Слова Джимми сразу подняли обсуждение на качественно новый уровень.

— Принимая все во внимание, — сказал он, — не так уж многим мы располагаем. Всего лишь словами о Семи Циферблатах. По правде говоря, я даже не знаю точно, где находятся эти Семь Циферблатов. Но в любом случае мы не можем тщательно прочесать весь этот район дом за домом.

— Можем, — возразила Бандл.

— Конечно, можем найти случайно, хотя я далеко не уверен. Мне кажется, это очень густонаселенный район — прочесывать не очень утонченно.

Слово напомнило ему девушку Конфетку, и он улыбнулся.

— Еще, конечно, мы знаем район, где был убит Ронни. Мы можем там все пронюхать, но полиция наверняка делает все, что мы могли бы сделать, и делает намного лучше.

— Что мне нравится в тебе, — Бандл не скрывала сарказма, — так это твой веселый и оптимистичный характер!

— Не обращай на нее внимания, — мягко сказала Лорейн. — Продолжай, Джимми.

— Не будь такой нетерпеливой, — обратился Джимми к Бандл. — Все лучшие сыщики приступают к делу именно так: исключают лишние и ненужные направления. Теперь я подхожу к третьей альтернативе — смерти Джеральда. Теперь, когда мы знаем, что он был убит… Между прочим, вы обе так думаете?

— Да, — сказала Лорейн.

— Да, — сказала Бандл.

— Хорошо. И я тоже. Итак, здесь, я думаю, у нас есть небольшой шанс. Ведь если Джерри не принял хлорал сам, то кто-то должен был забраться к нему в комнату и подбросить его ему — растворить в стакане воды, чтобы Джерри выпил, когда проснется. И конечно, оставил пустую коробку или флакон, или что там было. С этим согласны?

— Да-а, — медленно произнесла Бандл. — Но…

— Подожди. И этот кто-то должен был быть в тот момент в доме. Он не мог быть кем-нибудь посторонним.

— Конечно, — согласилась Бандл более решительно.

— Очень хорошо. Тогда круг поисков значительно сужается. Полагаю, большинство слуг постоянные, то есть ваши, хочу сказать?

— Да, — подтвердила Бандл, — практически вся прислуга осталась, когда мы сдали дом. Все старшие слуги и сейчас там, ну а среди младших, конечно, были кое-какие изменения.

— То же самое и я имею в виду. Ты, — обратился он к Бандл, — должна заняться этим. Выясни, когда были наняты новые слуги, лакеи например.

— Есть один новый лакей. Его звать Джон.

— Хорошо, разузнай все о Джоне. И обо всех остальных, кто нанят недавно.

— Полагаю, что это должен быть кто-то из слуг. Ведь не может же быть, чтобы кто-то из гостей?!

— Не думаю, чтобы такое было возможно.

— А кто именно там был?

— Ну, были три девушки: Нэнси, Хелен и Конфетка…

— Конфетка Дейвентри? Я знаю ее.

— Девушка, которая всегда говорит об утонченных вещах.

— Конечно, это Конфетка. «Утонченный» — ее коронное слово.

— И еще были Джерри Уэйд, я, Билл Эверслей и Ронни. И конечно, сэр Освальд и леди Кут. Да! И Орангутанг.

— Орангутанг!

— Парень по фамилии Бейтмен, секретарь старого Кута. Серьезный малый и очень добросовестный. Я с ним учился в школе.

— Среди них нет никого подозрительного, — заметила Лорейн.

— Да, — согласилась Бандл. — Как ты сказал, нам надо будет поискать среди слуг. Кстати, вам не кажется, что часы, выброшенные из окна, имеют какое-то отношение к этому делу?

— Часы, выброшенные из окна? — удивленно переспросил Джимми. Он впервые услышал о них.

— Не понимаю, какое они могут иметь отношение, — сказала Бандл. — Но все равно странно. Кажется, что в этом нет смысла.

— Я помню, — медленно проговорил Джимми. — Я вошел… э… проститься с беднягой Джимми, а на камине были расставлены эти часы. Я еще обратил внимание, что их было только семь, а не восемь.

Его внезапно передернуло, и он извинился, оправдываясь:

— Прошу прощения, но те часы всегда вызывают у меня дрожь. Они мне даже иногда снятся. Ужасно было войти в темную комнату и увидеть их там выставленные в ряд!

— Ты бы не увидел их, если бы там было темно, — возразила практичная Бандл. — Разве что у них были светящиеся циферблаты… Ох! — Она онемела от изумления, и кровь бросилась к ее щекам. — Понимаете? Семь Циферблатов!

