Стрелки часов показывали десять минут третьего. Мы были вместе с Ив вот уже два часа.

— Прошедшие недели были для меня адом, — говорил я. — Мы должны что-то придумать.

— Будь счастлив настоящим. Даже это опасно. Она может вернуться в любой момент. Я не удивлюсь, если она войдет сейчас.

— Это невозможно. Я закрыл дверь на ключ.

— И все же мы очень рискуем.

— Не беспокойся. Послушай, я так давно все обдумываю, что кое-что пришло мне в голову. Тебе положен один выходной в неделю, не так ли? Предположим, я сниму квартиру в Иден-Ист. Это так далеко отсюда, что там нас никто не знает. Мы сможем встречаться в выходной, а Вестал пусть думает, что я в конторе.

— Это невозможно, Чэд. По выходным я должна навещать маму.

— О, господи! Неужели у тебя мать на первом месте?

— Не говори так. Она знакома с Вестал. Если я перестану ее посещать, она позвонит моей хозяйке, чтобы узнать, в чем дело. Мы и так не слишком ладим, а если она вздумает жаловаться Вестал…

— Ты должна что-нибудь придумать. Я хочу быть с тобой хоть раз в неделю.

— Но я не могу! — резко сказала она. — Это опасно. А что если кто-нибудь увидит нас вместе?

— Что же дальше? Неужели придется ждать неделями, чтобы хоть ненадолго остаться с тобой наедине?

— Я предупреждала тебя, Чэд…

— Это не ответ. Если ты хочешь меня так же, как я тебя…

— Да, Чэд.

Ее взгляд разбудил уснувшую было страсть. Я взял Ив за руку.

— Я не смогу без тебя долго. Сейчас я довольно хорошо зарабатываю. У меня есть тридцать тысяч долларов, и я могу организовать собственное дело с одним знакомым маклером. Почему бы нам не сыграть в открытую? Я заставлю Вестал дать мне развод и женюсь на тебе.

Ив уставилась на меня, как на говорящую жабу.

— Жениться на мне? Чэд, ты сошел с ума. Да и что такое эти тридцать тысяч? Сколько ты сможешь нажить на маклерских операциях? К тому же я не хочу бросать эту работу. Я к ней привыкла. Сейчас я живу в прекрасном доме и получаю хорошие деньги. У меня есть все, что нужно, и я не слишком загружена. Надо быть дурой, чтобы отказаться от этого!

— Слушай, Ив, а почему ты так странно одеваешься? Тебе совсем не идут очки и эта прическа…

Она улыбнулась.

— Неужели ты думаешь, что Вестал держала бы меня рядом, если бы думала, что я красивее ее? Она сменила кучу секретарш, но я быстро раскрыла этот секрет и благодаря этому смогла удержаться здесь. У меня была нелегкая жизнь, Чэд. Я всегда не ладила с матерью. Раньше мы едва сводили концы с концами, и теперь я не собираюсь расставаться с богатой жизнью.

— Неправда, — злобно прервал ее я. — Ты просто надеешься, что Вестал завещает тебе деньги. Надеешься на кругленькую сумму? Ничего подобного. Она оставит тебе гроши.

— Ну что ты говоришь, Чэд! Я же не виновата, что влюбилась в тебя. Но даже ради любви я не могу жертвовать своим будущим.

— Повторяю, Вестал тебя обманывает. Она оставит тебе несколько сотен, мы недавно разговаривали с ней об этом.

Ив нежно коснулась моей руки.

— Она сказала тебе неправду, Чэд. Я знаю, что написано в завещании, потому что видела это своими глазами.

— Когда?

— Несколько дней назад она составила новое завещание. Ее адвокат прислал черновик, который она случайно оставила на рабочем столе, и я все прочитала.

Я напрягся.

— И сколько же она тебе оставляет?

— Пятьдесят тысяч!

— Странно… А мне Вестал сказала, всего несколько сотен.

— Может быть, она подумала, что это тебе не понравится? Я сама видела текст документа и не могу жертвовать такой суммой даже ради тебя.

— А что она оставила мне? — вдруг спросил я.

— Все. Почти все. Дом и шестьдесят миллионов. Остальное пойдет на благотворительные цели.

Я глубоко вздохнул.

— Ты уверена?

— Да. Но ты ведь хочешь развода, — усмехнулась Ив.

— О, теперь совсем другое дело. — Я принялся ходить по комнате из угла в угол. — Но мы не можем воспользоваться этими деньгами, а когда получим их, то будем уже слишком старыми, чтобы наслаждаться роскошной жизнью.

— На все воля провидения…

— Конечно.

Даже сейчас, разговаривая с лежащей в постели Ив, я не думал об убийстве. Мне это просто не приходило в голову.

