Католическое наступление на Прибалтику, а через нее давление на Северо-Восточную Русь началось задолго до Русского похода Бату. Соответственно, это наступление не было вызвано конъюнктурой учиненного монголами погрома, а носило характер стратегический. Монголы могли активизировать данный процесс, но не определяли его возникновение.
Первым известным католическим миссионером в Ливонии был монах ордена святого Августина немец Мейнард фон Зегеберг (1127–1196). В 1186 году архиепископ Бремена возвел его в сан предстоятеля Ливонской епархии. Епархии могло и не быть, если бы двумя годами ранее полоцкий князь Владимир не дозволил монаху начать миссионерскую деятельность на территории ливов, находящихся у него в вассальном подчинении. Допуск католиков в свои земли в итоге обернется для Северо-Восточной Руси тяжелыми проблемами. Существует предположение, что Владимир пошел на такой необдуманный шаг ради родной сестры Софьи, бывшей замужем за датским королем Вальдемаром I. Пройдут столетия, и в 1993 году во время визита в Латвию Иоанн Павел II канонизирует Мейнарда в качестве первого латвийского апостола.
Для поддержки миссии христианизации Прибалтики еще в 1193 году (период епископства Мейнарда) папа Целестин III (1106–1198) издал буллу о крестовом походе против ливов. Реально тогда до организации военного выступления дело не дошло, но важен был сам факт соответствующего заявления. Считается, что помимо собственно крещения язычников Целестин преследовал цель не допустить перехода ливов в Православие100.
Христианизация ливов давалась крайне тяжело. С жестким сопротивлением с их стороны столкнулся и преемник Мейнарда в сане епископа Бертольд Шульте. Ливы не единожды покушались на жизнь Шульте, нарушали клятвы об обращении в христианство. В поддержку епископа папа Иннокентий IV предоставил отпущение грехов всякому, кто вооружится против вероломных ливских язычников. В итоге Бертольд был все же убит, а его преемником стал Альберт Буксгевден, образ которого связывается с основанием Риги. Новый епископ практиковал ежегодные весенние военные походы, смысл которых состоял в силовом восстановлении христианства. Ливам Альберт не доверял и не считал, что, крестившись, они становились подлинными христианами. Более доверял он силе меча, что составляло общую тактическую линию действий католиков в языческом мире101.
Особая роль в политике католического наступления в Прибалтике принадлежала соратнику Альберта Буксгевдена монаху-цистерцианцу Теодориху из Турайды. Он дважды отправлялся в Рим к папе Иннокентию III, добившись от того буллы о крестовом походе против ливов. Иннокентий III подтвердил санкции Целестина III, что и явилось формальным основанием начавшегося в 1198 году Ливонского крестового похода. В Прибалтику направились из разных уголков Европы вооруженные отряды крестоносцев. В 1207 году территория Ливонии – Terra Mariana (буквально – Земля Девы Марии) была провозглашена первоначально княжеством в составе Священной Римской империи, а затем, с 1215 года, – непосредственным владением Святого Престола. Позже, оставаясь в таком качестве, она была разделена на шесть конкурирующих друг с другом феодальных образований: Рижское архиепископство, три епископства – Курляндское, Дерптское и Эзель-Викское, Ливонский орден (генезисно – Орден меченосцев) и Эстонское герцогство – владение датского короля. Они конкурировали друг с другом, сталкиваясь зачастую в вооруженных противостояниях. Папа интриговал между ними, поддерживая то одну, то другую сторону. Особо острым являлось противоборство датчан и Ордена меченосцев.
Орден меченосцев был создан монахом Теодорихом в 1202 году после получения соответствующей санкции от папы Иннокентия III. Его название – нарицательное было связано с изображением на плащах рыцарей красного меча. Официально орден назывался иначе – Братство воинов креста. Структурно Братство входило первоначально в Орден тамплиеров, являясь его прибалтийским филиалом. Использовался также устав рыцарей Храма. Но в дальнейшем связи с тамплиерами меченосцев ослабевали102.
Столкновению Александра Невского с крестоносцами предшествовала длительная история русского противостояния с Орденом меченосцев, а затем и интегрированным Ливонским орденом103. С 1203 по 1234 год насчитывается восемь походов русских князей против меченосцев. Чаще походы были успешными. Крупное поражение Ордену было нанесено, в частности, в 1234 году в сражении при Омовже Ярославом Всеволодовичем – отцом Александра Невского. Четырнадцатилетний Александр принимал участие в битве, использовав в дальнейшем полученный в ней оперативный опыт.
Окончательный закат Ордена меченосцев произошел после разгрома рыцарей в битве при Сауле в 1236 году союзными силами земгалов и жемайтов. В сражении погиб в том числе и великий магистр Ордена Фольквин фон Наумбург. Победа при Сауле, датируемая 22 сентября, отмечается в современных Латвии и Литве как День единства балтов.
Орден меченосцев не справился с миссией, возложенной на него Римом. Он не смог добиться успехов ни в борьбе с православной Русью (поражение при Омовже), ни в борьбе с балтийскими язычниками (поражение при Сауле). Остатки меченосцев вошли в 1237 году в состав Тевтонского ордена. Обряд присоединения был осуществлен папой Григорием IX и гроссмейстером Германом фон Зальцем в итальянском городе Витербо. Объединенная орденская структура в Прибалтике получила название Ливонского ландсмейстерства Тевтонского ордена (или упрощенно – Ливонский орден).
Тевтонский орден (официально – Орден Святой Девы Марии Тевтонской в Иерусалиме) являлся, в отличие от регионального объединения меченосцев, структурой с задачами, решаемыми в масштабах всего католического мира. Возникнув в Святой Земле, Орден сохранял там свою главную резиденцию и в тот год, когда его рыцари сражались на Чудском озере. В Венгрии тевтоны помогли венгерскому королю в борьбе с половцами. Правда, в дальнейшем они попытаются там отторгнуть часть территории страны, что вызвало резкое недовольство венгров.
В регион Балтики тевтонские рыцари прибыли в 1231 году по приглашению польского короля Конрада I Мазовецкого (1187–1247) для борьбы с пруссами. Считается, что того побуждала пригласить рыцарей его русская супруга Агафья Святославна. Как и в случае с Владимиром Полоцким угрозы, производные от приглашения католического ордена, не были своевременно оценены должным образом104.
Сопротивление прибалтийских язычников являлось сильным раздражителем для Папского престола. Среди них наибольшим упорством выделялись пруссы, терроризировавшие католическую Польшу. Такая ситуация определила в 1217 году решение папы Гонория III об организации Прусского крестового похода. Но для такого похода нужна была соответствующая воинская сила. В 1230 году папа Григорий IX издает буллу, предоставляющую тевтонским рыцарям право крестить пруссов и в целом большую свободу маневра. Занятые в ходе походов территории переходили под контроль Ордена, а через него – и Святого Престола.
Рыцарями успешно применялась тактика стравливания между собой прусских племен и их подавления поодиночке. В зонах расселения язычников активно возводились крепости, одной из которых стал, в частности, Кёнигсберг.
Официальным итогом Прусского крестового похода стала христианизация значимого анклава язычников. Неофициальный итог состоял в создании в Прибалтике противовеса Руси, Польше и Литве. Показательна последующая борьба Польши с Орденом, который польский король сам привел в регион.