Антон Никанорович хвастался своим уловом, а Илонка всем показывала единственную рыбёшку, которую она поймала сама. Девочка настойчиво упрашивала оставить рыбку в живых и после долгих уговоров бабушка согласилась купить для неё небольшой аквариум.

Виталина развалилась на лавочке, с целью позагорать. Она то и дело переворачивалась, подставляя солнышку то один бок, то другой. К счастью, девочка сама догадалась накрыть голову смешной розовой панамкой.

Аня с Виктором удобно расположились на носу корабля. Девушка положила голову ему на плечо и устало вздохнула.

-- Так неохота возвращаться, -- молодой человек приобнял Аню. -- Здесь тихо и спокойно, не то, что в городе или на пляже.

-- Давай спрыгнем в море, там и останемся, -- шутливым тоном предложила девушка и тут же взвизгнула. -- Ай, ты чего щипаешься?

-- А что это у тебя за мысли такие суицидальные? -- нахмурился Виктор.

-- Они не... -- заметив серьёзное выражение лица, Аня смутилась. -- Ладно, извини. Я просто неудачно пошутила.

-- Больше так не шути.

-- Не буду. Обещаю.

Ещё несколько минут они просто молча плыли, пока Витя не решился нарушить молчание.

-- Ещё две недели осталось.

-- До конца отпуска?

-- Ну да.

-- Понятно, -- Аня вздохнула. -- А потом?

-- А потом домой. В Москву.

-- Ясно, -- разочарованно протянула девушка.

-- Анют, скажи честно. Тебя здесь что-нибудь держит? Дом? Работа? Что нибудь ещё?

Девушка покачала головой.

-- Абсолютно ничего.

-- Тогда почему ты не хочешь поехать со мной?

-- Я хочу. Очень хочу. Но что будет, если я тебе надоем? Или мне просто не понравится столица?

-- А если ты мне всегда будет хорошо с тобой? Если тебе понравится там жить? Что тогда? Терять такую возможность? К тому же, ты всегда можешь вернуться к себе домой. В деревню. К огороду и хозяйству.

-- Знаешь на что надавить, -- заворчала девушка.

-- А девчонки? Им в городе, среди людей и комфорта будет гораздо лучше. Каждой можно будет найти занятие.

-- Удар ниже пояса, -- снова пробурчала Аня.

Виктор засмеялся.

-- Я тебя ещё и контрольным добью, чтобы уж наверняка. Ты в курсе, что Вита мечтает заниматься спортивной гимнастикой? А Илона очень любит рисовать, хотя это тебе уже известно.

Девушка едва скрывала слёзы обиды.

-- Эй, ты чего?

-- Спасибо, что указал мне на то, что я и без тебя знала. Я плохая мать.

Виктор удивлённо посмотрел на неё. Она всерьёз обиделась? Это действительно для неё так важно?

-- Аня, то что у тебя совсем не было на них времени, вовсе не означает, что ты плохая мать. Просто невозможно успеть всё на свете. Нельзя работать на двух работах, заниматься домом, тем более хозяйством и при этом успевать ещё и детьми интересоваться.

-- А если выхода нет?

-- А если выход есть?

-- Какой? Уехать с тобой? В неизвестность?

-- Ты боишься неизвестности? Больше, чем загнуться в этой... дыре? Или тебе нравится ишачить только ради того, чтобы не помереть от голода? -- он подождал немного, но девушка не ответила. -- Решать конечно тебе, я не могу насильно привезти тебя в Москву. Но если что-то пойдёт не так, ты всегда можеть вернуться.

Аня кивнула, наконец, перестав всхлипывать.

-- Я подумаю.

Виктор снова приобнял её и не отпускал до самого приплытия.

Он попрощался с ними и отправился к себе в номер. Ещё с порога он почувствовал, что что-то не так. А что-то точно было не так.

Для начала, лёгкие комнатные тапочки Романа стояли совсем не там, где им следовало бы стоять. А потом... интересные звуки раздавались не из его номера, а из номера Виктора.