— Хорошенькая перспектива! — продолжал я. — Пока мы будем ждать, что с ней произойдет несчастный случай, который, кстати, может и не произойти, наступит старость.

— Но что же делать?

— Черт бы ее побрал! Хоть бы она умерла!

Неожиданно зазвонивший телефон заставил нас вздрогнуть. Ив судорожно схватила халат, словно кто-то мог ее увидеть. Я безмолвно уставился на аппарат.

— Это она, — хрипло проговорил я.

— Ответь, но будь осторожен.

Дрожащей рукой я снял трубку и проговорил заспанным голосом.

— Кто это?

— О, Чэд! — Это, конечно же, была Вестал. Даже находясь за несколько сотен миль, она пыталась встать между мной и Ив.

— Что случилось, Вестал? О, господи! Уже больше двух часов!

— Я разбудила тебя, Чэд?

— Конечно.

— Не сердись, — захихикала она. — Мне так одиноко без тебя.

— Я тоже скучаю.

Проклиная в душе Вестал, я посмотрел на Ив, которая быстро одевалась возле двери. В свете лампы ее лицо выглядело белым.

— Я не могла не позвонить, Чэд. Мне приснился такой страшный сон. Я испугалась. Мне приснилось, будто я потеряла тебя, — причитала Вестал. — Мне приснилось, что ты меня ненавидишь. У тебя было такое ужасное лицо. Я подошла к тебе, умоляла о любви, но ты отшвырнул меня в сторону и бросился бежать по длинному коридору. Ты бежал и бежал, пока я не потеряла тебя из виду. Я проснулась вся в слезах. Я не могла не позвонить тебе…

Пот стекал по моему лбу и застилал глаза.

— Это просто ночной кошмар, успокойся.

— Как хорошо слышать твой голос, Чэд. Ты меня еще любишь?

Я так сжал трубку, что побелели костяшки пальцев.

— Конечно, люблю…

— А я люблю тебя еще больше, дорогой! Ах, как приятно слышать твой голос.

— Тебе пора спать, Вестал, уже поздно.

— А разве ты не хочешь спросить о моей речи?

Мне едва удавалось сдерживать ярость.

— Ты удачно выступила?

— Просто великолепно!

Минут пять она рассказывала о своей речи, о том, как ее хвалили директора, называя лучшей из учениц, как все ей аплодировали.

Я остановил Вестал, уже не думая, хорошо я делаю или плохо.

— Все это прекрасно, дорогая, но сейчас ночь. Нам обоим надо спать. Не беспокойся обо мне.

— Хорошо, Чэд. Мне жаль, что я тебя разбудила. Я все время о тебе думаю.

— Я тоже. Спокойной ночи, Вестал.

Я положил трубку и огляделся. Всюду ощущалось присутствие Вестал. Мне казалось, что она не звонила по телефону, а сама побывала в этой комнате.

— Я ухожу, Чэд, — сказала Ив.

— Черт бы ее побрал! Она звонила лишь потому, что ей приснился страшный сон, как будто она меня потеряла.

— Я же говорила, что она обо всем догадается.

— Ив, не уходи! До рассвета еще три часа.

— Нет, не могу. Мне кажется, что она здесь, в комнате.

— Мне тоже так кажется.

Я подошел к Ив и обнял ее, но она освободилась.

— Не надо, Чэд.

— Тогда завтра в такое же время. Хочешь, теперь приду я?

— Бедный Чэд. Как плохо ты ее знаешь. У нас не будет завтрашней ночи. Она вернется.

— Нет, нет! Она должна еще вручать призы спортсменам.

— Она вернется, Чэд!

И она действительно вернулась. Возвращаясь домой из конторы, я увидел у подъезда знакомый «ролле». Вестал ждала меня на веранде. Ночь, проведенная с Ив, не успокоила меня. Мне казалось, что, если бы Вестал не вернулась сегодня и у нас была бы возможность еще побыть вместе, я смог бы утолить свое бешеное вожделение. Но это был лишь обман. Я знал, что никогда не перестану желать Ив. Она у меня в крови…

Вестал чуть не свела меня с ума. Я сдерживался изо всех сил, пытаясь не сорваться и не наговорить дерзостей.

Через четыре дня после возвращения Вестал пришла ко мне в кабинет.

— Чэд…

Я поднял голову от бумаг.

— Что случилось, Вестал? Мне некогда.

— Завтра у нас будет небольшой прием: приедут несколько старых друзей. Кроме того, я пригласила лейтенанта Легита. Ты не против?

— Нет, конечно, — машинально ответил я. — Будь же умницей, иди к себе. Мне до обеда надо покончить с этими бумагами.

