— Я прошу тебя только об одном, — сказал Далин шепотом. — Не умирай тоже. Пожалуйста, не умирай. — Он сидел у кровати Тоны Крийд, прижимая свою голову к ее. Она не шевелилась.

— Вернись ко мне. Кафф не сможет, я это понимаю, но ты сможешь. Ты сможешь, гак тебя. — Тона просто лежала.

В полевой станции было шумно. Медики все еще работали, разбираясь с последними и наименее поврежденными ранеными. Санитары сновали туда-сюда с пачками свежих бинтов и водой.

— Все будет хорошо, Далин, — произнес человек. — С ней все будет в порядке. — Далин поднял взгляд и увидел Майора Колеа, стоящего рядом.

— Сэр, — сказал Далин и начал вставать.

— Сиди, парень, — сказал Колеа.

Далин знал, что майор был близок с его матерью и Каффом. Колеа странно пугал Далина, не так, как Мерин и другие засранцы, чрезмерно уважительные к памяти о Каффране. Колеа был другим. Он напоминал Далину кого-то, кого он когда-то знал, давным-давно, дядю или друга семьи, возможно, еще до войны на Вергхасте.

— Моя мать знала вас, сэр? — спросил он.

— Что?

— Моя родная мать, не Тона, в Улье Вервун, где я родился. Вы Вергхастец. Вы знали мою семью?

Колеа пожал плечами. — Да.

— Серьезно?

— Я хорошо ее знал.

— Почему вы мне не говорили об этом раньше, сэр? Мои воспоминания о том времени отрывочные, но если вы знали...

— Прошло много времени, Далин, — сказал Колеа твердым голосом. — Тона с тех пор была твоей матерью.

— Я это понимаю, — сказал Далин, — но… кем они были, мои мать и отец? Вы знали их. Какими они были?

Колеа отвернулся. Он замер. — Они любили тебя, — сказал он. — Тебя и Йонси, очень сильно. И они бы гордились тем, что такая женщина, как Тона, спасла тебя.

— Они погибли в войне, так ведь? Мои родители. Они погибли в войне в Улье Вервун? — спросил Далин.

— Они погибли в войне, — сказал Колеа.