Следующим святоотеческим аргументом противников частого причащения являются три цитаты из святителя Игнатия. Первая: «Должно приобщаться по крайней мере во все четыре поста, четырежды в год. Если ж, к сожалению и несчастью, житейские заботы и до сего не допустят, то непременно должно приобщиться однажды в год».

Здесь то же самое, что и с предыдущими цитатами-аргументами, и даже в большей степени. То, о чем святой отец говорит как о «крайней мере» редкости причастия, выставлять как довод против более частого причащения есть нечто совсем несообразное[1]. Особенно учитывая то, что сам святитель Игнатий еще в бытность мирянином причащался каждую неделю.

Вторая фраза взята из письма, адресованного болеющей сестре Елизавете Александровне, в котором святитель пишет: «Церковная служба питает душу, а уединение чрезвычайно способствует к рассмотрению себя и покаянию. Потому-то многие святые Отцы удалялись в глубокие пустыни… Советовал бы и тебе провести Великий пост безвыходно дома с пользою для души и тела, иногда приглашать священника для отправления некоторых важнейших служб, а говение и причащение Святых Таин отложить до Петрова поста. Не то важно, чтоб приобщаться часто, но чтоб приготовиться существенно к Причащению и потому пожать обильную пользу. Святая Мария Египетская во всю многолетнюю жизнь свою в пустыне не приобщалась ни разу: эта жизнь была приготовлением ко Причащению, которого она удостоилась пред концом жизни» (Письмо от 16 февраля 1847 г).

В данной цитате, действительно, есть совет причащаться реже. Однако обращен ли он ко всем христианам или же к частному лицу в конкретных обстоятельствах? Из приведенного текста видно, что справедлив второй вариант трактовки, а не первый. Ведь здесь же, в этом абзаце, святитель призывает адресата вообще во весь Великий пост не посещать храма! Неужто и это совет для всех православных? А приводимый пример преподобной Марии Египетской, причастившейся всего дважды за сорок семь лет, разве тоже норма для всех? С этим не согласятся и сторонники «сверхредкого» причащения. Отчего же тогда они из единого ряда, приведенного святителем, выбирают только то, что им выгодно?

Но еще яснее на то, что перед нами не общее повеление, а сугубо частная рекомендация, указывают слова начала этого абзаца, опущенные при цитировании оппонентами: «Выходить из комнат в течение всей зимы никак не советую. Помысл, приходящий тебе о лишении церковной великопостной службы и предлагающий выезд в церковь, – суетный. Оставь его без всякого внимания».

Этим как раз и объясняются последующие слова святителя. Он дает и противоядие от искушений, и утешение для больной, которой опасно выходить из дома.

Разумеется, в тех обстоятельствах, в которых оказалась его сестра, и при тогдашнем ее духовном состоянии совет святителя был самым уместным и душеполезным, но делать из него общее предписание для всех здоровых христиан так же невозможно, как выводить из этого же текста общее правило не посещать храмы Великим постом.

О том же, что святитель не отрицал частое причащение для здоровых и готовых к нему христиан, свидетельствуют строки, написанные им для российского читателя в «Отечнике»: «Авва Аполлос говорил: монахи должны, если то возможно, ежедневно приобщаться Святых Таин Христовых. Удаляющий себя от них удаляется от Бога; часто же приступающий к ним часто принимает в себя Христа Спасителя. Сам Христос Спаситель сказал: „Ядый Мою плоть и пияй Мою кровь, во Мне пребывает и Аз в нем“ (Ин. 6, 56)».

Наконец, третья цитата, приводимая противниками частого причащения, вообще к их делу не годится: «Да искушает человек себя (1 Кор. 11, 28), да рассматривает себя, прежде нежели приступит к Святым Тайнам, и, если он погряз в скверне греховной, да устранится страшного Причащения, чтоб не навершить и чтоб не запечатлеть грехов своих самым тяжким грехом: наруганием над святыми Тайнами Христовыми, наруганием над Христом».

Вся эта цитата говорит только о тех, кто причащается в состоянии нераскаянных смертных грехов. Ни слова о частоте причащения в ней нет. А недостойно подходить ко Причастию можно и раз в неделю, и раз в год. Ни частота сама по себе не повергает причастиика в осуждение, ни редкость причастия вовсе не гарантирует достойности причащающегося.

Нужно сказать, что это общая ошибка оппонентов: они отождествляют частое причащение с заведомо недостойным и потому норовят использовать против него в качестве аргументов тексты, которые посвящены именно недостойному причащению[2].

Так, они часто приводят как якобы аргумент слова Апостола: «Кто будет есть хлеб сей или пить чашу Господню недостойно, виновен будет против тела и крови Господней. Да испытывает же себя человек, и таким образом пусть ест от хлеба сего и пьет от чаши сей. Ибо кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе» (1 Кор. 11, 27-29).

Но в словах Апостола нет ни словом, ни намеком осуждения частого причастия, Апостол вообще говорит не об этом, а о состоянии, с которым человек приступает к Таинству. Наделять его слова указанным значением «аргумента» тем более абсурдно, что апостольские времена христиане причащались Святых Таин как раз «сверхчасто», что признают и оппоненты.

Слова Апостола равно адресованы и тем, кто приступает к Таинству каждую неделю, и тем, кто приступает раз в месяц, и тем, кто приступает раз в год. Если только, конечно, оппоненты не считают, что сама по себе редкость причащения гарантирует достоинство и чистоту жизни причащающегося[3].

Более того, святые Отцы прямо запрещали толковать слова Апостола как повод к тому, чтобы причащаться реже. Так, святитель Кирилл Александрийский пишет: «Если мы вожделеем Вечной жизни, то да молимся, чтобы был в нас Податель бессмертия, да не будем удаляться от благословения (то есть от Причастия), как делают некоторые нерадивые. И да не устраивает нам искусный в коварстве диавол ловушку и сети в виде вредного благоговения по отношению к Божественному Таинству. Но что ты мне говоришь: „Вот, Павел пишет, что кто ест хлеб и пьет чашу Господню недостойно, в осуждение себе ест и пьет. Итак, я, испытав себя, вижу себя недостойным причаститься“.

На это я тебе отвечаю: „Когда же ты будешь достоин? Когда ты себя поставишь пред Христом? Если ты будешь бояться всегда своих мельчайших прегрешений, то никогда не перестанешь их делать и так и останешься навек совершенно непричастным спасительной Святыни“»[4].