Наконец-то закончились эти жуткие три дня. Я долго собиралась, красилась и по четыре раза перепроверила чемоданы. Собрала самые необходимые документы и спрятала их в сумочку. Потом ещё три раза перепроверила и снова поправила макияж. Ещё раз прошлась всем счётчикам и проверила, перекрыты ли краны, в том числе и газовые. И вот, докатив чемодан к двери, я принялась обуваться.

Звонок в дверь раздался как раз в тот момент, когда я взялась за ручку. Передо мной стояла незнакомая женщина. Она робко улыбнулась и спросила:

— Зина? Рогова?

Я кивнула. Непрошенная гостья попросилась зайти.

— Нам нужно поговорить. Это очень важно.

Не люблю впускать в свою квартиру незнакомых людей, но эта женщина была очень настойчивой. Угрозы от неё не исходило, даже больше — от этой женщины веяло чем-то знакомым. Если я её не выслушаю, то могу об этом пожалеть. А автобус… ничего страшного, дождусь следующего.

Я закрыла за ней дверь и отставила чемоданы в сторону.

— А ты хорошенькая, — она заговорила первой. — Теперь я понимаю, что Юрочка в тебе нашёл.

Юрочка? Я присмотрелась. Крашеная светлая густая шевелюра, аккуратными локонами падала на плечи. На меня смотрели серые смеющиеся глаза умудрённой опытом женщины. В них чувствовалась лёгкая нотка грусти из-за пережитых неприятностей. Она была примерно одного со мной роста, худенькая и немного бледная. А вот возраст. Мама Калинина? Откуда она знает где я живу?

Похоже, дар ясновидения у Юры от матери. Я только об этом подумала, как она улыбнувшись пояснила.

— Меня Стас подвёз. Я уже говорила сыну, что это не помощник, а подарок.

Автобус я всё равно пропустила, следующего ждать долго, а на попутках я всегда успею. А вот другого шанса познакомиться с женщиной, которая родила самого замечательного мужчину на земле, уже может и не представиться.

— Вы его мама?

Женщина довольно улыбнулась и кивнула.

— Может, чаю? У меня где-то ещё печенье оставалось.

— Это позже. Сейчас у нас очень мало времени. Для начала хочу тебе кое-что рассказать, — женщина по-хозяйски прошла в гостиную, не забыв снять обувь. — Забыла представиться. Можешь звать меня просто Мария.

Я хмыкнула. Слышала, когда-то был такой сериал. Мария поняла меня и тоже улыбнулась в ответ.

— Есть кое-что, о чём Юра не знает. Я признаться не могла, а Сашенька оказался настолько хорошим отцом, что предпочёл сам стать для сына сволочью, лишь бы он не думал о матери ничего плохого.

Я напряглась. Наконец-то я узнаю историю семьи Калининых. А ещё мне льстило, что тайну откроют именно мне. Мария продолжила.

— У нас с Сашей была настоящая любовь. Чистая, светлая, взаимная. Но вмешался его отец. Он считал, что связь Саши с простой сиротой не может закончиться ничем хорошим. Ну как же, я осиротела в четырнадцать лет, меня воспитывала старенькая бабушка. Я ещё ребёнком после школы уходила работать, чтобы прокормить себя и помочь бабушке. Само собой, отец Сашеньки посчитал, что мне от их семьи нужны были только деньги, а это лишняя статья расходов. А тут как раз подвернулся удобный случай: я забеременела. Сашин папа решил доказать свою правоту и вызвал меня к себе в кабинет. Я не знала, что сам Саша слышал весь наш разговор, да это ничего бы не решило. С последней работы мне пришлось уйти, потому что ИП закрылось, а новая мне пока не светила. Бабушка сильно болела, да и мне требовались витамины.

Мария сделала небольшую паузу, потом продолжила.

— В общем, я до сих пор жалею о том, что тогда сделала. Мне было сделано предложение оставить ребёнка на воспитание отцу в обмен на крупную сумму, да ещё и в валюте. Я согласилась. Мне позволили выкормить его и дождаться, пока Юрочка встанет на ноги и сможет многие вещи сделать самостоятельно. Чтобы Саша не искал со мной встречи, ему сказали, что я продала ребёнка его семье. С тех пор он воспитывал сына сам. Только спустя несколько лет Юра, ещё школьник, нашёл меня. Я не стала сразу говорить ему, что случилось на самом деле, решила выяснить, как Саша объяснил моё отсутствие в его жизни. Оказалось, что это папа выгнал меня из дома, как социально неравную ему. Он сказал, что запретил мне приходить домой и даже изредка видеть сына. Юра злился на отца, хотя должен был винить меня.

