Жемчужиной из мантии дебелого моллюска,

ввиду у бархата полей,

зевает солнце.

Столь знакомый почерк

начала дня,

как тот короткий прочерк,

что жизнью видится,

он ею чаще мнится.

И чище чащи спелого огня,

что пожирает слепо, ярко, смело…

Смело-то нас метлой метели белой,

та упорхнула, скоро приобняв.