Он подошёл ближе и убедился в том, что ему это не показалось -- Роман действительно занял его номер.

-- Что это всё значит?

Виктор изо всех сил сдерживался, чтобы не рассмеяться. Забавно было наблюдать, как мечется пойманный на месте преступления его заместитель, собирающий по комнате свои личные вещи. На постели, прикрываясь простынёй, пытались спрятаться две совсем ещё молодые девчонки.

-- Вить, -- промычал он, -- я думал, тебя до вечера не будет.

-- А я тут как назло взял и припёрся. В свой собственный номер, -- он бросил на девушек испепеляющий взгляд. -- А вы чего разлеглись? Брысь отсюда!

Девчонки подобрали свои тряпочки и, сторонясь, выбежали в коридор. Роман хотел выйти вслед за ними, но его остановил грозный голос шефа.

-- А ты куда собрался? С тобой я ещё не разобрался.

-- Я девчонок проведу.

-- Сидеть, сказал! Сами выход найдут, если захотят.

Роман напялил нижнее бельё и виновато присел на край кровати.

-- Рассказывай, -- поторопил его Виктор.

-- Да что рассказывать, -- промямлил заместитель. -- Ты вышел прогуляться. Тебя долго не было. Я пошёл прогуляться, а тут такие девочки сидят. Ну, я и пригласил их, а они обе и согласились.

-- Ты хоть паспорта у этих девочек спросил? Они на малолеток похожи.

-- Да знал бы ты, какие они... -- он осёкся, увидев осуждающий взгляд начальника. -- Нет, конечно. Они же не станут носить с собой документы повсюду.

-- Эх, Рома, Рома. Нарвёшься когда-нибудь на неприятности.

Парень ухмыльнулся.

-- Как ты хоть время провёл? Ты же опять с Аней гулял?

-- Какая тебе разница? -- брезгливо поморщился Виктор. -- Вали к себе, и постель захвати. И внизу скажи, что тебе нужна новая.

Он понял, что немного переборщил и добавил.

-- Вечером расскажу. За ужином.

Роман скрылся в своем номере, прихватив с собой и простыни и только тогда Витя позволил себе рассмеяться. Вот же неисправимый кобель. Сколько раз он уже попадался под горячую руку ревнивым мужьям? И всё равно жизнь его ничему так и не научила. Ещё не хватало ревнивых отцов или не дай бог каких-нибудь братьев. Тем более здесь, на Кубани, где полно всяких кавказцев со своими тараканами в головах.

А девчонки реально смахивают на малолеток. Как бы потом статью не приписали нерадивому заместителю. И как же вовремя: ведь он собирался на некоторое время отстраниться и передать фирму в надёжные руки. Ненадолго, на месяц, а может и на пару месяцев. Пора было уже заняться и своей личной жизнью, а на это тоже потребуется некоторое время.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

А Ромка забавно смотрелся, когда пытался прикрыться тряпочкой, которая называлась шортами. Как нашкодивший ребенок. Как нашкодивший по-взрослому ребенок. Смотрел на шефа, как подросток на отца, который застукал его за неприличным занятием.

Ну, допустим, отношения у них вне фирмы не как отец-сын, а скорее как старший-младший брат. Ромку усыновили родители, когда ему было лет восемь. Самому Виктору тогда было лет десять, через неделю должно было исполниться одиннадцать. Мальчишка хоть и был избалован вниманием, но не был против такого "подарка". Всё же лучше, чем проводить свободное время со скучной няней.

А вот подарок оказался не совсем рад такой радужной перемене. На его "дрессировку" ушло немало времени. Ромка был забитым и трусливым мальчиком, которого Витя терпеливо и настойчиво приучал к нормальной жизни. Но уже через год мальчишки были неразлучны и помимо школы передвигались только вдвоем.

