С каждой весною пути мои круче,

Мертвенней сумрак очей.

С каждой весною ясней и певучей

Таинства белых ночей.

Месяц ладью опрокинул в последней

Бледной могиле, — и вот

Стертые лица и пьяные бредни…

Карты… Цыганка поет.

Смехом волнуемый черным и громким

Был у нас пламенный лик.

Свет набежал. Промелькнули потемки.

Вот он: бесстрастен и дик.

Видишь, и мне наступила на горло;

Душит красавица ночь…

Краски последние смыла и стерла…

Что ж? Если можешь, пророчь..

Ласки мои неумелы и грубы.

Ты же — нежнее, чем май.

Что же? Целуй в помертвелые губы.

Пояс печальный снимай.