Что за дела?..

Он заглянул в комнату. В кресле неподвижно сидел бледный, перепуганный мужчина.

– Грабитель? Или кто? – спросил О’Брайан. – Дай-ка сюда. – Забрав у Гильды пистолет, он вошел в гостиную. – Итак, что здесь происходит?

– Этот человек убил Фэй Карсон, – еле слышно сказала Гильда. – Он вломился сюда без приглашения.

– Ты Холланд? – натянуто спросил О’Брайан.

– Да, – ответил Кен. – Но я ее не убивал.

– Да ну? Расскажешь это присяжным. – О’Брайан взглянул на Гильду. – Откуда он взялся?

– Мне кажется, он сумасшедший. Явился сюда в надежде спрятаться. Говорит, что Джонни ранен и что он стрелял в полицейского. И еще говорит, что ты хотел убить Джонни, а он его спас.

– Какая несусветная чушь. – О’Брайан махнул в сторону телефона. – Звони в полицию. Копы будут рады такому повороту.

– Подождите! – крикнул Кен. – Вы должны меня выслушать! – Он смотрел на Гильду. – Я слышал, как этот человек…

– Молчать! – О’Брайан направил на него пистолет. – Закрой рот или пристрелю! – И продолжил, обращаясь к Гильде: – Пусть позовут Мотли. Он все устроит.

Гильда направилась к телефону. Протянула руку к трубке и застыла: в дверь позвонили. Гильда быстро глянула на О’Брайана.

– Кого-то ждешь? – спросил он, когда звонок повторился.

– Нет.

– Вот, держи. – Он протянул ей пистолет. – И глаз не спускай с этого парня. Я посмотрю, кто там.

Он вышел в прихожую и открыл дверь.

В коридоре, руки в карманах, стоял лейтенант Адамс. Увидев О’Брайана, он остался невозмутим, хотя в душе был изрядно удивлен.

– Какого черта вы тут забыли? – проскрежетал О’Брайан.

– Холланд здесь, так? – спокойно спросил Адамс.

– Откуда вы знаете?

– Он сказал, где его искать.

О’Брайан отступил:

– Входите. Передаю его в ваше распоряжение.

Адамс прошел в гостиную, взглянул на пистолет в руке Гильды, перевел взгляд на Кена и хитро подмигнул.

– Перед вами убийца Фэй Карсон, – сказал О’Брайан. – Предъявите ему обвинение и уведите.

Адамс отрицательно покачал головой:

– Он ее не убивал.

– А я говорю, убивал! – заявил О’Брайан. – У комиссара хватит улик, чтобы взять его под стражу. Не спорьте! Предъявите обвинение и уведите.

– Комиссар получил информацию от сержанта Донована. А сержанту свойственно ошибаться. – Адамс смотрел, как Гильда кладет пистолет на комод.

– Если Говарда все устраивает, меня и подавно. Я же сказал, арестуйте этого человека!

– Он невиновен. Мне было поручено вести параллельное расследование. И я раскрыл дело. Убийца – другой человек.

– И сейчас вы скажете, что ее убил Дорман. Верно? – сердито спросил О’Брайан.

– Нет, он тоже ее не убивал.

О’Брайан раздраженно всплеснул руками:

– Проклятье! Зачем вы говорите загадками? Кто же ее убил?

– Это целая история. Факты…

– Я не желаю это выслушивать, – вмешалась Гильда. – Шон, пусть они уйдут. Мне плохо. Я должна прилечь.

– Вам будет любопытно выслушать меня, мисс Дорман, – сказал Адамс, опередив О’Брайана. – Фэй Карсон убили, потому что вы были замужем за Морисом Ярдом. Уже интересно, да?

Гильда оцепенела. Губы ее сжались в тонкую полоску.

– Что вы сказали? – вспыхнул О’Брайан. – Замужем за Ярдом? Что за чертовщина?

Гильда повернулась к нему:

– Он лжет! Не слушай его, Шон. Пусть они уйдут!

– Отрицать бессмысленно, мисс Дорман. – Адамс уселся в кресло рядом с Кеном. – Из Лос-Анджелеса только что пришел ответ на мой запрос. Тринадцать месяцев назад вы вышли замуж за Мориса Ярда. Четыре месяца жили вместе, а потом бросили его. Все записи сохранились.

Гильда с заметным усилием взяла себя в руки. Пожала плечами и отвернулась.

– Ну ладно, – хрипло сказала она. – Раз уж все записано. Но это не ваше дело.

– Нет, мое. – Адамс закинул ногу на ногу. – Ваше замужество – мотив для убийства Фэй Карсон.

Гильда взглянула на О’Брайана. Тот не двигался. Глаза его горели огнем.

– Не верь ему, Шон! Он или пьян, или спятил!

– Советую тщательнее выбирать слова, – сказал О’Брайан Адамсу.

– Завтра утром я смогу предъявить доказательства этого брака, – равнодушно сказал лейтенант. – Отрицать бессмысленно. Пустая трата времени.

О’Брайан подошел к Гильде, пристально посмотрел на нее, взял за руку:

– Малыш, это правда?

Помедлив, она беспомощно повела плечами:

– Да. Прости, что не рассказала, Шон. Сейчас я развожусь. Вышла за него по глупости. И заплатила сполна. Через месяц поняла, что он за человек. Было стыдно тебе рассказывать.

О’Брайан кривенько улыбнулся:

– Забудь. Все мы делаем ошибки. – Он похлопал Гильду по руке. – Не переживай, малыш. – Затем повернулся к Адамсу: – А вы чересчур любопытны. Суете свой чертов нос не в свое дело. Уведите этого человека, предъявите ему обвинение в убийстве Фэй Карсон. Смотрите, чтобы он не отвертелся! И хватит нести чушь, если не хотите, чтобы вас вышвырнули с работы!

Глядя в свирепые глаза О’Брайана, Адамс потер кончик тонкого носа.

– Не могу. Он ее не убивал.

– Если не он, то кто? – недовольно спросил О’Брайан.

– Разумеется, она. – Адамс кивнул на Гильду.

– Господи! – взорвался О’Брайан. – Вы за это заплатите! Я вас… – Заметив, каким стало лицо Гильды, он умолк.

Гильда побелела, как свежевыпавший снег. Ладонь взметнулась к горлу, глаза смотрели мимо О’Брайана. Он проследил за ее взглядом.

В дверях спальни, подняв мордочку, стоял палевый пекинес.