Когда Дерек Кеттеринг проходил мимо автомобиля, Мирей высунулась из окошка:

– Дерек, я должна поговорить с тобой...

Но он приподнял шляпу и, не останавливаясь, прошел мимо.

В отеле консьерж встал из-за стола и обратился к нему:

– Вас ожидает джентльмен, мосье.

– Кто он? – спросил Кеттеринг.

– Мосье не назвал своего имени, но сказал, что у него важное дело и что он вас подождет.

– И где же он ждет?

– В малом салоне, мосье. Он предпочел его комнате отдыха, так как салон, по его словам, удобнее для приватной беседы.

Дерек кивнул и двинулся в указанном направлении.

В малом салоне сидел только один посетитель, который при виде Кеттеринга встал и поклонился с чисто иностранным изяществом. И хотя Дерек только однажды видел графа де ля Роше, он без труда узнал его и сердито нахмурился. Какая удивительная наглость!

– Граф де ля Роше, не так ли? – осведомился Кеттеринг. – Боюсь, вы зря потратили время, придя сюда.

– Надеюсь, что нет, – любезно отозвался граф, сверкнув зубами в улыбке.

Но очаровательные манеры графа не действовали на представителей одного с ним пола. Все мужчины без исключения питали к нему глубокую неприязнь. Дерек уже ощущал желание вышвырнуть визитера из комнаты. Удерживала только мысль, что скандал при данных обстоятельствах был бы крайне нежелателен. Его вновь заинтересовало, что могла найти Рут в этом субъекте. Обычный фат, если не хуже. Он с отвращением посмотрел на наманикюренные руки графа.

– Я пришел по одному небольшому делу, – сообщил де ля Роше. – Думаю, вам лучше меня выслушать.

Кеттерингу вновь захотелось дать ему пинка, но он опять сдержался. Намек на угрозу в голосе графа не пропал даром, только Дерек истолковал его по-своему. Существовал ряд причин, по которым ему стоило выслушать посетителя.

Он сел и нетерпеливо забарабанил пальцами по столу:

– Ну, в чем состоит ваше дело?

Однако играть в открытую было не в духе графа.

– Позвольте, мосье, принести вам соболезнования по поводу недавней утраты.

– Еще одна подобная наглость, и вы вылетите отсюда через это окно! – спокойно сказал Кеттеринг и кивком указал на окно рядом с графом.

Тот на всякий случай отодвинулся.

– Я пришлю вам моих друзей, мосье, если вы этого желаете, – надменно произнес граф.

Дерек расхохотался:

– Дуэль? Мой дорогой граф, я не настолько принимаю вас всерьез! Но мне доставит удовольствие вышвырнуть вас пинком на Английскую набережную.

Обижаться явно не входило в намерения графа. Он всего лишь поднял брови и процедил:

– Англичане – варвары.

– Так что вы хотели мне сказать? – снова повторил Дерек.

– Я буду откровенен и сразу же перейду к делу. Надеюсь, это удовлетворит нас обоих. – Граф вновь любезно улыбнулся.

– Выкладывайте, – кратко произнес Дерек.

Де ля Роше соединил кончики пальцев, поднял глаза к потолку и тихо проговорил:

– Вы унаследовали много денег, мосье.

– А вам какое до этого дело?

Граф выпрямился:

– Мосье, мое имя запятнано! Меня подозревают... обвиняют в грязном преступлении.

– Обвинение исходит не от меня, – холодно отозвался Кеттеринг. – Будучи заинтересованным лицом, я не выражал своего мнения на этот счет.

– Я не виновен, – продолжал де ля Роше. – Клянусь небом. – И он указал пальцем вверх.

– Насколько мне известно, делом занимается судебный следователь мосье Карреж, – вежливо намекнул Дерек.

Граф не обратил на это внимания.

– Я не только подозреваюсь в преступлении, которого не совершал, но также испытываю сильную нужду в деньгах. – И он многозначительно кашлянул.

Кеттеринг поднялся со стула.

– Я этого ждал, – усмехнулся он. – От меня вы не получите ни пенни, грязный шантажист! Моя жена мертва, и никакой скандал, который вы в состоянии устроить, ей не может повредить. Она наверняка писала вам глупые письма. Если бы я сейчас выкупил их у вас за кругленькую сумму, вы, безусловно, утаили бы одно или два. Вот что я скажу вам, мосье де ля Роше: шантаж – преступное занятие, как в Англии, так и во Франции. Это мой ответ. Всего хорошего!

– Одну минуту! – Граф протянул руку, останавливая Дерека, который уже повернулся, чтобы выйти из комнаты. – Вы глубоко заблуждаетесь, мосье. Надеюсь, я джентльмен, и письма, которые писала мне леди, останутся для меня священными. – Он гордо вскинул голову, не обращая внимания на издевательский смех Кеттеринга. – Я собирался сделать вам предложение совсем иного свойства. Как я уже говорил, я крайне нуждаюсь в деньгах, и совесть может побудить меня сообщить полиции определенные сведения.

Дерек медленно повернулся:

– Что вы имеете в виду?

Улыбка графа стала еще шире.

– Едва ли необходимо вдаваться в подробности, – промурлыкал он. – Недаром говорят: ищите того, кому выгодно это преступление. Как я только что упомянул, вы унаследовали крупную сумму.

