Фрэнк Лайвсей оказался толстым, общительным человеком с коротко подстриженными рыжими усиками, с глазами навыкате и частично лысой яйцевидной головой. Плотно облегающий костюм указывал, что он начал толстеть с момента его покупки. Его фигура свидетельствовала, что этот процесс продолжался годами, но не отразился, видимо, на его оптимизме, когда речь заходила о покупке новой одежды.

Ему было около сорока, и взгляд, брошенный на Деллу Стрит, выдавал в нем ценителя женщин.

— Как поживаете, мистер Мейсон? — сказал он, не сводя глаз с секретарши.

Он прошел с вытянутой рукой по кабинету, ухватил руку Мейсона и сердечно пожал ее.

— Прошу прощения, что заставил себя ждать. Я очень сожалею. Но мне было необходимо выяснить пару вещей, прежде чем поговорить с вами. Честно говоря, ситуация невероятная.

— А что в ней невероятного? — спросил Мейсон.

— Ситуация невероятная, просто невероятная. Дела обстоят черт знает как.

— Рассказывайте.

— Ну, в общем, ситуация с компанией Гарвина, мягко говоря, своеобразная, Мейсон. Я не могу вдаваться в подробности, но Гарвин, без сомнения, далеко не промах. В юридических целях он любит держаться на заднем плане. По совету юрисконсульства он не входит в состав совета директоров и не занимает никакой выборной должности. Из-за некоторого участия в бизнесе компании его положение как акционера не подвергается сомнению. Но если бы он был одним из директоров, то дела бы обстояли иначе.

Мейсон понимающе кивнул.

— Но, конечно, вы понимаете ситуацию, Мейсон. Все мы люди Гарвина. В действительности мы… я бы сказал, мы все для него подставные лица. Я бы не говорил об этом, но вы же в конце концов адвокат Гарвина и все прекрасно понимаете.

— После того как я позвонил вам, — спросил Мейсон, — вы специально задержались, чтобы переговорить с Денби?

— Абсолютно верно. В конце концов вы занятой человек, Мейсон. Бесполезно терять время и говорить с вами о вещах, о которых я не знал бы что говорить. Я хотел прежде выяснить все сам.

— И вы выяснили?

— Выяснил. Эта женщина! Эта Этель Гарвин! Ну и хитра же она, Мейсон. Она хитра, как лиса!

— Поточнее, что, она сделала?

— Мы как обычно разослали акционерам доверенности на право голоса, сделанные на имя «Э. Гарвин, держателя акционерного сертификата № 123». Как вы догадались, Мейсон, акционерный сертификат № 123 был выписан на имя Этель Гарвин четыре года тому назад, когда она и Эдвард Гарвин жили душа в душу и все шло хорошо.

— А что случилось с настоящими доверенностями? — спросил Мейсон.

— С ними все в порядке. Вы же видели Денби. Он разослал их в алфавитном порядке держателям акций, отмеченных в его гроссбухе.

Лайвсей откинулся назад и засмеялся.

— Но я уверен, что кто-то догадался о сложившейся ситуации, когда стали поступать другие доверенности, — заметил Мейсон. — Естественно, Денби должен был понять, что он не высылал эти доверенности, и когда заполненные доверенности на Э. Гарвин, держателя акционерного сертификата № 123, стали возвращаться, можно предполагать, что он должен был их проверить.

— Безусловно.

— Но самое забавное, что Денби не знает, когда они стали поступать обратно. С ними все в порядке: они подписаны, заполнены в нужном порядке. Вероятно, они поступили все сразу и какой-нибудь клерк зарегистрировал их. Денби клянется, что они не попадали к нему на стол. Он утверждает, что иначе он был бы в курсе дела.

— Собрание держателей пакета акций назначено на послезавтра?

— Совершенно верно. И не мне говорить вам, Мейсон, что поставлено на карту. А мы не можем найти самого Гарвина. Он где-то проводит свой второй медовый месяц, обвороженный новой рыжеволосой женой. Кроме того, он не хотел, чтобы знали, куда он уезжает. Не хотел, чтобы его беспокоили делами. А сам может потерять всю компанию! Я обеспокоен, более того, я очень боюсь.

