Джордж С. Латтс, сидевший во главе стола из красного дерева, постучал по его поверхности председательским молоточком и сухим хриплым голосом объявил о начале совещания.

Люди за столом подобрались, прекратили разговоры и повернулись в его сторону.

Латтс сказал:

— Мы проводим плановое заседание совета директоров. На повестке дня — обсуждение предложения компании «Аурора Пэйвинг энд Экскавэйтинг» относительно сноса зданий, оставшихся на территории наших владений, срытия холма и прокладки дороги, которая свяжет нас с новым шоссе. Однако, — он сделал паузу, прочистил горло и продолжил, — перед тем, как начать обсуждение указанной темы, я должен сделать заявление о том, что сегодня я уступил свой пай другому лицу. Мои акции были приобретены мистером Перри Мейсоном. Я хочу представить вам мистера Мейсона, адвоката, а затем провозгласить свою отставку с поста президента директорского совета. Я намерен просить мистера Мейсона сказать несколько слов. Кроме того, я хочу сказать, что мистер Энрайт Харлан присутствует на нашем заседании по специальному приглашению. Мистер Харлан представляет интересы миссис Рокси Клаффин, владелицы участка к северу от нашего. Ну, а теперь я хотел бы попросить мистера Мейсона…

— Минутку. У меня вопрос по порядку ведения, — просипел Езекия Элкинс.

— В чем дело? — спросил Латтс нетерпеливо.

Элкинс отодвинул кресло и поднялся на ноги. На вид ему было слегка за пятьдесят, лицо у него было багровое, щеки впалые, волосы редкие. На лице, казалось, навечно застыло упрямое выражение, а в проницательных глазах — подозрительность. У него была привычка во время беседы засовывать руки глубоко в карманы брюк.

— Сколько вы получили за ваш пай?

— Не ваше дело, — отрезал Латтс.

— Мне казалось, что мы заключили соглашение, согласно которому каждый из нас, прежде чем совершить какую-либо сделку, касающуюся акций нашей компании, должен информировать об этом остальных директоров.

— Я ничего такого не подписывал.

— Я и не говорю о письменном контракте. Это было устное, джентльменское соглашение.

— Я не помню такой договоренности.

Над столом прошелестел ропот.

— Мы пришли к ней вот за этим столом. Мы обговорили все это, когда создавали компанию.

— Просто кто-то предложил, что было бы неплохо так делать, — заявил Латтс, — но ни к чему определенному мы не пришли.

— Нет, соглашение было, — упрямо сказал Элкинс.

— Хорошо, я информирую вас, что продал свой пай, — сердито огрызнулся Латтс.

— И вы не скажете нам, сколько вы за него получили?

— Нет.

Элкинс повернулся к остальным членам совета.

— Вношу предложение принять отставку Латтса как президента и директора, — сказал он, — на основании положения устава компании, гласящего, что директором не может быть лицо, не являющееся держателем акций компании.

— Поддерживаю предложение, — сказал Реджерсон Неффс.

— Я еще не подал заявления об отставке, — заявил Латтс.

— Вы не можете входить в совет. Это противоречит уставу. Вы должны быть держателем акций, чтобы быть членом совета директоров, — сказал Элкинс.

— Я могу откупить часть пая Герба Докси, чтобы удовлетворять всем требованиям устава, — настаивал Латтс, — я все еще заинтересован…

— Было внесено и поддержано предложение принять отставку Джорджа Латтса, — повысил голос Элкинс. — Прошу высказаться «за» или «против» этого предложения.

Четыре голоса «за» все решили.

— Итак, — сказал Элкинс, — кого мы изберем президентом компании?

— Я предлагаю избрать на пост президента мистера Клайва Ректора, — подал голос Реджерсон Неффс.

— А я предлагаю Езекию Элкинса, — сказал Герберт Докси.

— Голоса разделились поровну, — прокомментировал Неффс. — Это заведет нас…

— Я голосую за Элкинса, — перебил Ректор.

— Вы настаиваете? — спросил Неффс.

— Да.