Конечно же, не возникло никаких сомнений по поводу того, куда идёт работать этот легкомысленный но очень умный молодой человек. В компанию старшего брата, куда же ещё.

Повзрослевший Роман вовсю отрывался на Викторе, сполна расплачиваясь за прошлое "воспитание". Бесконечные попытки спровадить братца на свидания через некоторое время начали раздражать. Тем более, что толку от них было мало. Пришлось закатить истерику, после которой Ромка на время притих. Пережив бурю, братишка перестал искать ему невест, но всё же иногда покусывал.

И вот теперь на горизонте появилась Аня. Девушка сразу ему приглянулась, как только он разглядел, куда свалился. 

Этот прыжок Виктор и вовсе никогда не забудет. Сколько раз он тренировался в бассейне, в котором иногда кроме него плавали люди, но ещё никогда он не цеплял никого даже кончиком пальца. Почувствовав прикосновение к чьей-то руке, Витя даже немного испугался. Мало ли какая реакция может быть у человека, когда он находится в воде. Испугается, захлебнется, начнет тонуть, не дай бог, конечно.

Разглядев ту, которую он зацепил, он и сам на время застыл: девушка была хорошенькой, худенький и скорее всего светловолосой. Но первое, на что Виктор обратил внимание -- это ее голубые глаза. Они смотрели на него с осуждением, а не с обожанием, как остальные девушки. Убежденный холостяк впервые почувствовал, что попал.

Там, у кафе Витя увидел её во второй раз, но она была уже не одна -- с ней были две маленькие девочки. На некоторое время он даже расстроился. Если у девушки есть дети, значит, где-то рядом мог бы быть и её муж. Но, к счастью, девочки оказались разговорчивыми и быстро успокоили его. Дело оставалось за малым: завоевать сердце Анны и уговорить её поехать с ним в столицу.

Размышления прервал стук в дверь. Роман принёс свежее постельное бельё.

-- Братишка, -- он неловко топтался на пороге, держа в руках свёрток. -- Ты извини меня, я как-то не подумал.

Виктор жестом пригласил его внутрь, намекая, что постель перестилать предстоит ему. В ожидании он присел на кресло, наблюдая как старательно расстилает простыни его заместитель, он же приёмный брат.

-- Роман Андреевич, -- начал Витя строгим, почти отеческим тоном, -- ты заканчивай с этим блудом.

Парень пробормотал что-то себе под нос.

-- Что-что? -- переспросил старший брат. -- Я тебя плохо слышу? Или ты слишком тихо говоришь?

-- Это я тихо говорю, -- Рома расправил покрывало и сел сверху. -- Братишка, я по-другому и не умею. Ты же меня знаешь. 

-- А ты научись. Тебе же не пятнадцать лет. Сколько ещё должно пройти времени, пока ты не наиграешься?

Парнишка пожал плечами.

-- Я может и не стану серьёзным уже никогда. Встречаться постоянно с одной и той же, это просто не интересно. Я может быть, с тебя пример беру. Тоже останусь холостяком до самой старости.

Виктор удивлённо приподнял бровь.

-- А кто тебе сказал, что я останусь холостяком до самой старости? Может быть, я тоже решил завязать с одиночеством?

Рома засиял.

-- Это та самая Аня? Которая с тобой на корпоративе была? Серьёзно?

-- Серьёзно, -- смягчился Витя.

-- И прям у вас всё серьёзно? Так вот где ты прошлялся ту ночь? Неужели у неё ночевал?

-- Почти. Мы на пляже спали.

Роман скептически посмотрел на брата.

-- Да ладно тебе. Небось какой-нибудь номер сняли и там по полной, -- парнишка показал не очень приличный жест.

-- Да иди ты, -- Витя кинул в него небольшой диванной подушкой. -- Говорю тебе на пляже ночевали.

-- Ладно, ладно, на пляже. Верю. Но ведь что-то же было?

-- Было, -- мечтательно улыбнулся Виктор. -- Что-то было.