Они посмотрели на нее в сомнении, но она продолжала настаивать на своей мысли с нарастающей страстностью:

— Должно быть так! Не может быть просто совпадением!

Наступила пауза.

— Возможно, ты и права, — произнес наконец Джимми Тесайгер. — Это… все чертовски странно.

Бандл начала нетерпеливо расспрашивать его:

— Кто покупал часы?

— Все мы.

— А кто придумал это?

— Тоже все.

— Чепуха! Кто-то должен был подумать о них первым.

— Все было не так. Мы спорили, как заставить Джерри проснуться, и Орангутанг предложил будильник, и кто-то сказал, что одного не хватит, а кто-то еще, по-моему, Билл Эверслей, сказал, почему бы не купить дюжину. Все мы решили, что это прекрасная мысль, и помчались покупать их. Каждый взял по одному, и еще один взяли для Орангутанга и один для леди Кут, просто от сердечной щедрости. В этом не было ничего преднамеренного, все вышло случайно.

Бандл молчала, но она еще не была убеждена.

Джимми продолжал говорить, суммируя все сведения в систему:

— Мы можем быть уверены в определенных фактах. Существует некое секретное общество, подобное мафии. Джерри Уэйд что-то узнал о нем. Сначала он расценивал все как шутку, скажем, как глупость. Он не мог поверить, что оно действительно опасно. Но потом случилось что-то, что убедило его в этом, и он всерьез испугался. Я даже думаю, что он мог сказать что-то Ронни Деврё. В любом случае, когда они избавились от Джерри, Ронни стал что-то подозревать, и, должно быть, он знал достаточно, чтобы и с ним поступили так же. К несчастью, нам приходится начинать в полной темноте. У нас нет тех знаний, которые были у ребят.

— Может, тут наше преимущество, — холодно возразила Лорейн. — Нас ни в чем не станут подозревать и, таким образом, не будут пытаться убрать с дороги.

— Если бы я был уверен! — взволнованно произнес Джимми. — Ты ведь знаешь, Лорейн, старина Джерри сам хотел, чтобы ты не впутывалась. Может быть, ты можешь…

— Нет, не могу, — ответила Лорейн. — Давай не будем обсуждать все вновь. Пустая трата времени.

При упоминании слова «время» взгляд Джимми остановился на часах, и он издал возглас удивления. Потом поднялся и открыл дверь:

— Стивенс!

— Да, сэр?

— Как насчет ленча, Стивенс? Можно устроить?

— Я ожидал, что он потребуется, сэр. Миссис Стивенс сделала необходимые приготовления.

— Чудесный человек, — сказал Джимми, повернувшись и вздохнув с облегчением. — Голова у него, знаете ли! Умнейшая голова. Он окончил заочные курсы. Иногда я думаю: не будут ли они и мне полезны?

— Не валяй дурака, — сказала Лорейн.

Стивенс открыл дверь и вошел, неся самую изысканную пищу. За омлетом следовали перепелки и нежнейшее суфле.

— Отчего мужчины так счастливы, когда они одиноки?! — трагически воскликнула Лорейн. — Отчего за ними намного лучше ухаживают другие люди, а не мы?

— О, но это ведь вздор, ты знаешь! — возразил Джимми. — Все не так! Как они могут быть счастливы? Я часто думаю…

Он запнулся и замолчал, а Лорейн покраснела в очередной раз.

Неожиданно Бандл вскрикнула, и оба быстро взглянули на нее.

— Идиотка! — сказала она. — Слабоумная! Я чувствовала, что забыла о чем-то!

— О чем?

— Вы знаете Филина, то есть Джорджа Ломакса?

— Часто слышал о нем, — ответил Джимми. — От Билла и Ронни.

— Так вот, Филин устраивает какой-то прием на будущей неделе, и он получил по этому поводу предупредительное письмо от Семи Циферблатов.

— Что?! — возбужденно воскликнул Джимми, подавшись вперед. — Не может быть!

— Может. Он рассказал об этом отцу. И в чем, по-вашему, суть?

Джимми откинулся на спинку стула. Он обдумывал услышанное. Наконец заговорил. Его речь была краткой и конкретной.

— Что-то должно случиться на приеме, — заявил он.

— Я тоже так думаю, — согласилась Бандл.

— Все сходится, — произнес Джимми как во сне.

Он повернулся к Лорейн.

— Сколько лет тебе было во время войны? — неожиданно спросил он.

