Макколл охотился так, как научился охотиться еще в лесах Танита. Ты выслеживал добычу, но в конечном итоге позволял ей прийти к тебе, на твоих условиях. Это было ключевым моментом. Ты делал местность своей, использовал себя как приманку и приводил добычу в зону, которую мог контролировать. Убийственные ящики. Подойдет любой из них. Киллбоксы или «Последний шанс». Макколл выбрал четыре места, которые, по его мнению, давали ему хороший вход и выход, места, которые он мог использовать в своих интересах. Если он сможет заманить его в любое из них, то сможет закончить дело.

За несколько дней до этого он оборудовал небольшое укрытие в конце третьего «киллбокса» – всего лишь несколько бронепластин и запасной маскировочный плащ, отгороженный группой труб. Он уже собирался занять позицию, когда услышал грохот консервных банок.

Что-то было не так.

Монофиламентный провод был пережат где-то слева от него, что вызвало грохот банок. Он был уверен в направлении, но это означало, что каким-то образом ему удалось обогнуть его. Как оно это сделало? Как оно пронеслось так далеко и так быстро, что он даже не заметил этого? Оно снова пересекло траншею радиатора и окружило его, двигаясь совсем не в том направлении.

Макколл сразу понял, что больше не может управлять третьим «киллбоксом». Укрытие было направлено не в ту сторону.

Он знал, что должен быстро пересмотреть свое решение. Оно задело больше жестянок, что означало, что оно двигалось быстро, ставя скорость выше осторожности. Оно знало, где он находится, и шло к нему с уверенностью в своих силах.

Он поспешил к концу вентиляционной станции и вошел по лестнице-колодцу в ретрансляционную комнату, которую он обозначил как «киллбокс два». Там было две точки укрытия: одна – в шкафчике для запчастей у правой стены, другая – дальше слева за верстаком. Пока он стоял там, решая, какая из них дает ему лучшие возможности, он услышал, как в вентиляционной станции под ним что-то зашевелилось. Звук был негромким, просто легкий удар металла о металл, но он легко выделил его из окружающего шума корабля. Оно было под ним, менее чем в десяти метрах. Оно двигалось даже быстрее, чем он предполагал.

Он не был уверен, что у него будет достаточно времени, чтобы быстро занять любую из позиций для укрытия. Ему нужно было держать это на расстоянии вытянутой руки, держать на расстоянии как можно дольше, чтобы обеспечить себе максимальное преимущество.

Ему нужен был отвлекающий маневр. Киллбокс один был лучшим вариантом, и ему нужно было выиграть немного времени. Он взял пару шайб с грязного верстака и, направляясь к выходному туннелю, ведущему в киллбокс номер один, повернулся и бросил их под ноги в лестничный колодец.

Он услышал грохот и звон, когда они отскочили вниз по шахте. Он услышал еще одно движение, когда что-то двинулось на поиски.

Затем он быстро вышел, используя все свои навыки скрытности, накопленные за долгую карьеру. Он покинул второй киллбокс с меньшим шумом, чем пара шайб, упавших в колодец лестницы.

Киллбокс один, машинный цех, представлял собой большое и мрачное помещение с тяжелыми палубными плитами. В отличие от других зон, которые он пометил, здесь было слишком много точек входа, но этот недостаток с лихвой компенсировался формой и пространством помещения. Кроме того, Макколл знал, с какого направления исходит угроза, поэтому значение имел только люк, ведущий в ретрансляционную комнату. Он заранее соорудил укрытие и в этом киллбоксе, но здесь было еще две точки укрытия, и он выбрал одну из них с приподнятым углом, с которой люк был виден лучше всего.

Он втащил себя на позицию и навел винтовку. Времени нет, не стоит тратить время на суету. Просто настроиться и быть готовым.

Он ждал. Он ждал, его палец лежал прямо на спусковом крючке.

Тишина.

Никаких признаков движения.

Оно не могло потерять его запах. Даже отвлекаясь, оно шло так близко по пятам.

Макколл замер.

Оно было в машинном цехе. Оно было рядом с ним в первом боксе.

Но оно появилось с противоположного направления. Вместо того чтобы появиться из люка, через который было замечено, оно проникло в помещение через люк позади него.

Он понятия не имел, как ему это удалось. Он понятия не имел, как оно обогнуло его. Он начал разбирать свою ментальную карту корабля, пытаясь понять, как оно могло на него напасть. Может быть, он пропустил люк или смотровую трубу. Может...

Он отмахнулся от этих мыслей. Это были просто отвлекающие мысли. Не имело значения, как оно обошло его. Важно было только то, что это произошло. Важно было то, что это было здесь и сейчас.

Макколл не дышал. Он не двигался. Он ждал, волоски на его шее поднялись. Оно было так близко. Оно пробиралось вперед, его масса была тенью во мраке. Он слышал слабый гул автосистем и целеуказателей. Оно охотилось за ним. Через секунду-другую оно должно было его обнаружить.

Но он был в его прицеле.

— Бах, — сказал Макколл.

