Кунти сказала:

Ты совсем не должен предаваться печали из-за этой опасности, — я вижу средство к избавлению от этого ракшаса. У тебя один сын малолетний и одна дочь беспомощная. Ни твой уход туда, ни их обоих, ни жены твоей, я не одобряю. У меня пять сыновей, о брахман; один из них пойдет вместо тебя, взяв с собою приношение для того злого ракшаса.

Брахман сказал:

Я никогда не сделаю этого, стремясь сохранить свою жизнь, а жизнь брахмана и гостя — погубить. Ведь этого не бывает даже среди неродовитых и нечестивых. Слова «Ради брахмана следует жертвовать даже самим собою и собственным сыном, и это должно считаться моей заслугой» — я одобряю. (Если выбирать) между убийством брахмана и самоубийством, то для меня лучше самоубийство. Убийство брахмана — величайший грех и нет этому искупления. Для меня лучше — самоубийство, даже если оно совершено безрассудно. Конечно, сам я не стремлюсь к самоубийству, о прекрасная, но если убийство совершено будет другими, то никакого греха для меня не будет. Если же из-за меня будет намеренно совершено убийство брахмана, то я не вижу искупления, а только нечто злонамеренное и подлое. Отвержение того, кто пришел в дом или ищет защиты, а также убийство того, кто просит об этом, считается высочайшим злодеянием. «Никогда не следует совершать дела, которое заслуживает осуждения и исполнено жестокости» — так учили прежде благородные знатоки правил на случай бедствий. Для меня теперь лучше моя собственная гибель вместе с моею супругой, и я никогда не соглашусь на убийство брахмана.

Кунти сказала:

И у меня такое же твердое мнение, о брахман, что брахманов должно охранять. Сын мой не может быть мне немилым, даже если бы у меня была сотня сыновей. Но этот ракшас не в состоянии убить моего сына. Сын мой могуч, опытен в мантрах и храбр. Он доставит всю ту пищу ракшасу и вызволит себя — таково мое твердое мнение. Я видела прежде многих ракшасов, могучих, с огромными телами, которые сражались с этим героем, и он убивал их. Но совсем не следует, о брахман, говорить об этом при ком-нибудь, ибо (люди), стремящиеся овладеть его наукой, будут из любопытства беспокоить моих сыновой. Если же мой сын без дозволения учителя сообщит ее кому-нибудь другому, то сам он уже не сможет исполнять (благого) дела при помощи той науки — таково мнение мудрых.

Вайшампаяна сказал:

И когда так сказала Притха, тот брахман вместе с супругою возрадовался и благословил это слово, подобное амрите. Тогда Кунти и брахман сказали вместе сыну Ветра: «Действуй!». А тот сказал им в ответ: «Хорошо!».

Так гласит глава сто сорок девятая в Адипарве великой Махабхараты.