Мы выбрались из машины около высотного углового здания и начали пытаться найти свой адрес, что сродни игре "горячо/холодно". Я смутно вспоминала фото вывески фасада, оставшееся вместе со смартфоном. Ничего умного мы не обнаружили и перешли к многовековой человеческой практике – приставать к прохожим.

Спросили прогуливающегося с собачкой мужчину, он залез в свой смартфон и посмотрев на здание за спиной определил: "Где-то тут!" Здание, как и положено приличным угловым высоткам, как птица обнимало вверенную территорию, располагаясь вдоль двух перпендикулярных улиц, простирая свои подъезды непонятно по какой из них дальше.

С учётом того, что мы искали именно офис врача, то уточнять дальше зашли в аптеку, и не прогадали. Нас моментально сориентировали: искомое предприятие расположено в самом дальнем противоположном углу. Мы целеустремлённо потопали в указанном направлении, увидели несомненно нужную вывеску и второй раз за день очень обрадовались. Тут же настрочили родным: "Мы на месте" и получили аж две подряд СМС: "Попроситесь и может вас примут заранее".

В приёмной граждане сидели на всех поверхностях, поэтому проскочить без очереди оценивалось как "крайне маловероятно". Последовал наш строгий вопрос к администратору: говорит ли она на русском/ нет, говорит ли она на украинском/нет. "Плохо" – констатировал внук. Но зато нашу фамилию она, посмотрев в журнал, признала, хоть и с оговоркой: "на 14.45", после чего произнесла какой-то монолог на английском… Я, интуитивно чувствуя тему, громко вздохнув сказала: "Мы приехали из далека", но выстрел попал мимо цели.

Тут же к нам подскочила очень худощавая, густо накрашенная чёрными стрелами дамочка возрастом под пятьдесят, ожидавшая сидя на стуле рядом с огромным чемоданом. Она любезно перевела нам: "В приёмной много людей, вам лучше пойти погулять до своего времени". Её текст не очень совпадал с текстом администратора, насколько мне помнился английский, но спорить в столь интеллигентном месте мы не стали.

Мы вышли на улицу в крайне радужном настроении (всё нашлось и осталось всего лишь подождать, а это нам по силам!). Я, памятуя свой вокзальный опыт с МакДональдсом, предложила пойти зависнуть в ближайшую кофейню, замеченную на углу. Но Влад захотел прогуляться. "Надо же осмотреть город хоть как-то"– подумала я, привычно согласилась с внуком и мы отправились по окрестностям.

Пройдя в обратную сторону вдоль всего этого здания, мы уже по перпендикулярной улице свернули за угол и оказались в уюте таун-хаусов или как они называются – фигурные домики с картинно ухоженными двориками за симпатичными заборчиками.

Шли мы прогуливаясь, разглядывая по сторонам, и дошли до кладбища, которое мой юноша сперва принял за сквер: "Пойдём погуляем". Я навела резкость на этот "скверик": "Хорошо, пойдём, архитектуру посравниваем". Мы пару месяцев назад были в Харькове на Барабашовском кладбище, и долго там ходили, так что было чему в памяти всплывать.

Последние годы разглядывая кладбищенские таблички я с каким-то удовлетворением нахожу множество объектов недвижимости с годом рождения попозже моего, что как-то радует "Не всё так плохо. Я многих уже обошла на этой дороге времени".

В общем прошлись мы туда/обратно по краю "скверика". Я отметила: в Украине всё за оградками, а тут – лежат плита к плите. Одна из первых исследуемых нами могил оказалась пилота "Боинга", погибшего в аварии в 2009. Я не вспомнила ничего мне известного за тот год, но всё равно почувствовала себя очень неприятно. Когда видишь могилу пилота "Боинга", то как-то слегка ощущаешь себя беспомощным пассажиром.

Поодаль стояла небольшая церквушка. Я сказала: "Католическая", Влад отозвался: "Тут всё католическое". Но мы туда не подошли, а чуть свернули и мимо небольшого колумбария направились обратно. Я очередной раз рассказала Владу, что в книге Маргарет Кент "Как выйти замуж" читала совет: "Отведите его на кладбище, это наводит на размышления о быстротечности жизни", и отметила, что у нас в Харькове могилы архитектурно значительно круче, особенно если "От братвы".

