Дорогой Владимир!

Простите, что сразу не ответил на Ваше восторженное письмо. Неотложные дела, спешная работа, а вечером ничего делать не могу – бессонница всегда за спиной. Если в том, что Вы написали, и написали от всего сердца, одна треть соответствует действительности – мне нечего больше желать. Я, разумеется, не сомневаюсь в том, что всё, сказанное Вами, – правда, правда внутренняя, но не теряю из виду другие измерения, которые делают наши общие усилия не столь значительными. Пишу это лишь для того, чтобы в нашем общении, которое я очень ценю, всё было ясно, а не для того, чтобы Вы опровергали мои слова, поддерживая во мне оптимизм. Он сохраняется, несмотря на зримые пределы моих возможностей и незначительность сферы, ясно сознаваемую. Какое значение имеет для современного писателя ситуация, создающая для него пьедестал, Вы можете видеть на примере моего венгерского друга²⁴². Но у меня другая жизненная позиция, другая судьба, и я смотрю на это достаточно трезво.

Посылаю Вам теперь статью о мифологии²⁴³. Это уже скорее чистая наука, чем прикладная. Надеюсь, что статья Вам понравится. Прошу только иметь в виду, что все концы обрезаны за недостатком места и времени, я подготовил более широкое и многообразное целое, но всем этим пришлось пожертвовать, ибо лучше, как говорит русская пословица, синица в руки, чем журавль в небе. Не знаю, сохранила ли эта статья в своём окончательном виде достаточно цельности.

Ещё раз – спасибо за доброе мнение, надеюсь, что слова о Ваших физических силах не таят в себе ничего серьёзного. Прошу Вас написать мне об этом. Мы оба кланяемся Вере и ожидаем, что однажды Вы снова посетите Москву, на этот раз более удачно. Обнимаю Вас.

Ваш Мих. Лифшиц

Меня потрясла гибель Альенде²⁴⁴. Вот глубокая трагедия, подтверждающая истину ленинизма! Комментарии западной печати, этих защитников гуманности и свободы, лицемерны, омерзительны.