Кеттеринг презрительно усмехнулся:

– Если это все...

Но граф покачал головой:

– Это не все, мой дорогой сэр. Я бы не пришел к вам, если бы не имел более точной и подробной информации. Быть арестованным и судимым за убийство, мосье, весьма неприятно.

Дерек подошел ближе. Его лицо выражало такой бешеный гнев, что граф невольно отступил на пару шагов.

– Вы угрожаете мне? – осведомился Кеттеринг.

– Больше вы не услышите об этом ни слова, – заверил его граф.

– С более наглым блефом я еще никогда не сталкивался!

Де ля Роше снова поднял тонкую белую руку:

– Вы ошибаетесь, это не блеф. Дабы убедить вас, я добавлю следующее. Моя информация приобретена у одной леди, которая располагает неопровержимыми доказательствами, что вы совершили убийство.

– И кто же эта леди?

– Мадемуазель Мирей.

Дерек отшатнулся, словно его ударили.

– Мирей, – пробормотал он.

Граф быстро ухватился за то, что счел своим преимуществом.

– Я прошу лишь всего сотню тысяч франков. Сущая безделица.

– Что-что? – рассеянно переспросил Дерек.

– Я сказал, мосье, что безделица в сумме сто тысяч франков удовлетворит... мою совесть.

Казалось, Кеттеринг взял себя в руки. Он внимательно посмотрел на графа:

– Вы хотите получить ответ теперь же?

– Если вы будете так любезны, мосье.

– Тогда вот он. Можете убираться ко всем чертям! Понятно?

Оставив графа онемевшим от изумления, Дерек повернулся на каблуках и вылетел из комнаты.

Выйдя на улицу, он остановил такси и поехал в отель Мирей. Осведомившись о ней, он узнал, что танцовщица только что пришла. Дерек протянул консьержу свою визитку:

– Передайте это мадемуазель и спросите, может ли она принять меня.

Спустя краткий промежуток времени Дереку предложили следовать за коридорным.

Аромат экзотических духов ударил ему в нос, едва он перешагнул порог апартаментов танцовщицы. Комната была полна гвоздик, орхидей и мимозы. Мирей в кружевном пеньюаре стояла у окна.

Она двинулась ему навстречу, протянув руки:

– Я знала, что ты придешь, Дерек.

Кеттеринг отодвинул цепкие руки Мирей и сурово посмотрел на нее:

– Почему ты прислала ко мне графа де ля Роше?

Она уставилась на него с изумлением, показавшимся ему искренним.

– Я прислала к тебе графа де ля Роше? Зачем?

– Очевидно, для шантажа, – мрачно отозвался Дерек.

Внезапно Мирей улыбнулась и кивнула:

– Ну конечно! Этого следовало ожидать. Именно так и должен был поступить ce type-là[99]. Но я его не посылала, Дерек.

Он устремил на нее пронизывающий взгляд, словно пытаясь прочитать ее мысли.

– Мне очень стыдно, но я все тебе расскажу, – продолжала Мирей. – В тот день я просто обезумела от гнева. Мой характер не из терпеливых. Я хотела отомстить тебе, поэтому отправилась к графу де ля Роше и посоветовала ему пойти в полицию и кое-что рассказать. Но не бойся, Дерек. Я еще не совсем потеряла голову. Доказательства есть только у меня, так что полиция ничего не сможет сделать, пока я не заговорю, понимаешь?

Она придвинулась ближе, но Дерек грубо ее отстранил. Танцовщица стояла тяжело дыша и по-кошачьи прищурившись.

– Будь осторожен, Дерек. Ведь ты вернулся ко мне, не так ли?

– Я никогда к тебе не вернусь, – твердо ответил он.

– Вот как?

Сейчас Мирей более чем когда-либо походила на кошку. Ее веки слегка дрогнули.

– У тебя есть другая женщина? Та, которую ты в тот день пригласил на ланч?

– Я собираюсь просить эту леди стать моей женой.

– Эту чопорную англичанку?! Думаешь, я с этим смирюсь? – Ее гибкое тело сотрясала гневная дрожь. – Помнишь, Дерек, наш разговор в Лондоне? Ты сказал, что тебя может спасти только смерть твоей жены, и выразил сожаление, что она здорова. Именно тогда тебе в голову пришла мысль о несчастном случае – вернее, о чем-то посерьезнее.

– Полагаю, – с презрением проговорил Кеттеринг, – ты передала этот разговор графу де ля Роше?

Мирей засмеялась:

– Разве я дура? По-твоему, полиция поверит подобной истории? Я дам тебе последний шанс. Ты бросишь эту англичанку и вернешься ко мне. Тогда, chéri[100], я никому не пророню ни словечка.

– Ни словечка о чем?

Она снова рассмеялась:

– Ты думал, что никто тебя не видел...

– О чем ты?

– О том, что я тебя видела, mon ami. Я видела, как ты выходил в ту ночь из купе твоей жены перед тем, как поезд прибыл в Лион. И я знаю нечто большее. Я знаю, что, когда ты вышел оттуда, она была мертва.

Дерек молча уставился на нее, потом медленно повернулся и, слегка пошатываясь, вышел из комнаты.