— Что случится, если Этель Гарвин завладеет контрольным пакетом акций?

— Что случится?! Боже мой, она проведет полную ревизию. Она перетрясет всех и вся. Она подберет свой совет директоров. Она привлечет компанию Гарвина к судебной ответственности за уклонение от налогов в результате двух-трех дел, которые были провернуты не слишком удачно. Она вызовет налоговую инспекцию и укажет на некоторые вещи, которые мы скрывали. Она поломает все дело, а наша компания рассыплется, как карточный домик!

— Денби не проверял с кем-нибудь из служащих, кто же все-таки заполнял подложные доверенности?

— В своем роде он вынюхивает вокруг. Он не хочет помощников, с тем чтобы не догадались, о чем идет речь… Он задает осторожные вопросы и…

Телефон на столе Мейсона, номер которого знали только Делла Стрит и Пол Дрейк, пронзительно зазвонил. Мейсон поднял трубку и услышал голос Дрейка.

— Перри, извини, что звоню по этому телефону, но, думаю, что ты хотел бы знать это как можно скорее. Я нашел Этель Гарвин.

— Молодец. Как тебе удалось так быстро найти ее, Пол?

— Поработал головой и телефоном, — небрежно ответил Дрейк. — Я храню много разного рода информации, в том числе списки членов главных женских клубов. Когда она жила с Эдвардом Гарвином, она была членом хорошо известного клуба библиофилов. Я принялся обзванивать всех членов клуба по списку, интересуясь, каким образом я мог бы повидаться с Этель Гарвин по поводу редкой книги, которую она якобы разыскивала. На втором звонке я напал на золотую жилу. Ответившая мне женщина рассказала, что Этель Гарвин какое-то время отсутствовала в городе, но недавно она столкнулась с ней на улице и узнала, что та проживает в гостинице «Монолит Апартментс». Я начал с гостиницы, затем разыскал ее парикмахера и получил кое-какую информацию.

— Черт побери, — сказал Мейсон, — каждый раз, когда ты мне рассказываешь, как тебе это удается, все выглядит так просто. Видимо, зря я плачу тебе деньги.

— И продолжай мне их платить. Ты хочешь, чтобы я еще что-нибудь сделал, Перри?

— Да, не спускай с нее глаз двадцать четыре часа в сутки.

Мейсон мельком взглянул на вытянувшегося в кресле Лайвсея, с широко раскрытыми глазами напряженно слушавшего телефонный разговор.

— Как только у меня будет свидетель автомобильного инцидента, — продолжал небрежно говорить в трубку Мейсон, — я не хочу, чтобы теряли ее из виду. Полагаю, что она единственная, кто может засвидетельствовать, какая машина имела преимущественное право на проезд перекрестка. Я хотел бы получить от нее письменное показание, как только я разберусь со всеми остальными делами.

На другом конце линии на мгновение воцарилось молчание, затем Дрейк спросил:

— У тебя клиент в кабинете, Перри, и ты не хочешь, чтобы он слышал?

— Да.

— Я сделаю так, чтобы за ней следили двадцать четыре часа в сутки, правильно я тебя понял?

— Да.

— Хорошо, — сказал Дрейк, — договорились.

Закончив разговор, Мейсон повернулся к Лайвсею.

— Прошу меня извинить, это был очень важный звонок. Я занимаюсь автомобильным столкновением с тяжелыми телесными повреждениями… Ладно, вернемся к нашему делу. Значит, если можно так образно выразиться, в шкафу компании Гарвина оказались скелеты?

Лайвсей сделал попытку улизнуть от прямого ответа.

— Понимаете, я стараюсь сделать все как можно лучше в отсутствие Эдварда Гарвина, Мейсон, но… давайте-ка считать, я рассказал все, что мог… В конце концов я вам и так до черта наболтал.

— Вы один из главных держателей акций в компании?

