«Я говорю [вам] как рассудительным; сами рассудите о том, что говорю. Чаша благословения, которую благословляем, не есть ли приобщение Крови Христовой? Хлеб, который преломляем, не есть ли приобщение Тела Христова? Один хлеб, и мы многие одно тело; ибо все причащаемся от одного хлеба» (1 Кор. 10, 15-17). Один хлеб (Тело Господне) – причастие, и все мы причащаемся от одного хлеба во всем мире. Поэтому и мы одно тело, и в пространстве, и во времени. «Посмотрите на Израиля по плоти: те, которые едят жертвы, не участники ли жертвенника? Что же я говорю? То ли, что идол есть что-нибудь, или идоложертвенное значит что-нибудь? [Нет], но что язычники, принося жертвы, приносят бесам, а не Богу. Но я не хочу, чтобы вы были в общении с бесами. Не можете пить чашу Господню и чашу бесовскую; не можете быть участниками в трапезе Господней и в трапезе бесовской. Неужели мы [решимся] раздражать Господа? Разве мы сильнее Его?» (1 Кор. 10, 18-22). Несовместимость иных религиозных действий с Причастием. Причастие есть – жертва. Все жертвы Ветхого Завета слились на Христе, и они так же присутствуют в Евхаристии. Он – жертва мира – примирил людей и Бога.