Если бы еще два месяца назад кто-нибудь сказал мне, что я в таком тоне буду разговаривать с Вестал Шелли, я решил бы, что этот человек сошел с ума. Как все изменилось! Любовь ко мне смягчила Вестал. Она боялась потерять меня и, казалось, была готова терпеть все, лишь бы находиться рядом.

— Хорошо, дорогой.

Когда она вышла, я закурил и налил виски. Интересно, что сейчас делает Ив? Мы не виделись целую вечность. С той ночи я видел ее очень редко, и эти встречи были случайными.

Выпив виски, я спустился в зал. Я до сих пор не знал, где находится комната Ив, и пошел к Вестал в надежде встретить ее там.

Когда я вошел, Ив разбирала почту. Она подняла на меня глаза, но лицо ее осталось спокойным.

— Она наверху, — прошептал я, приближаясь. — Я все время думаю о тебе, Ив. Давай встретимся в четверг.

— Нет, я уже говорила, что должна навестить мать. Когда же ты наконец это поймешь?

— Неужели моя любовь для тебя ничего не значит? — возмутился я.

Она встала и направилась к двери, я схватил ее за руку и повернул к себе лицом.

— Ив, я не могу больше ждать! Мы должны где-то встретиться!

— Оставь меня в покое!

Она вырвала руку, распахнула дверь и стала быстро подниматься по лестнице. Я стоял, опершись о стол. Пот тек по моему лицу, кровь пульсировала в висках. Меня заставил оглянуться звук шагов. В дверях стоял Харри. Мне сделалось зябко под его холодным, подозрительным взглядом.

— Что тебе надо?

— Я пришел взять почту, но если я мешаю…

Я прошел мимо и стал подниматься по лестнице. Дом кишел шпионами. Казалось, я жил в стеклянной коробке под постоянным прицелом любопытных глаз.

Я шел по коридору к своей комнате. Это был длинный коридор со множеством дверей по обе стороны. Погруженный в мысли об Ив, я прошел свою комнату и очнулся лишь в конце коридора. Я уже собирался повернуть назад, но тут заметил небольшой коридорчик, аппендиксом отходящий от того, по которому я пришел. В конце аппендикса была лишь одна дверь. Я знал, что в доме расположено тридцать комнат для гостей, но эта дверь вряд ли вела в одну из них: слишком уж это было на отшибе.

И тут я подумал: а вдруг это комната Ив! Я осторожно подошел к двери и прислушался. Некоторое время за дверью было тихо, а потом мне показалось, что в комнате кто-то ходит. Я уже совсем было собрался постучать, как вдруг услышал, что крутят телефонный диск. Приложив ухо к двери, я замер.

— Это ты, Ларри? — раздался голос Ив. — Я буду свободна в четверг. Она устраивает вечером прием, так что у меня будет свободное время. Буду ждать тебя в отеле «Атлантик» в семь. Ты сможешь?

Последовала пауза, а потом Ив сказала:

— Я считаю часы, дорогой. Не опаздывай.

Снова пауза, и трубка легла на рычаг.

Не помню, как я добрался до своей комнаты. Там я сел на кровать и обхватил голову руками. Мне казалось, что меня только что ударили по затылку чем-то тяжелым.

* * *

Пленка кончилась, и Чэд выключил магнитофон. Он бросил взгляд на часы и увидел, что говорил без остановки пятьдесят минут. Чэд отодвинул стул, встал и потянулся.

Солнце стояло в зените, и на улице было невыносимо жарко. Он сполоснул лицо и руки, налил немного виски с содовой и, не торопясь, выпил. Ставя стакан, он через плечо взглянул на мертвую женщину. Большая зеленая муха медленно ползла у нее по ноге, а потом вдруг принялась летать по комнате, отвратительно жужжа. Чэд закурил и бросил спичку в пепельницу, полную окурков. Потом, не в силах подавить странного влечения, он подошел и коснулся мертвого тела, стараясь не смотреть на лицо. Рука мертвой уже похолодела, но пока не закоченела. Было слишком жарко, и трупное окоченение не могло наступить так скоро.

Чэд подошел к окну, откуда хорошо был виден Ист-Энд. Он не боялся, что Ларри придет неожиданно, в запасе был еще целый час. Но время от времени все же стоило посматривать в окно. Чэд дотронулся до тяжелого гаечного ключа, лежащего на столе, поднял его и взвесил на руке. Это было хорошее оружие. Удовлетворенно кивнув, он снова положил ключ на стол, затем, подумав, пододвинул стол и стул ближе к окну, чтобы лучше видеть дорогу. Поставив в магнитофон новую пленку, он снова налил себе виски, выпил, и стал диктовать.