Мы вышли откуда и зашли, кладбище было небольшое, а зашли мы сзади. Тут к нам подбежали три мальчика в специальных ярких жилетах, лет по одиннадцати и сообщили, что собирают деньги для онкологической больницы. Мы им ответили: "Не понимаю", и устремились к открывшейся нашему взору с другой стороны за кладбищем вывеске "МакДональдс" . Дорога к кафе вела через приметную стоянку с какими-то непонятными будками.

Мы вошли, и я по устоявшемуся у нас правилу тут же отправилась искать свободный столик, предварительно сообщив: "Картошку и чай". Усевшись за углом я тут же стала переживать: "Меня плохо видно", потом изловчилась с криком "Влад" помахать руками так чтоб меня заметили, и успокоившись, в ожидании еды медиативно разглядывала окружающих, всё было заполнено школьниками средних классов.

Влад принёс заказ "как обычно", но в руках. Ему почему-то не досталось подноса.

Посмотрев на его выбор я привычно огорчилась. Никак не подберу сильную формулу из слов, чтобы навеки загадить ему желание покупать себе этот четырёхэтажный "Мак..", состоящий по моему убеждению из "г*" и палок.

За окном полил дождь, перестал, начался, перестал… Я сидела и вслух рассуждала как судьба раскидала его одноклассников. Вот сейчас они реально разъехались по всем странам Европы, а так сидели бы все на Салтовке, репетировали выпускной вальс. Теперь этого не произойдёт, что грустно, но они окунутся в большой Европейский мир и получат шанс в нём адаптироваться с юного возраста, поступив по льготам в университеты. Всё, что происходит, то хоть в чём-то к лучшему, конечно для выживших и не покалеченных. Это же как поэтично: "Мы в Варшаве в кафе, а за окнами дождь, и ты пишешь своей танцевальной партнёрше куда-то в Нидерланды, или другу в Берлин, Париж, Афины и даже Бейрут!"

Потом я отправилась проверять здешний санузел, он был на втором этаже за дверью с нарисованной на половину двери детским рисунком – девочкой.

Улучшив момент между дождями мы вышли гулять дальше. Оставалось почти два часа. Подошли к большой автобусной остановке и попробовали узнать как проехать до вокзала. Разобрали не очень и решили уточнить потом у пославшей нас погулять администраторши.

Хоть времени был ещё вагон, но мы направились обратно, правда по другой улице, и дошли до центрального входа на то самое кладбище. Сильно сомневаясь в уличных диагоналях и в страхе потеряться, мы решили всё же вернуться той же дорогой, что и пришли, поэтому зашли на кладбище с целью через него выйти к знакомой дороге.

Подошли к церкви, и в поисках нужного направления непреднамеренно сделали почти полный круг вокруг неё, наконец выбрали дорожку, зашли по ней в тупик, и решили с учётом всех наших топографических способностей вернуться к МакДональдсу через центральный вход кладбища и топать след в след опять мимо остановки, кафе, парковки.

Выбрались мы с того кладбища, вернулись в кафешку, подросток пошёл смотреть санузел, а я в ожидании разглядывала обслугу, моросил очередной дождь. Как всё же обидно иметь топографический маразм.

Мы собрались и повторно пошли обратно: мимо парковки, мимо расположенного с тыла кладбища магазина "Гарден и сити"… "Нифига себе "садик" думалось мне… Короче пропетляли мы эту обратную петлю скорее всего дугой, похожей на очертания буквы "U" или в лучшем случае "С", и вернулись к нужному офису.

В холле уже никого не было, но мы не опоздали, а пришли в два. К скольки нам изначально было назначено: к "14.15 или 14.45" у меня в голове после кружляния по кладбищу сбилось, а в записях этого не имелось – я наивно полагала, что хоть это-то я точно запомнить в состоянии. Но по любому не выгонят же, извинимся. Главное, чтобы не оказалось закрыто, тогда – трындец.

Короче, нас начали принимать. Администраторша, как показала серия событий, была при памяти примерно на моём уровне. Сначала она, списывая из паспорта данные, написала мою фамилию с ошибкой, оборвав на "о", без следовавшего за ним окончания "-ва". Я всё подписала. А что я ещё на польском смогу читать? Выяснилось, что хоть свою фамилию читать-то надо, но с другой стороны, если и фамилия не моя, то вообще с меня взятки гладки. Но она самостоятельно заметила ошибку и начала перепечатывать анкету. Я подписала повторно, опять не всматриваясь. И нас вдвоём пригласили в кабинет.