Лайвсей усмехнулся.

— Не ошибайтесь насчет меня, Мейсон. Я владею частью акций, достаточной для того, чтобы входить в совет директоров и быть президентом. — Снова усмехнувшись, он добавил: — На заработки в компании я не жалуюсь, и мои обязанности заключаются в основном в том, что я подписываю разного рода бумаги и ублажаю праздношатающуюся публику.

— Кстати, у вас в машбюро не работает молодая особа по фамилии Колфакс?

— Нет, не знаю. Впрочем, у нас работает не так много женщин.

— Ей на вид двадцать два — двадцать три, длинноногая, с тонкой талией, узкими бедрами, высокой грудью, с твердым взглядом серо-стальных глаз, блондинка и…

— Прекратите, — замычал Лайвсей. — Вы убиваете меня! У меня не выдержит сердце!

— Вы знаете ее?

— О, господи, нет, но хотел бы! Я готов пуститься в розыски такой девушки вместе с вами. Возьмете, Мейсон?

Лайвсей откинул голову назад, проказливо засмеялся и подкрутил свои короткие рыжие усики.

— Если вам приходится развлекать клиентов, — спросил Мейсон, — у вас, наверно, есть список молодых женщин, которых можно приглашать, для того чтобы украсить заключение сделок.

Лайвсей довольно рассмеялся.

— Я вижу, вы знаете толк в продаже акций.

— Может быть, имя и адрес этой девушки найдется в вашей маленькой черной записной книжке. Может быть, она готова составить компанию на деловом обеде или как партнерша по танцам.

— Может быть.

— Но вы не помните ее?

— Хотел бы.

— Если вы надумаете позвонить ей позднее, дайте мне знать, пожалуйста.

— Не сомневайтесь, Мейсон, обязательно.

— И что вы собираетесь делать с этими подложными доверенностями?

— Честно говоря, Мейсон, будь я проклят, если знаю. Кажется, что ежегодное собрание акционеров будет как всегда открыто для всех, и я не имею ни малейшей идеи, что здесь можно сделать.

— Если каким-либо образом вы не сможете разыскать Эдварда Гарвина, лучше работайте в этом направлении.

Лайвсей угрюмо посмотрел на Мейсона.

— И тем временем, — продолжал Мейсон, — вы бы лучше поискали в своей компании, кто заполнял бланки подложных доверенностей.

— Я бы многое дал, чтобы знать это, — ответил Лайвсей. — Похоже, что кто-то пытается нас обмануть.

— Выясните-ка, кто из вашей организации мог работать в помещении компании вчера вечером около одиннадцати часов.

— Я сделаю это.

— И дайте мне знать. — Мейсон встал, давая понять, что разговор окончен.

— Благодарю вас, — Лайвсей поднялся из кресла и, казалось, не решался уйти. Идя к двери, он дважды как будто пытался вернуться назад и возобновить разговор. Наконец он дошел до выхода, повернулся, улыбнувшись, и вышел в коридор.

Делла Стрит подождала, когда закроется дверь, и состроила гримасу.

— Ох, уж этот Дон Жуан, — сказала она.

Мейсон улыбнулся, снял телефонную трубку, набрал номер агентства Пола Дрейка, и когда тот ответил, сказал:

— Есть другая работа для тебя, Пол. Этот наш дурак клиент выбрал не лучшее время, чтобы уехать со второй женой в свадебное путешествие.

— Я думаю, что он недалеко. Ведь должен же он быть послезавтра на собрании акционеров.

— Он мне нужен, Пол. Узнай, на какой машине он уехал, в каких местах любит отдыхать, сколько багажа взял с собой и… в общем найди его.

— Ладно, — скучным голосом отреагировал Дрейк. — Если клиент платит мне деньги за то, чтобы я же еще его и нашел, то более дурацкой манеры тратить деньги трудно вообразить. Но я займусь этим.

— И сразу же дай мне знать, неважно, в какое время дня или ночи.

— Жди от меня известий, — сказал Дрейк и повесил трубку.