Остывшие гнёзда, продрогшие звёзды,

Навылет пробитое небо луной.

Вокруг всё покажется нам несерьёзным,

Поляны грустят под циновкой льняной

Увядших, жестоких тех травах, наверно,

Что путами ноги стреножат и краем

Так больно тем краем изрежут. Не первым

Не мы для себя, это нас. Выбираем

Из горсти тех горестей мене, но горше.

Не зная: ни веры, не правды, не меры,

Уверив себя в том плохом, как хорошем,

И спутавши запахи сена и серы.

Внезапно молчание, паче ли чаянья

Застиран дождями осенний пейзаж.

Где свет, что творился для нас изначально?

Где ночь, нашей совести искренний страж…

Остывшие гнёзда наполнены негой,

И касты ветвей только ветер и тронет.

Горстями весомыми мокрого снега.

Их много, в обритою осенью кроне…