Докси сказал:

— Мы можем избрать только председателя совета, временно исполняющего обязанности президента до ближайшего общего собрания акционеров. Президента избирает общее собрание.

— Мы соберем общее собрание сразу же после нашего совещания, — заявил Элкинс. — А теперь предлагаю послушать Перри Мейсона. Мистер Мейсон, вы хотите что-нибудь сказать нам?

— Я просто информирую вас, что отныне являюсь пайщиком корпорации, — сказал Мейсон, — и как таковой проявляю интерес ко всему, что делают ее директора.

— Кого вы представляете? — спросил Элкинс.

— Пай зарегистрирован на мое имя.

— Но вы кого-то представляете, — настаивал Элкинс. — Не свалились же вы с луны, чтобы без всяких предварительных переговоров купить акции нашей компании за такую цену, что Латтс не осмелился даже назвать ее, чтобы мы не поняли, какой шанс упустили. А ведь в свое время мы договаривались не подставлять друг другу подножки…

— Мейсон, конечно же, представляет эту дамочку Клаффин, — встрял Клайв Ректор. — Она проявляет подозрительно большой интерес к делам нашей корпорации. Перехватила северный участок прямо у нас под носом. Она…

— Погодите минутку! — прервал его Энрайт Харлан, поднимаясь на ноги. — Миссис Клаффин представляю я. Я решительно протестую против подобных высказываний в ее адрес и совершенно точно знаю, что она не является клиенткой мистера Мейсона.

— Почему вы решили, что у меня есть клиент? — спросил Мейсон.

— Не считайте нас дураками, — ответил Харлан.

— Конечно же, он будет все отрицать, — сказал Ректор. — Думаю, этот человек весьма подозрителен. Мейсон — троянский конь. Все, что он скажет, должно быть рассмотрено нами с очень большой осторожностью. Я уверен: он попытается направить дела нашей корпорации в русло, выгодное Рокси Клаффин. Я не считаю его честным вкладчиком и не хочу, чтобы он вошел в совет директоров.

Мейсон сказал нетерпеливо:

— Я вовсе не желаю входить в совет директоров. Я просто хочу выступить перед советом с деловыми предложениями.

— Что ж, полагаю, вы имеете на это право, — сказал Элкинс.

Мейсон прокашлялся:

— Мне кажется, джентльмены, что вы зациклились на идее срыть холм и нивелировать участок.

— А почему бы и нет, если это сильно повысит ценность участка, — буркнул Элкинс.

— Прекрасно, — продолжил Мейсон. — Предположим, вы это проделали. У вас плоский, ровный участок и куча проблем с дренажем. Я же предлагаю сохранить холм, сформировать на нем террасы и превратить его в весьма привлекательный район для застройки. Я считаю, что дом на вершине стоит реставрировать, к нему можно пристроить обширную застекленную веранду и превратить строение в престижный ресторан и ночной клуб.

Мейсон сделал паузу. Директора изумленно глядели на него, приоткрыв рты.

— Вы с ума сошли, — заявил наконец Латтс.

— И в этом случае, — продолжил Мейсон, словно и не заметив, что его перебили, — мы, естественно, будем иметь полное право вчинить миссис Клаффин, владелице северного участка, иск по поводу нанесения косвенного ущерба.

— Косвенный ущерб? — спросил Латтс. — Что это такое?

