Осколки взглядов, нервы слов,

негромких вздохов злые звуки,

И смятый, второпях, покров

едва намеченной разлуки…

Ослепший снег в весенний день

бессилен над происходящим.

Земля притягивает чаще

того, чья искреннее тень…

Шаги густы. На взгляд чисты

и помыслы, – не слишком дерзки.

Пусть перепачканы листы,

где прошлого бредут отрезки.

Слегка согнулись от воды,

вполне впитавшей горечь тела…

Что где-то выведено мелом,

тут кровью строчка "Я и ты"…

Банален слог, и я грустна,

опустошенная сомненьем.

Миг оправдает ночь без сна,

и ей во всем повиновенье.

Промятый след глотает снег

на вздох позднее остального…

Так страшно виденье иного,

когда, казалось, света нет…

Последний дождь. Чего-то ждешь,

с меня смывает ветра ласки.

Ты, может быть, меня найдешь, -

сотри оставшиеся краски!

Сорви шнурок чужой струны,

развей, написанное мелом! -

В себе отысканным пределам

мы удивляться не должны.

Себя вернуть. Забыть, заснуть, -

с едва душой и целым телом, -

Мне стать такой когда-нибудь

не суждено и не хотела б!

Пусть боли свет: то есть, то нет…

Намек на ласку …Слишком мало

Жал об меня не обломало.

Да цел, покуда мой портрет!

Пусть я мягка, как та свеча,

что, освещая путь, мгновенна.

Все то, что в ней – не сгоряча,

все, что во мне, – то сокровенно…

Так горек призрак теплоты,

во мне души обледенелой…

Как сок от вишенки неспелой,

как кровь на строчке: "Я плюс ты"…