- Сон-лиин думает, что нам следует свернуть. - Ответил Мардиз-сул.

Подобно Зан-акар Зераезу и Аратане, Сон-лиин была дженази шторма, но в отличие от них имела некоторую близость к стихийной силе земли и молнии. Некоторые линии, проходящие через ее пурпурную кожу, были золотыми, а не серебряными, как и полупрозрачные кристаллические шипы, которые заменял ей волосы.

Скорее всего, это означало, что она знала пару дополнительных трюков. Но в данный момент Аот интересовал именно ее знание Вершин Акана. Хотя она все еще была юной - с копьем в руке и колчаном за спиной она была похожа на маленькую девочку, играющую в воина - она ​​была одной из немногих Огненных Истребителей в группе, которые выросли в этих горах и вместе с отцом, охотником и старателем, много бродила по ним. Лишь удача привела её в Эйрспур как раз в тот момент, когда Аот и его новая компания готовились к выступлению.

Она улыбнулась, как будто внимание смутило ее. Тем временем ее дрейк, кожу которого была покрыта черной и зеленой галькой, повернул голову, выслеживая стрекозу длиной с ладонь Аота. Длинный розовый язык рептилии выскочил, хлопнул по насекомому, прилип к нему и утянул в пасть. Слюнявый дрейк быстро прожевал добычу, а Аот почувствовал, как это повеселило Джета.

- Впереди, -  начала Сон-лиин, - есть тропа, ведущая вниз в долину. Если мы пойдём по ней, то мы сможем добраться до Головы Старика на день или два раньше.

Голова Старика называли большую гору, которая, вероятно, стала домом для Виршекеллабекса. Если нет, то его убежище было где-то поблизости. По крайней мере, так утверждал Аласклербанбастос.

- Почему ты раньше не упомянула этот маршрут? - Спросил Аот.

- Потому что я не знала, какой будет погода, - сказала Сон-лиин. - Это не тот путь, по которому стоит идти в шторм. Поток может унести нас. Но сейчас мы здесь, а дождя не будет.

Аот и остальные подозревали что Сон-лиин так была уверена в своих словах, потому что была дженази шторма. Однако мужчина и сам был опытным офицером, а получить этот статус можно только при наличии множества навыков, и сейчас он мог согласиться с заключением девушки. Но ясном голубом небе не было ни намека на то, что в ближайшее время появятся тучи.

- Я против этого, - сказал Йемер. – У нас был план. Мы должны его придерживаться.

- Перемещаясь по этим вершинам и хребтам, - сказал Мардиз-сул, - нас видно издалека.

- Но если мы идем через долину, - ответил Йемер, - враг легко может оказаться над нами.

- Не беспокойся об этом, - прохрипел Джет, вызвав у дрейков новый приступ шипения. - Те из нас, кто находится в воздухе, заметят любую угрозу прежде, чем она приблизится к вам даже на милю.

 - И тем не менее. – Продолжал гнуть свою линию Йемер.

Мардиз-сул повернулся к Аоту.

- А что думаете вы?

Аот думал, что было бы неплохо проконсультироваться с Аласклербанбастосом о том, как лучше всего подойти к Голове Старика, но это было невозможно. Он еще даже не рассказал дженази о драколиче, а решение нужно было принимать сейчас.

- Мы пойдем по пути, предложенному Сон-лиин. - Сказал он. Почему нет? Она была единственной, кто знал Вершины Акана, и Джет был прав в том, что всадники заметят любую потенциальную угрозу издалека.

Йемер нахмурился, как будто безумие его товарищей граничило с невероятным.

- Давайте продолжим путь, - сказал Мардиз-сул. Он заставил своего дрейка двигаться и поехал в начало колонны, чтобы возглавить ведущих, которые остановились и слезли с дрейков, чтобы размять ноги и поболтать друг с другом.

Аот улыбнулся Цере.

- Не хочешь полетать? Думаю, кто-нибудь возьмет твоего дрейка.

- Нет, спасибо. Мне здесь нравится, и я подозреваю, что Джету нравится, что судьба избавила его от двойной ноши.

Грифон хмыкнул.

- Что касается его самок, то ты терпимее, чем некоторые.

Цера ухмыльнулась.

- Вот уж комплимент.

Спустя какое-то время группа добралась до тропы, уходящей вниз по склону горы в тень. Аот с некоторым трепетом наблюдал, как всадники на дрейках по очереди спускались вниз. Но рептилии были устойчивее лошадей и достигли неглубокого коричневого ручья на дне ущелья даже не запнувшись.

Затем они двинулись дальше на юг, ступая по песку и гладким круглым камням, плещась в воде и перепрыгивая через случайные коряги или целые упавшие деревья, сваленные очередным повышением уровня воды в речке. Иногда Аот и Джет взлетали достаточно высоко, чтобы рассмотреть вершины скал, возвышавшихся по обе стороны от ручья. Иногда они спускались, чтобы посмотреть, что таится на уступах и в трещинах снизу. Гаэдинн и Эйдер делали то же самое, попутно убив горного козла - эльф пронзил его стрелой, приземлился на выступ, где лежало тело, и быстро разделал тушу, после чего вернулся к своей работе.

