На современных планах Москвы не найти 2-й Аэропортовской улицы. В справочниках указывается, что она упразднена как застроенная. Но на самом деле улицу… украли. И отметились этим похвальным деянием не кто иные, как московские мастера пера, попросту говоря, писатели.
Лет шестьдесят назад улица еще существовала, попасть на нее с Ленинградского проспекта можно было через арку в середине фасада дома № 62 (дома Метростроя). Но на беду, окрестности улицы приглянулись писательской братии в качестве удобного места для строительства своих жилищно-строительных кооперативов. Вообще творческая интеллигенция умела выбирать для себя лучшие районы. Например, артистическими домами плотно усеяны кварталы «тихого центра» вокруг улицы Горького. Писателям достался уголок хотя и более отдаленный, зато тихий, спокойный и зеленый, при этом обеспеченный удобной транспортной связью с центром. Первые дома близ станции метро «Аэропорт» появились на улице Черняховского, которая должна была стать частью проектируемого Четвертого кольца. К сожалению, на реализацию этого плана сегодня надежды практически нет: выход улицы на проспект в годы демократии перекрыли зданием торгового центра. Тем самым широкая улица обратилась в обильно озелененный тупик. Одни из первых капитальных домов на улице – № 2 и 4 – принадлежат писательским кооперативам, о чем можно догадаться по мемориальным доскам на их фасадах. А затем дома пишущей братии стали появляться здесь один за другим. Заодно в глубине квартала выстроили и поликлинику Литфонда. Позже поблизости стали селиться художники, композиторы, но литераторы по-прежнему оставались в большинстве.
В советское время писатели и поэты пользовались большими привилегиями – к ним относились с особым почтением, им предоставлялись весомые материальные блага. Вокруг литературного сообщества сложилась своего рода инфраструктура – сеть санаториев, домов отдыха литераторов, контингент критиков, всегда готовых поддержать своего патрона, редакции толстых журналов, зачастую публиковавших творения писателей и поэтов без учета степени их талантливости или просто элементарной художественной ценности. Ко всему хорошему человек привыкает очень быстро, и вскоре труженики пера стали воспринимать хорошее отношение к себе как некую вседозволенность. К сожалению, эта привычка возникла не только у немногочисленных по-настоящему талантливых личностей, но и у относительно одаренных, а то и вовсе бесталанных. С 1960-х годов отказ в напечатании даже явно бездарного произведения стал восприниматься как зажим творческой индивидуальности. Это служило поводом для обращения к всевозможным «правозащитникам», в том числе и западным, где «обиженные» советским строем писаки часто находили всяческую поддержку.
Так же бесцеремонно вели себя литераторы и в быту. Членам жилищно-строительных кооперативов близ станции метро «Аэропорт» понадобилось место для дворов и гаражей. Вокруг новых домов выросли стальные решетки, разгородившие внутриквартальное пространство. А затем пришла пора и 2-й Аэропортовской улицы. Ее выход на улицу Красноармейскую также перегородили решеткой, захватив проезжую часть под гаражи и оставив для пешеходов лишь узкую полоску тротуара, зажатую меж двух высоких заборов. Характерно, что прошедшая недавно бешеная кампания по ликвидации личных гаражей и очистке дворов от «пеналов» и «ракушек» не затронула писательских дворов, где все эти сооружения сохранились во всей неприкосновенности.
Сегодня от бывшей 2-й Аэропортовской сохранилась лишь ее средняя часть, с обоих концов упирающаяся в тупики. Посетить бренные останки некогда славной улицы непросто. Попасть туда на автомобиле можно лишь по одному узкому проезду мимо поликлиники Литфонда с 1-й Аэропортовской улицы. Для пешеходов открыты еще два пути – через упомянутую щель с Красноармейской или через двор дома № 62. Ведущая туда калитка находится также на 1-й Аэропортовской, у самого пересечения с Ленинградским проспектом.