Что вызывает рак? Вот это – вопрос на миллион, а то и миллиард долларов. Большинство людей, включая многих профессиональных медиков, ответят, что рак вызывается генетическими мутациями. На сайте клиники Майо, например, так напрямую и говорится: «Рак вызывают изменения (мутации) в ДНК внутри клеток»[34]. Это не совсем верно. За исключением редких случаев, генетические мутации – это механизм, а не причина болезни. Клетка, в которой развивается много генетических мутаций, становится раковой. Да, именно так начинается рак. Но почему в клетке развиваются эти мутации? Вот в чем вопрос. Например, что вызывает рак легких? Ответив, что рак легких вызывается курением, вы будете более правы, чем сказав, что он вызван генетическими мутациями в клетках А, Б и В.

Факторы, которые вызывают развитие рака, называются канцерогенами, и они уже известны не одно столетие. В 1761 году лондонский врач, ботаник и медицинский писатель Джон Хилл впервые описал внешний фактор, вызывающий рак: один из типов бездымного табака[35]. Впервые курить табак начали американские индейцы. Европейцы занесли в Новый Свет оспу, а в обмен увезли в Старый Свет табак – и я даже не могу в точности сказать, что именно убило больше народу. К 1614 году в Европе уже шла бойкая торговля табаком: в одном только Лондоне было примерно 7 тыс. табачных лавок. Курение табака тогда считалось антисанитарией и уделом неотесанных мужланов, а в приличном обществе табак предпочитали нюхать, непосредственно вдыхая щепотку измельченного табака, предварительно поместив ее на тыльную сторону ладони в углубление между большим и указательным пальцем. (В медицине эту область до сих пор поэтому называют «анатомической табакеркой»). Доктор Хилл описал два случая «полипов» в носу, которые, как он считал, были раковыми опухолями.

Именно эти случаи стали первыми описаниями канцерогенов – химических веществ, вызывающих рак. Сейчас табак нюхают редко – эта практика вышла из моды примерно одновременно с моноклями и цилиндрами, так что особенного клинического значения уже не имеет.

Ассоциация между нюханьем табака и раком была лишь гипотетической, но сэр Персиваль Потт (1714–1788) предоставил более убедительные доказательства существования химических веществ, вызывающих рак. Потт, уроженец Лондона, считавшийся одним из величайших хирургов своего времени, проходил обучение в госпитале Св. Варфоломея и заслужил почетный диплом от экзаменационной комиссии Компании цирюльников и хирургов[36]. В 1756 году он получил открытый перелом лодыжки и за время вынужденного простоя успел найти новую революционную точку зрения сразу по нескольким важным для медицины темам. Потт был внимательным наблюдателем за болезнями: его имя носят перелом Потта (один из видов перелома лодыжки) и болезнь Потта (туберкулез костей позвоночника), а еще он обнаружил причину рака мошонки.

В 1775 году Потт описал растущую эпидемию рака мошонки, поразившую лондонских трубочистов. После Великого Лондонского пожара 1666 году городские власти приняли новый противопожарный кодекс, который, помимо всего прочего, требовал изменить конструкцию дымоходов, сделав их более узкими и извилистыми. Это, безусловно, снизило вероятность нового большого пожара, но вот чистить такие дымоходы длинными прямыми щетками стало бесконечно труднее. Кроме того, в извилистых дымоходах скапливалось больше сажи и креозота, и их требовалось прочищать чаще, чем раньше. Итак, дымоходы стали меньше, грязнее и труднее в очистке. Как же решить эту проблему? Правильно: сделать трубочистами маленьких детей!

Трубочисты стали брать себе детей-подмастерьев, начиная чуть ли не с трех с половиной лет; большинство из них, впрочем, были старше шести лет, но только потому, что младшие дети считались слишком слабыми, не могли работать полный рабочий день, да и вероятность того, что они «уйдут» (умрут), была куда выше. В договорах, заключаемых с подмастерьями, был пункт о еженедельном мытье, но большинство из них следовали традиции, сложившейся среди лондонских трубочистов: мыться три раза в год. В конце концов, зачем сегодня идти в баню, если завтра все равно предстоит лезть в пыльный, грязный, опасный дымоход?

Тем временем в 1773 году влиятельный английский филантроп Джонас Хенвей вернулся из Китая и принес ужасную весть: родители-китайцы безжалостно убивают новорожденных дочерей в рамках государственной программы контроля роста населения. Решив разузнать о бедах детей на родине, он ужаснулся полученной статистике: лишь семи из каждых 100 осиротевших детей удавалось прожить больше года. Детей часто отправляли в работные дома, где их содержали в ужасных условиях. Хенвей убедил законодателей ограничить применение детского труда, из-за чего тысячи голодных детей оказались на улице без работы. Для многих единственной альтернативой голодной смерти стал рискованный труд трубочиста – прочистка раскаленных дымоходов от сажи. Мастера-трубочисты часто брали на работу по несколько десятков детей-подмастерьев – столько, сколько могли прокормить.

Маленькие лондонские трубочисты могли умереть буквально миллионом ужасных способов. Они застревали в дымоходах, падали с большой высоты, задыхались, когда на них падала сажа, сгорали заживо. А если им все же удавалось дожить до подросткового возраста, их зачастую ждал еще один, последний ужас: «рак трубочистов». Рак мошонки диагностировали даже у восьмилетних детей. Начиналось все с так называемой «сажной бородавки». Если ее успевали заметить на достаточно раннем сроке, то отрезали бритвой. А вот если нет, рак поражал кожу, затем мошонку и яички, а потом проникал в брюшную полость. На этом этапе больных чаще всего ждала мучительная, болезненная смерть.

Это явно был профессиональный риск, потому что во всех других обстоятельствах рак мошонки был огромной редкостью. Редок он был и среди трубочистов других стран, которых обеспечивали более качественной защитной одеждой. Персиваль Потт понял, что сажа вызывает рак мошонки, скапливаясь в складках кожи и вызывая хроническое раздражение. После того как о бедственном положении трубочистов узнали все, были приняты законы о защите детей, и болезнь снова стала большой редкостью.

Главным канцерогеном в саже, скорее всего, был бензопирен, содержащийся в угольном дегте. Деготь стал первым хорошо изученным химическим канцерогеном, но далеко не последним.