Космический пехотинец замер, а затем медленно развернулся. Сар Аф, Белый Шрам, сузил свои нечеловеческие глаза и увидел Макколла, сгорбившегося среди подвесных труб, с винтовкой наизготовку. Лазган Макколла была переведен в режим полной автоматики. Как бы быстро Сар Аф ни двигался, он не успевал за потоком лазерных выстрелов, направленных в его незащищенную голову.

Сар Аф улыбнулся.

— Умный человечек, — сказал он.

Макколл кивнул в ответ, его прицел не дрогнул.

— Раунд за мной — сказал он.

Сар Аф опустил пистолет.

— Призраки Танита, — сказал он, — у них хорошая репутация. Особенно для тайных действий. Хорошая... по человеческим меркам. Но сегодня вы кое-что доказали. Это было познавательно, сержант, тренироваться вместе с вами. Осмелюсь сказать, что я никогда не встречал такого хитрого человека, как вы.

— Я согласен, сэр, — сказал Макколл.

— Я полагаю, вы подготовились? Прошли по земле? Выбрали место?

—Да.

Сар Аф кивнул.

— Мудро и старательно, — сказал он. — Только так вы можете надеяться уравнять шансы. Мы из Адептус Астартес тоже всегда готовимся. Готовимся к худшему. Мы готовимся к тому, что враг будет лучше нас, что у него будет какое-то преимущество, и соответствующим образом подстраиваемся. Вот почему Адептус Астартес всегда побеждают.

Макколл позволил себе небольшую улыбку.

— Кроме этого раза, сэр, — сказал он.

— Ммм, — ответил Сар Аф, как будто его что-то позабавило.

Макколл почувствовал, как по позвоночнику пробежал холодок. Его внимание было приковано к Белому Шраму. Он понял, что за ним что-то есть.

Он повернулся. Холофурнэс из Железных Змей стоял в дверном проеме, его болтер был нацелен на Макколла. Эадвайн из Серебряной Гвардии, с оружием наизготовку, медленно вышел из бокового люка.

Все три космодесантника навели на него свое оружие.

Макколл медленно опустил лазган.

— Я попросил своих боевых братьев следить за нами, пока мы будем играть в нашу игру, — сказал Сар Аф.

— Это действительно спортивно? — спросил Макколл. — Честное состязание?

Эадвайн фыркнул.

— Вовсе нет, сержант, — сказал Сар Аф, — но когда война бывает спортивной? Это состязание никогда не было честным с самого начала. Война – это победа. Это все, что имеет значение. И именно поэтому Адептус Астартес одерживает верх. Когда шансы складываются против нас, мы пересматриваем правила и меняем шансы.

Макколл пожал плечами. Он спустился с трубопровода на палубу перед возвышающимся Сар Афом.

— Что ж, сэр, — сказал Макколл, — тогда я признаю поражение. Я буду дорожить тем, что, согласно первоначальным правилам этого состязания, я победил вас. Я, единственный человек. Но я признаю, что у меня нет шансов против вас троих. Если бы все было по-настоящему, вы бы меня прикончили.

— Ты хорошо справился, Макколл, — сказал Холофурнэс. — Наслаждайся тем, что тебе удалось одолеть нашего лучшего охотника.

Макколл кивнул.

— Только я сделал не только это,— сказал он. Он посмотрел вниз, на палубу под ними. Три космодесантника тоже медленно опустили глаза.

— Я с самого начала знал, что у меня нет шансов против брата Сар Афа, — сказал Макколл. — Ни единого шанса в аду, даже если я перехитрю его и заманю в киллбокс. Поэтому я устроил ловушку, просто чтобы убедиться. И посмотрите на это. Моя ловушка поймала трех космодесантников.

Палуба машинного цеха была заминирована. Три космодесантника могли видеть мягкие упаковки взрывчатки, засунутые под плиты палубы, на которой они стояли, и детонаторы, подключенные и установленные.

— Бум, — сказал Макколл.

Эадвайн и Холофурнэс уставились на Макколла в недоумении.

— Но... но если ты приведешь в действие эту ловушку, — сказал Эадвайн, — ты погибнешь вместе с нами.

— Конечно, погибну, — непринужденно ответил Макколл. — Но именно поэтому бедные чертовы гвардейцы всегда побеждают. Мы – расходный материал. Один солдат на трех сверхмощных сверчеловеческих противников? Это победа.

Наступило мгновение тишины, затем Сар Аф начал смеяться. Это был громкий, долгий и восхищенный смех.

— Отлично сыграно, сержант, — сказал он. — Он поймал нас, братья. Мы трупы.

Холофурнэс шипел проклятия. Эадвайн кивнул, его лицо было мрачным.

— Я признаю патовую ситуацию, — сказал Эадвайн.

— Спасибо, сэр, — сказал Макколл. — Я ценю возможность испытать себя против вас.

Он опустился на колени и начал отдирать пакеты с взрывчаткой от краев палубной плиты.

—Трон! — воскликнул Холофурнэс. — Будь осторожен с этим!

— С этим? — спросил Макколл, держа в руках один из пакетов. — Это просто пакетики с порошкообразной кофеиновой смесью.

Сар Аф снова начал смеяться.

— Это еще одна особенность гвардии, — сказал Макколл. — Мы тоже блефуем, как ублюдки.