— Девять… нет, восемь.

— Джерри, значит, было около двадцати. Большинство ребят двадцати лет участвовали в войне, а Джерри нет.

— Нет, — согласилась Лорейн, подумав. — Нет, Джерри не был на войне. И я не знаю почему.

— Могу сказать почему, — ответил Джимми. — Или в крайнем случае сделать очень вероятное предположение. Его не было в Англии с 1915-го по 1918 год. Я побеспокоился, чтобы узнать это. И похоже, никому точно не известно, где он был в то время. Мне кажется, в Германии.

Краска залила щеки Лорейн. Она смотрела на Джимми с восхищением:

— Какой ты умный!

— Он хорошо говорил по-немецки, не так ли?

— О да, как на родном!

— Я уверен, что прав. Слушайте обе. Джерри Уэйд служил в министерстве иностранных дел. Он оказался таким же милым идиотом — прошу прошения за выражение, вы понимаете, что я хочу сказать, — как Билл Эверслей и Ронни Деврё. Чисто внешняя декорация. В действительности он был кое-кем другим. Я думаю, Джерри Уэйд был настоящим специалистом. Наша секретная служба считается лучшей в мире. Считаю, Джерри Уэйд занимал довольно высокий пост. И это объясняет все! Я помню, ляпнул в тот последний вечер в Чимниз, что Джерри не может быть таким ослом, каким хочет казаться.

— И если ты прав?.. — спросила Бандл, практичная как всегда.

— Тогда дело серьезней, чем мы думали. Эти Семь Циферблатов — организация не просто уголовная, а международная. Одно ясно: кто-то из нас должен быть на приеме у Ломакса.

Бандл слегка скривилась:

— Я хорошо знаю Джорджа, но он не любит меня. Ему никогда не придет в голову пригласить меня на серьезное мероприятие. Но все равно я могла бы…

На мгновение она задумалась.

— Может, попытаться действовать через Билла? — спросил Джимми. — Он обязательно будет там как правая рука Филина. Может, ему удастся провести меня туда?

— Почему бы и нет? — сказала Бандл. — Тебе надо будет проинструктировать Билла говорить то, что нужно, а то он сам не способен ничего придумать.

— Что ты предлагаешь? — заинтересованно спросил Джимми.

— О, это совсем просто. Билл представляет тебя как состоятельного молодого человека, интересующегося политикой и желающего стать кандидатом в члены парламента. Джордж тут же клюнет. Ты же знаешь, что представляют собой политические приемы: сплошные поиски новых толстосумов. Чем более богатым представит тебя Билл, тем легче выгорит дело.

— Не возражаю, если меня представят как Ротшильда, — согласился Джимми.

— Договорились! Я обедаю с Биллом завтра и постараюсь достать у него список приглашенных. Он нам будет полезен.

— Жаль, ты не сможешь там быть, — сказал Джимми. — Но в целом это все же к лучшему.

— Не уверена, что меня там не будет, — ответила Бандл. — Филин шарахается от меня как черт от ладана, но есть и другие пути.

И она задумалась.

— Как же я? — тихим, кротким голосом спросила Лорейн.

— В этом деле ты не участвуешь, — мгновенно ответил Джимми. — Поняла? В конце концов, мы должны иметь кого-то для… э…

— Для чего? — спросила Лорейн.

Джимми решил не следовать этим курсом. Он обратился к Бандл.

— Послушай, — сказал он. — Лорейн не должна вмешиваться, правда?

— Так будет лучше.

— В другой раз пусть вмешивается, — ласково пошутил Джимми.

— Если другого раза не будет? — возразила Лорейн.

— О! Наверняка будет. Не сомневайся.

— Получается, мне требуется возвращаться домой и… ждать.

— Именно, — ответил Джимми с явным облегчением. — Я знал, что ты поймешь.

— Понимаешь, — объяснила Бандл, — если мы все трое будем пробивать дорогу туда, все будет выглядеть довольно подозрительно. А тебе будет особенно трудно. Ты ведь понимаешь, правда?

— О да! — ответила Лорейн.

— Тогда все решено — ты ничего не делаешь, — сказал Джимми.

— Я ничего не делаю, — робко повторила Лорейн.

Бандл подозрительно взглянула на нее. Покорность, с которой та приняла их решение, казалась неестественной. Лорейн посмотрела на нее своими синими простодушными глазами. Даже ресницы их не дрогнули, когда взгляды встретились. Смиренность Лорейн Уэйд казалась Бандл очень подозрительной.