Мария замолчала, нервно перебирая пальцами край своего цветастого платья. Я не смогла не спроецировать это на себя. Ведь я тоже едва не продала жизнь своего ребёнка. А вот мой разрыв с Юрой вполне мог считаться купленным. Деньги я не тратила, но ведь взяла же. Мне самой стало противно на душе. Но сегодня свадьба. Уже ничего нельзя сделать.

— У Юры через час роспись, — подала голос женщина. — Если не будет сильно больших пробок, мы можем успеть. Мы должны сорвать эту свадьбу.

— Но ведь, этот брак…

— Этот брак может спасти только бизнес Саши, но жизнь Юры будет разрушена. Он любит тебя. С тех пор, как вы расстались, он сам не свой. Я не знаю, что у вас случилось, но Юра поник и смирился. Он перестал бороться и просто решил подчиниться отцу. Сейчас это не Юра, а пустая, безжизненная марионетка. Я не могу его таким видеть.

Я потёрла виски. Разбить свадьбу? Да не проблема. А если не успеем? Тогда я хотя бы открою ему глаза.

— Тогда поехали.

Уже на пороге я кое-что вспомнила и помчалась в спальню, забрать то, что я планировала швырнуть к её ногам.

У подъезда нас ждал Стас. Он приветливо мне улыбнулся, открыл переднюю дверь и помог сесть. Пробки на дороге всё-таки были, но Стас успевал лавировать между машинами и при этом вести дружескую беседу, развлекая нас. Я много подробностей узнала о запойном периоде моего Юры. О тех моментах, когда его приходилось забирать из баров в состоянии полуовоща и везти к невесте. Девочка брезговала, но ей приходилось и раздевать его, и успокаивать, и уж тем более выслушивать бред пьяного жениха.

В такой облегчённой атмосфере мы и добрались к Екатерининскому дворцу. Церемония только что началась, но нас встретили на пороге и не пускали в зал. Мария прошлась по всем как танк, оттолкнув недовольных и протянув меня за руку сквозь человеческие дебри.

Я открыла тяжёлую входную дверь и услышала слова регистраторши.

— Юрий Александрович, берёте ли вы…

— Юра, — я крикнула как можно громче.

Мой голос эхом разнёсся по огромному залу. На меня уставились несколько десятков пар глаз, но меня интересовал только высокий парень в чёрном костюме, стоявший ко мне спиной. Он вздрогнул при звуке моего голоса, но повернуться не решался.

Первой среагировала невеста. Она подбежала ко мне, завопив изо всех сил.

— Ты что здесь делаешь? Мы с тобой о чём договаривались? Или ты решила меня кинуть?

Она размахнулась и ударила меня по лицу. Замахнулась второй рукой, в которой держала букет, но искусственная декорация так и застыла в воздухе. Калинин крепко держал её. Он прожигал её ненавидящим взглядом секунд восемь, потом процедил сквозь зубы.

— Только попробуй тронуть её.

У девушки едва не выпала челюсть. Она онемела от неожиданности, потом взвизгнула.

— Папа, сделай что-нибудь.

Но отреагировал отец Юры. Он подошёл к сыну, который уже успел отпустить и оттолкнуть невесту подальше от меня.

— Что ты творишь? Ты погубишь всю мою карьеру.

Но в зал вошла ещё одна фигурантка.

— Сашенька, — Мария мягко взяла мужчину за руку и отвела в сторону. — Позволь ему самому решать свою судьбу.

Отец Юры потерял дар речи, но всё же не стал настаивать на продолжении церемонии. Это взбесило Дину ещё больше и она продолжила голосить, но её собственный отец попросил её заткнуться и отправляться в машину.

— Подожди, — окликнула я её уже у двери. Я поставила перед ней пакет с двумя миллионами. — Можешь пересчитать. Я ни копейки не потратила.

Я вернулась к Юре, который уже всё понял. Он с ненавистью смотрел на свою бывшую невесту. Девушка заметила его взгляд, быстро схватила пакет и выскочила из зала, униженная и пристыженная.

— Ты в порядке? — Юра прикоснулся к моей щеке, которая всё ещё горела.

Я кивнула и быстро ответила.

— Я не делала этого. Я не смогла.

Он улыбнулся.

— Я это уже понял. Ещё когда ты вошла.

Под удивлённые взгляды приглашённых гостей Калинин-младший наклонился и поцеловал меня так, как жених целует свою невесту. Потом, будто вспомнив где он, повернулся к регистраторше и сказал ей, а заодно и всем присутствующим:

— Свадьба отменяется. Приношу извинения за сорванный праздник, но я не могу жениться на девушке, которая пыталась убить моего ребёнка.