Аот поступил бы так же, наткнись он на какую-нибудь дичь, потому что до сих пор путь казался достаточно безопасным.

Но после еще полмили извилистого каньона все изменилось - на мгновение или два пятно голубого появилось на бесплодном уступе, подобно светящейся рыбе, плавающей под слоем льда. Аот поднес два пальца ко рту, свистнул и указал на пятно копьем. Гаэдинн посмотрел в указанном направлении, повернулся к Аоту и покачал головой, показывая, что не видит ничего необычного.

Аот указал на вершину утеса на востоке. Джет сложил крылья и устремился в том направлении, а Эйдер последовала за ним. После приземления их всадники смогли разговаривать нормально, а не кричать, чтобы услышать друг друга.

Гаэдинн соскочил на землю и начал отрезать куски сырого, окровавленного козьего мяса с туши, которую он привязал к седлу.

- В чем дело? – Спросил он.

- На мгновение я увидел синий огонь внутри горы. - Ответил Аот.

Гаэдинн бросила мясо Эйдер, а грифон подбросил его в воздухе.

- Как, во имя Черного Лука, я это пропустил?

- Чтобы увидеть это, нужен магический взгляд, - ответил Аот потягиваясь. У него затек позвоночник. – Это даже было больше похоже на воспоминание о голубом огне.

Гаэдинн бросил Джету второй кусок мяса. Возможно, считая ниже своего достоинства поймать его клювом, грифон встал на дыбы и схватил его когтями.

- И что это вообще означает? - Спросил лучник.

- Было время, когда весь Аканул существовал в другом мире. Затем Магическая Чума и бросила его на Фаэрун. Если… ущерб был здесь таким сильными, то вполне логично, что от него остались следы.

- Значит, - сказал Гаэдинн, - мы идем в земли, сильнее всего затронутые Магической Чумой?

Аот всмотрелся в каньон так далеко, как только мог, ища хоть малейший намек на голубой туман или землю и скалы, стекающими вниз, подобно воску со свечи. Но все было нормально.

- Не похоже, - сказал он. - Я полагаю, что эта местность не хуже Пылающих топей.

Гаэдинн ухмыльнулся.

-  Обнадеживает.

Аот улыбнулся в ответ.

- Не правда ли? Но Сон-лиин говорит, что пока не идет дождь, ущелье безопасно. И единственная альтернатива продвижению вперед - это возвращение на несколько миль и тяжелый подъем обратно наверх.

Лучник пожал плечами.

- Сон-лиин кажется мне надежным проводником.

- Тогда вперед.

Они снова запрыгнули в седла, застегнули ремни, и грифоны взмыли вверх. Со временем Аот заметил еще один мимолетный синий отблеск на другой скале, как если бы коричневый полосатый камень был зеркалом, отражающим вспышку лазурного света. И в этот раз ничего больше не произошло.

Стоя на соседней вершине, длиннорукий, круглоплечий и с бочкообразной грудью, одинокий горный великан наблюдал, как всадники на грифонах пролетают над его головой. Аот подумывал о том, чтобы пообщаться с неуклюжим дикарем, но решил не делать этого - как только человек оказался бы в пределах досягаемости, гигант, вероятно, начал бы бросать камни, да и вряд ли он знал какие-то языки, кроме своего.

Затем колонна остановилась. Цера взмахнула булавой. Как и раньше, Аот оставил Гаэдинна в воздухе, а сам спустился вниз, чтобы узнать, что произошло.

- В чем дело? - спросил он, когда, щелкнув крыльями, Джет сел на гранитный уступ, торчащий из основания восточного утеса.

- Я не знаю. - Сказал Мардиз-сул. Он пытался не показаться нетерпеливым, но безуспешно.

Аот улыбнулся Цере.

- Я полагаю, ты-то точно что-то знаешь. - Сказал он.

- Не совсем, - ответила она. - Но… ты понимаешь, что Амаунатор - великий хранитель времени. Ночь следует за днем, а весна переходит в лето, потому что таков порядок вещей.

- Верно. - Сказал Аот. Он не понаслышке знал о связи ее Бога со временем. Но он понятия не имел, почему она подняла этот вопрос именно сейчас.

- Как его жрица, - сказала Цера, - я иногда чувствую это «вращение». И сейчас какой-то важный процесс приближается к своей кульминации.

- Что это значит? - Спросил Мардиз-сул. На мгновение синий свет пробежал сквозь воду, омывающую четырехпалые ноги его дрейка.

- В данный момент? – ответила она. - Я не знаю.

Но внезапно Аот подумал, что он знает.

- Однажды я ездил к Озеру Пара, - быстро сказал он. - Слышал о таком?

Мардиз-сул пожал плечами.

- Смутно припоминаю.

- У них там есть горячие источники… и гейзеры. Кипящая вода, которая вырывается из-под земли. А с некоторыми из них это происходит через очень регулярные промежутки времени, - Аот снова повернулся к Цере. – Могла ли ты почувствовать что-то подобное?

