Генерал-аншеф (1786), генерал-фельдмаршал (1794), генералиссимус (1799), генерал-фельдмаршал Священной Римской империи и Великий маршал войск пьемонтских (1799). В октябре 1789 г. полководец был возведен в графское достоинство Священной Римской империи и Российской империи с титулом Суворов-Рымникский, а в 1799 г. стал князем Италийским.

Внешне принц де Линь и Суворов относились друг к другу с симпатией. Они постоянно подшучивали друг над другом и в этом стиле обсуждали военные и дипломатические вопросы, касающиеся взаимодействия союзных войск. Однако принц де Линь написал в донесении Иосифу IІ (лагерь под Очаковом, 11 августа 1788 г.), что 7‐го числа Суворов, напившись с утра, атаковал без приказа Потемкина турецкие укрепления, был ранен в шею и потерял 280 человек убитыми и 260 ранеными[1514].

В свой черед, Суворов не воспринимал всерьез высокие звания и военные таланты принца. Прибыв 15(26) марта 1799 г. в Вену для командования русско-австрийскими войсками, он остановился в доме посла графа А. К. Разумовского. По свидетельству А. И. Рибопьера, «увидав принца Де-Линя, которого знавал со времен турецких войн, он ему поклонился, приговаривая „Здравствуйте, господин фельдмаршал с острова Цитеры“»[1515]. Суворов повторил шутку из письма 1789 г.: «Обожают тебя Нимфы Цитерские». Принц обиделся, ибо безуспешно просил австрийского императора, а позднее Павла I причислить его к действующей армии. Он припомнил это в «Отрывках из истории моей жизни»:

Я уже поминал Суворова, с коим был бы рад пребывать в добрых отношениях, ибо он, верно, помнил, как однажды рухнул пьяным на плечо Екатерины IІ. Я успокоил его, говоря о великих услугах, им оказанных. Но этот человек, яд истории, которая запечатлеет лишь великие дела, свершенные благодаря доверию, кое внушало его имя, шарлатанству, экстравагантным манерам, набожности, доблести и ранам, когда он пропускал рюмку, был зол. Он приметил, что я не благоволил к нему, и в своей манере, столь мне знакомой, спросил при всех: «Князь, Вы всё так же славно служите Аполлону и любви?» Я разозлился из‐за того, что он не мог упомянуть Марса, ибо мешал мне служить ему, и когда он прибавил: «Вот уже десять лет, как мы не виделись», «Более того, господин маршал, — ответствовал я, — ни разу с того дня, как Вы уехали из очаковской осады в Кинбурн[1516]». Чтобы напомнить, как его отослали из армии в наказание за совершенную им глупость, из‐за которой мы в четверть часа потеряли тысячу человек[1517].

Оригиналы пяти писем не найдены; сохранились только русские переводы ХІХ в., которые мы воспроизводим.

В декабре 1790 г. Суворов написал сыну принца де Линя Шарлю, отличившемуся при взятии Измаила; ответное благодарственное собственноручное письмо хранится в Петербурге[1518].