В зале воцарилась идеальная тишина. Только три человека в зале знали, о чём речь. Мария шепнула Калинину-старшему:

— Я тебе потом расскажу.

Люди потихоньку приходили в себя и по очереди стали покидать зал. С сегодняшнего дня им точно будет о чём рассказывать друзьям и знакомым. Таких встрясок в нашей нудной и размеренной жизни может больше и не быть. Свадебую церемонию, особенно дорогую и пафосную, можно обсуждать долго, а появление в самый разгар соперницы, да ещё и беременной, тем более если невеста даёт ей крупную сумму денег на аборт и вымогает обещание оставить в покое любимого человека — эту тему можно пересказывать бесконечно долго, практически вечно.

Но сейчас, в настоящий момент меня интересовал только он. Пара серых глаз со смешинкой в уголках смотрели, проникая прямо в душу, согревая теплом, окутывая любовью меня и маленькое существо у меня внутри. Он снова поцеловал меня и ничего кроме этого в мире больше не существовало. Не было всё ещё покидающих зал людей, не было родителей, о чём-то шепчущихся в сторонке с отцом невесты, не было регистраторши, с упрёком смотревшей в нашу сторону, намекая на то, что мы задерживаем следующих брачующихся.

Наконец, мы вернулись на землю. Юра поднял меня на руки и вынес из зала. Вслед нашей нелепой паре потянулись вереницы удивлённых взглядов. Похоже, будет что обсудить не только гостям Калинина, но и остальным свидетелям сорванной церемонии. Я заметила, что одна невеста посмотрела на своего избранника с недоверием, опасаясь такого же поворота. Глупенькая. Для того, чтобы не повторить наше сегодняшнее приключение, достаточно просто доверять своему мужчине и не выходить замуж за человека, если любовь к нему не взаимна.

Расслабились мы только на улице. Разместились на ближайшей лавочке, подвинув пару чьих-то гостей. Юра держал меня за руки, улыбаясь. Его глаза излучали счастье и были переполнены любовью. С этого момента и до конца наших дней она вся будет принадлежать мне и немножко нашему сыну.

Краем глаза я заметила родителей Юры. Они что-то обсуждали. Я кивнула в ту сторону. Наконец, я решилась, надеясь, что Мария не будет на меня злиться.

— Ты этого не знал, но твой отец не выгонял твою маму. Она сама взяла деньги твоего деда и отдала тебя на воспитание папе.

Юра перевёл на меня свой взгляд, полный непонимания.

— Нет. Она не могла. Да и папа мне сказал, что это он её выгнал, потому что так настоял его отец.

— В общем, виноват всё же дед, как ни крути, — подытожила я. — Просто твой папа очень сильно тебя любит. Он не хотел, чтобы ты плохо о ней думал. И, Юра, любимый, я тебе ничего не говорила.

Он улыбнулся, потом встал и опустился передо мной на одно колено.

— Извини, у меня нет кольца, так что… ты выйдешь за меня?

Я не смогла сдержать смех. Несколько минут не могла успокоиться, пока в боку не закололо. Юра к этому времени поднялся и стоял, скрестив руки, не понимая, что меня так насмешило. Успокоившись, я тоже встала и ответила.

— Извини, просто… Ты удивительный человек. Делать предложение возле ЗАГСа — это так мило. Только у меня условие: мы поженимся в Прикубанском. Здесь слишком пафосно, да и не по карману теперь вашей семье. Да и не смогу я здесь…

Юра кивнул.

— Да, конечно. Как скажешь. То есть, ты согласна?

— А ты как думаешь, для чего я портила твою свадьбу? Конечно, согласна. Можно и без кольца. Достаточно твоей руки.

Юра снова поцеловел меня, после чего поднял в воздух и закружил. Я вскрикнула от неожиданности, но мне было очень приятно, что меня носят на руках буквально.

К нам подошёл Стас, чем сильно удивил Калинина-младшего.

— Ты какого чёрта здесь делаешь?

Парень смутился.

— Я не мог отказать твоей маме. Она очень настойчивая женщина. Да и Дина мне не нравилась. В общем, это коллективный сговор. Согласен на разнос. Заслужил.

Юра по-дружески обнял личного помощника.

— Завтра премию выпишу.

— А как же… фирма отца?

— Я не оформлял тебя на фирму. Ты моя собственность и с завтрашнего дня у нас очень много работы. А пока отвези нас к Зине на квартиру.

Юра отошёл к родителям предупредить. Я заметила, что к маме он обратился с каким-то холодком. Ну, это ничего. Поговорят, обсудят, помирятся, а пока Юра мой. Весь. Полностью.

Продолжение будет…