Она нахмурилась.

- Я никогда не видел гейзера, но, возможно.

- Мне не кажется это актуальным, - сказал Мардиз-сул, размахивая копьем вокруг себя. - Этот ручей холодный.

- Верно, - сказал Аот, - но в земле все еще гноится чума. По большей части она слишком слаба, чтобы доставить неприятностей, но со временем сила накапливается, пока ее не станет слишком много. А потом часть её разбрызгивается, подобно гейзеру. Думаю, это вот-вот должно произойти.

- Откуда ты можешь это знать? - Спросил Мардиз-сул.

- Ты дженази огня, - сказал Аот. - А во мне есть небольшой остаток Магической Чумы. - Он указал на свои глаза.

- И что должно случиться? - Спросила Сон-Лиин.

Аот покачал головой.

- Невозможно предсказать.

- Тогда что нам делать? Бежать?

- Нет. Слишком поздно отступать. Мы просто должны быть готовы ко всему. - Аот повысил голос - Все, готовьте оружие! Если знаете какие-нибудь защитные чары, используйте их!

Цера начала молиться и размахивать булавой над головой. Солнечный свет стал теплее. После минутного колебания некоторые дженази пробормотали свои собственные заклинания. Румяные руки махали вверх и вниз, напоминая прыгающее пламя, оставляющее за собой в воздухе следы огня. Подул ветерок, и ручей булькнул громче, чем раньше.

А потом все ждали и смотрели, как синий свет пробивался сквозь ручей и гранитные стены, пульсируя все чаще и чаще. От их вида у Аота пересохло во рту, а живот скрутило. Он попал в бурю голубого пламени в тот день, когда началась Магическая Чума, и наблюдал, как его товарищи-легионеры умирали в бессчетном количестве. И хотя за прошедшее столетие ему пришлось столкнуться с тысячей врагов, он всегда избегал второй встречи с этой опасностью. До этого момента.

- Итак? - спросил Мардиз-сул, все еще не замечая силы, пылающей вокруг него. - Что-нибудь происходит?

Аот открыл было рот, чтобы сказать «да», но понял, что в этом нет необходимости. Синий туман заклубился по всему каньону - по крайней настолько далеко, как он мог разглядеть. Дженази вскрикнули, а дрейки завизжали от его сырого и какого-то липкого ощущения на шкуре. Аот почувствовал спазм отвращения Джета и то, какое ему пришлось сделать усилие, чтобы не взлететь в воздух, подальше от этой синей  мерзости.

От прикосновения хаоса некоторые камни в русле ручья загорелись. Остальные стучали друг об друга со звуком, напоминающим стук зубов. Вода поднималась высоко в воздух и падала вниз, подобно волнам, накатывающим на берег из штормового моря.

Цера продолжала молиться. Воздух снова стал теплее. Синий туман рассеялся, как будто солнце выжигало его.

Когда пар почти улегся, Мардиз-сул вздохнул и рухнул вперед.

- Спасибо Косуту. И Амаунатору тоже.

Но когда последние клубы пара рассеялись, сквозь них промелькнуло что-то вроде бликов, и в глазах дрейков вспыхнул синий свет. На мгновение у Аота возникло граничащее с безумие чувство, будто он смотрит на собственное деформированное лицо в треснувшем зеркале - как будто какой-то маг изуродовал его проклятием, а он даже не подозревал об этом.

Некоторые рептилии завизжали, встали на дыбы или пытались убежать. Двое других упали в конвульсиях. Один из всадников, дженази ветра, вылетел из седла, а другой, дженази воды, не смог выскользнуть из стремени и вовремя отскочить. Когда его сошедший с ума скакун перекатился взад-вперед, весом своего тела он раздавил наездника.

Тем временем дрейк Мардиз-сула вздрогнул и швырнул его в ручей. Затем рептилия встала на задние лапы и начала расти, пока ремни седла с щелчком не порвались и седло не отвалилось в сторону. Передние лапы дрейка, казалось, усохли, хотя, возможно, они просто не выросли, как все остальное тело. Он держал их прижатыми к груди, в то время как вторая голова и шея вывернулись из его плеч подобно червяку, прогрызшемуся из яблока.

В этот момент другая рептилия начала расти – её спина выгнулась подобно холму, а наездник дженази земли упал на землю. Треугольные пластины выросли по всей длине хребта дрейка и разорвали седло на куски, с опасной силой раскидав ремни в стороны. Из морды зверя вырос шип, а над глазами появились длинные рога. Костлявый воротник раздулся за головой, а из кончика хвоста вырывались шипы.

Два преобразованных ящера рычали, по-видимому, общаясь друг с другом. Затем они напали на тех, кто окружал их. Рептилия, стоявшая на двух ногах, прыгнула на Аота и Джета, подобно кошке. В сравнении с этим нападение его товарища казалось тяжеловесным наступлением. Остроконечный хвост двуногого дрейка бешено хлестал взад-вперед и пролил первую кровь, разбив голову скакуна Сон-лиин на окровавленные ошмётки.