Они взбежали по лестнице из силовой комнаты и направились по внутренним коридорам в направлении недавно открытых секций дома. Снаружи и над ними, бедлам от яростной битвы был совершенно отчетливым. Баскевиль на мгновение остановился, смотря вверх.

— Фес, ты прав, Ладд. Прислушайся. Мне не следовало покидать свой пост во всем этом. У меня была такая… навязчивая идея. Я...

Ладд поднял руку. — Смотрите, — сказал он. — Посмотрите на это!

Медленный, гипнотический пульс затухания и разгорания настенных фонарей прекратился. По всему коридору, насколько они могли видеть, настенные фонари становились ярче, заменив глянцевую коричневую мглу холодным, ярким светом.

Меррт начал производить странный звук. Ладд с Баскевилем осознали, что он смеялся. Баскевиль побежал, и они последовали за ним.

Когда они вошли в новую секцию дома, они встретили отступающую роту Даура.

Лицо Даура было натянутым и изможденным. — Они внутри, — сказал он Баскевилю. — Я только что услышал это по воксу. Они проникли через главный вход, и через несколько нижних уровней. Теперь это рукопашная. Роун говорит, что потрачены почти все боеприпасы.

Баскевиль кивнул. Он вытащил свою микробусину из кармана и вставил ее. — Роун сказал что-нибудь еще?

— Он сказал нам вытащить серебро и стать призраками, призраками в доме. Держаться теней и убить столько ублюдков, сколько сможем.

— Каких теней, капитан? — спросил Ладд.

Даур был таким уставшим, таким вялым от усталости и от перспективы последней, кровавой мясорубки, что он не заметил свет. Предыдущий тусклый янтарный свет в новой секции сменился постоянным ярким белым.

— Что, — начал Даур, — что происходит?

Баскевиль протолкнулся мимо него и вошел в арсенал.

Он открыл крышку одного из бункеров, которые располагались в центре комнаты. Камни внутри ярко светились, как крошечные звезды.

Он щелкнул микробусину. — Это Баскевиль, — сказал он. — Даур, приведи сюда людей.