Дорогой Владимир!

Тучи над моей головой, тучи неисполненных к сроку работ всё время сгущаются, а сна и прочих резервов личности всё меньше и меньше. Жаловаться на это и прочие обстоятельства не буду, хотя бы потому, что эти жалобы мне самому смертельно надоели, но Вы должны понять причины задержки в исполнении Ваших просьб, которые кажутся такими простыми. Не забудьте, что я всё должен делать сам. Секретарей у меня нет, и одни только дела с машинистками и почтой удручают до крайности. Некоторым моим корреспондентам я не отвечаю по году и живу под давлением нечистой совести.

Но оставим это. Прежде всего я хочу Вас поздравить с Верой. Будьте оба счастливы, и вера да пребудет с Вами. То, что Вера врач, тоже неплохо. Надеюсь, что Ваше здоровье в верных руках. Судя по письмам, оно улучшается. Можно заметить прилив энергии, но, ради бога, будьте осторожнее. Шут с ним, с полным собранием моих сочинений! Человечеству это не поможет, несмотря на Ваши добрые иллюзии. Усилия мысли несоизмеримы с движением стихий. Глядя на то, как поднимает голову неофашизм (например, в Италии), я вижу, что авангардистские идеи передовых людей не остаются безнаказанными, но от этого не легче. Ведь по закону круговой поруки, установленному Герценом¹⁹⁷, отвечают невинные.

Я послал Вам на днях перепечатку моей статьи к пятидесятилетию со дня смерти Маркса из сборника 1935 г., как Вы просили¹⁹⁸. Послал также недавно вышедшее немецкое издание «Кризиса». Посылаю одновременно с этим письмом русский текст для переводчика. У меня есть согласие издательства на второе дополненное русское издание, но нет времени его подготовить, а Л.Я. совсем вышла из строя – у неё уже больше двух месяцев сильный радикулит. Библиографический список я также послал. Возможно, что некоторые указания в нём не точны, но самую малость.

Брошюра, в которую входит тема об искусстве и фашизме, пока застряла, вследствие моей неуступчивости, комментарий к Марксу я оставил, ибо мировая литература за последние тридцать лет так выросла, что невозможно в короткий срок с этим совладать, пойдёт пока без комментария. Но текст я переработал, по крайней мере, в литературном отношении, и перенёс кое-что из комментария. В итоге получилась большая рукопись размером более трёхсот страниц. Прислать её Вам я пока не могу, сделаю это при удобном случае. Буду писать к ней ещё предисловие на тему о прогрессе. Вся книга, включающая и другие работы о Марксе, будет называться «Карл Маркс. Прогресс и пути искусства»¹⁹⁹.

Что касается «Эстетического воспитания», то я сейчас работаю над вёрсткой того предисловия, о котором идёт речь²⁰⁰. Оно будет мною несколько переработано, ибо в некоторых частях слишком догматично, если не по существу, то по форме. Статья же, служившая предисловием к пятому тому «Антологии»²⁰¹, исправлена и перепечатана мною. Её я в ближайшее время отошлю Вам. Другие части моей работы об эстетическом воспитании прислать пока не могу. Во-первых, они ещё не печатались у нас. Во-вторых, я также должен над ними работать.

Полный текст статьи «Маркс и трагедия современной культуры»²⁰² перепечатывается машинисткой; отошлю, как только будет готово. Я Вам абсолютно доверяю во всём, в том числе и в издании моих «текстов», но смотрите сами – подходит ли эта статья для публикации в настоящее время. Во всех текстах, посылаемых Вам, указываются тома сочинений Маркса и Энгельса на русском языке, большей частью в скобках – том и страница. Что касается немецких текстов, то эту работу я в настоящее время исполнить не могу за недостатком времени. Но те места, которые вошли в собрание сочинений, переводчик может легко найти в многотомном издании Маркса и Энгельса, вышедшем в ГДР.

Моя книжка о Марксе была напечатана в Дрездене первым изданием в 1960 г.²⁰³ Если она Вам нужна, я могу прислать экземпляр. Могу также прислать Вам текст моей старой, ранней статьи об эстетических взглядах, напечатанной гектографическим способом в журнале ВХУТЕИНа за 1927 год²⁰⁴, её я в качестве приложения думаю включить в «Прогресс и пути искусства». Что касается второй части «Трубного гласа»²⁰⁵, то эта брошюра на русский язык не переводилась. Некоторые части из неё я хотел опубликовать в хрестоматии²⁰⁶, но дело не пошло. Перевод их был, была даже вёрстка, но я её затерял.

Уф! Кажется, все Ваши деловые вопросы. Насчёт старой дуры я с Вами совершенно согласен, но писали Вы, кажется, не туда. Что касается истории «школы», то – дудки! Не имею возможности пускаться в такие исторические экскурсии, главным образом по недостатку времени. Напомните мне об этом позднее – может быть, я сочиню что-нибудь ad usum delphini[21].

Вы спрашиваете, что у меня нового? Ничего, кроме тучи всяких дел. После того, как я покончу с вёрсткой древности, средних веков и Возрождения²⁰⁷, мне придётся написать предисловие к «Прогрессу». Потом меня ждёт написанная два года назад статья «Человек тридцатых годов» – предисловие к сборнику работ покойного И. Ильина. Статья большая – листов девять печатных, а может она стать ещё больше. И уже пора браться за выполнение плана Института – в этом году я должен написать листа три о Герцене. Все эти дела не дают мне никакого удовлетворения, меня тянет к некоторым актуальным вопросам, хотя не знаю, удастся ли выразить моё кредо, которое в настоящее время звучит приблизительно так – «В защиту обывателя!». А пока я занимаюсь собственной палеонтологией.

Лидии Яковлевне и Марине Ваши приветы передал. Все мы хором поздравляем Вас и Веру²⁰⁸ с вступлением в новую жизнь. Желаем здоровья (как основы счастья), а затем и прочих человеческих благ quantum satis[22].

Ваш Мих. Лифшиц

Р. S. Нет ли в Праге немецкого лекарства Adumbran? Бессонница замучила, помогает только нембутал, а он очень вреден.