Зачем клетке отказываться от жизни в вежливом многоклеточном обществе и пытаться выжить в одиночку? Потому что на кону стоит ее собственное выживание. Когда закон и порядок здорового многоклеточного общества разрушаются, раковые клетки начинают эволюционировать, чтобы пережить хронические сублетальные повреждения. Если травма слишком сильна, клетка просто умирает. Если травма совсем легкая, повреждения восстанавливаются. Но вот если травма хроническая и как раз достаточной тяжести, то клетка впадает в безумие, словно мышь в мышеловке – она будет искать любые способы выжить.

В нашем примере постоянные повреждения, наносимые сигаретным дымом, вызывают у легочных клеток экзистенциальный кризис. Некоторые клетки просто погибают. Некоторые клетки остаются невредимыми. Но довольно многие клетки страдают от хронических сублетальных повреждений, которые активируют процесс заживления ран. Нормальные правила многоклеточного общества начинают разрушаться. Скоро начнется война всех против всех.

Перед поврежденной клеткой легкого встает дилемма. Стоит ли ей и дальше сотрудничать с другими клетками, то есть поддерживать свой нормальный modus operandi? Если в организме нет закона и порядка, это, скорее всего, приведет к ее гибели. Есть альтернатива: вступить в суровую борьбу за выживание, игнорируя нормальные правила многоклеточного общества. Оказавшись перед настолько тяжелым выбором, некоторые клетки решают, что нужно бороться.

Хронические сублетальные повреждения от табачного дыма оказывают мощное давление отбора, и клетке приходится активировать редко используемые древние «одноклеточные» подпрограммы, чтобы спастись. Естественный отбор отдает предпочтение определенным генам выживания. Рост, бессмертие, передвижение и гликолиз (эффект Варбурга) – клетки, которые не адаптируются, стряхнув пыль со старого «учебника выживания», погибают. Так происходит раковое преображение.

Клетки начинают мутировать под хроническим воздействием разрушительных обстоятельств – так они стараются выжить любой ценой.

Мутации накапливаются не случайно, а тщательно отбираются дарвиновским эволюционным процессом. Мутации, которые активируют старое «одноклеточное» программное ядро, настроенное на выживание, повышают вероятность того, что клетка переживет хронические повреждения от табачного дыма. Уходя по обратной эволюционной дороге в сторону одноклеточного существования, нормальные легочные клетки превращаются в раковые.

В легком начинает расти опухоль – маленькое скопление раковых клеток. Эти клетки-радикалы представляют опасность для организма, так что тело активирует высокоразвитые и мощные противораковые механизмы, чтобы поддержать порядок в многоклеточном обществе. Чаще всего организму удается побороть этот инвазивный вид, полностью уничтожая его еще до того, как он образует полноценный «аванпост». В таких случаях рак погибает раньше, чем его замечают.

Но наш курильщик продолжает и дальше курить, и клетки по-прежнему страдают от хронических повреждений. Иногда редкая мутация помогает раковой клетке выжить, несмотря на противораковые защитные механизмы. Она пока что не процветает, но, по крайней мере, и не умирает. В маленькой опухоли развивается генетическая вариативность (внутриопухолевая гетерогенность), что делает возможным разветвленную эволюцию и естественный отбор. Со временем опухоль эволюционирует, отбирая клетки по их пригодности к выживанию – на это могут уйти десятилетия. Рак открывает ранее подавляемые генетические способности с помощью мутаций, но опять-таки эти атавизмы не случайны. Движущей силой этих мутаций является эволюционное давление отбора, возникающее благодаря ВОГ.

Клетки начинают мутировать под хроническим воздействием разрушительных обстоятельств – так они стараются выжить любой ценой.