Звучанье радостных строк[89]
И смех победят истому,
Хоть я от счастья далек;
Но скучно и ей
От нежных затей —
Зачем же мне изощряться
В искусстве речей:
Что ж, тронув струну,
Я песню начну —
И зубы сомкну,
Чтоб зря не звучала:
Увы, сулит мало
Певучий слог
Веселья и благ —
Нет тех, кто был весел и благ.
Средь горестей путь пролег,
Поскольку замыслу злому
Подругу выучил рок;
Безумье тем злей,
Чем сердцу трудней
Жестокой сопротивляться;
Впредь буду смирней,
Стерплю, ускользну
От ссор и верну
Любви новизну,
Избегнув провала;
Любви не пристало
Слышать упрек;
Не гнев забияк
Ей мил, а смирения знак.
Я в тяжбе с ней изнемог —
Ведь сила ломит солому;[90]
Какой для меня в том прок,
Что верен я ей?
Гораздо верней
Начать другой восхищаться:
Там пойдет скорей
Правота ко дну,
Где она в плену
У силы; дерзну
Искать в том начало,
Что ум истерзало, —
Приговор строг:
Все Даме пустяк —
К свету ль вознесть, ввергнуть ли в мрак.
Коль друга найти б я мог,
Чуждого делу дурному,
Чтоб был со мной не жесток, —
Мне стало 6 видней,
Что жизни моей
Есть еще чем утешаться.
Ум, сердце ль сильней
Иль страх — первизну
Отдать не рискну
Вступившим в войну;
Ворам выпадало
В темнице подвала
Столько тревог,
Как мне от атак
Сих трех, ибо каждый мне враг.
Сердцу уже невдомек,
Как не поддаться излому:
Я брошен, я одинок
С тех пор, как злодей
Решил средь людей
Распространеньем заняться
Фальшивых вестей:
Поверив лгуну,[91]
Лишь ложь я пожну
И смертным усну
Сном; власть лишь мешала
Амору: бывало,
Хоть и высок,
Служил кое-как
Ему императорский стяг.
В покорстве — любви зарок,
Было ль когда по-другому?
Бесспорно, лучший итог
Тех ожидает, чей
Крик о любви слабей,
Чем тех, кто решил поддаться
Напору страстей;
Чтоб сберечь казну,
Я к умным примкну,
А спесь прокляну.
Иль пылу бахвала
Любовь отвечала
Не поперек?
Попал ли впросак,
Кто сделал навстречу ей шаг?
Честь, ищущая предлог[92]
Нравиться франту пустому,
В приличьях видит порок;
Невежество — всей
Громадой своей —
Гнетет к земле тунеядца:
— Поделом, ей-ей!
Коль честь на кону,
Влечет не одну
Из душ в вышину!
— Что ж: не обуяло
Безумье тех, стало
Быть, кто берег
Честь средь передряг.
Безумец, кто любит не так!