— Есть закон, согласно которому владелец земельного надела не имеет права предпринимать на своем участке какие бы то ни было действия, наносящие ущерб прилегающим участкам. Я заметил, что миссис Клаффин провела земляные работы, граница которых не только достигла границ ее владений, но и преступила их. В некотором смысле она совершила подкоп под фундамент стоящего на холме дома, нанеся тем самым «Силван Глэйд Девелопмент Компани» непоправимый ущерб. Я лично считаю, что перед тем, как прийти к соглашению о срытии холма, корпорация должна сначала исследовать возможность превращения этого участка в привлекательную элитную зону жилой застройки и возбудить дело против миссис Клаффин по поводу ее незаконных действий, причинивших корпорации косвенный ущерб. Я хочу привлечь внимание директоров к тому факту, что последние несколько лет были очень сухими. Если холм будет срыт, то при наступлении влажной погоды плоский участок окажется подвержен действию естественного дренажа и бушующих водяных потоков. Они избороздят лишенную защитного слоя землю, покроют владение сетью оврагов и вымоин, и участок окажется вообще непригодным для чего бы то ни было. Сейчас же холм является украшением местности. Он имеет несомненную эстетическую ценность и, кроме того, не подвержен разрушительному действию воды даже в самую сырую погоду. В свое время холм с крутыми склонами был лишен привлекательных черт. Теперь же, учитывая тот факт, что неподалеку проходит шоссе и что на холме можно сформировать террасы и провести подъездную дорогу по границе участка Клаффин, мы можем превратить владение в очень доходный район.

— Думаю, в этом что-то есть, — заявил Клайв Ректор. — Я настаиваю, чтобы вопрос был тщательно и всесторонне изучен.

— Эй, подождите, подождите, — закричал Энрайт Харлан. — Но это же попросту шантаж! Теперь вам понятно, зачем здесь появился мистер Мейсон? Он хочет втянуть вас в тяжбу. Во-первых, господа, если вы не придете к соглашению с миссис Клаффин, вы даже не сможете использовать дорогу, проходящую по ее участку. Она ведь хочет провести ее до шоссе только в том случае, если вы нивелируете свой участок и внесете свою долю в расходы по прокладке.

— Она хочет, чтобы мы заплатили за это? — спросил Латтс.

— Но ведь вам нужна дорога, не так ли? — спросил Харлан.

Езекия Элкинс повернулся к Мейсону:

— Что это за положение о нанесении косвенного ущерба, о котором вы говорили?

— Погодите, джентльмены! — воскликнул Харлан. — Если здесь начнется обсуждение правовых аспектов проблемы, то я хотел бы пригласить сюда адвоката и…

— Замолчите, — сказал Элкинс. — Вы не держатель акций и не директор. Мы просто вынуждены были терпеть ваше присутствие. Ваши интересы противоположны нашим и всегда были таковыми. Продолжайте, мистер Мейсон. Так что там насчет косвенного ущерба?

— Согласно общему гражданскому праву, — пояснил Мейсон, — всякая собственность защищается законом о непричинении косвенного ущерба. В эту концепцию были недавно внесены некоторые изменения и дополнения согласно разделу 832 Гражданского кодекса: перед тем, как любое лицо произведет любые действия на своем участке, наносящие косвенный ущерб смежным участкам, оно должно известить об этом в письменном виде владельца или владельцев этих смежных участков. Предупредила ли миссис Клаффин вашу корпорацию о намерении провести на своем участке земляные работы?

— Нет, она этого не сделала, — ответил Ректор.

— Не спешите, — снова встрял Харлан. — Не поддавайтесь на эту провокацию!

— Надо посоветоваться с адвокатом, — заявил его Реджерсон Неффс.

— Но адвокат уже здесь, — возразил Ректор. — Я предлагаю прервать заседание.

— Поддерживаю, — сказал Герберт Докси.

— Подождите, подождите, — настаивал Харлан. — Мы ведь не рассмотрели вопрос, ради которого собрались. Мы…

— Замечание по порядку ведения, — перебил Реджерсон Неффс. — Предложение о перерыве в заседании было внесено в соответствии с порядком ведения. Оно было поддержано. Ставлю вопрос на голосование.

— Джентльмены, прошу высказаться «за» или «против»! — рявкнул Элкинс.

«За» произнесли четыре голоса.

Все задвигали стульями.

— Заседание совета директоров на сегодня закончено, — заявил Элкинс. — Мистер Мейсон, я хочу с вами поговорить.

Энрайт Харлан бесцеремонно отодвинул Элкинса в сторону и встал перед Мейсоном. Мейсон отметил, что этот мужчина, несмотря на злобу, исказившую черты, все равно оставался красавцем. Он был высок, обладал атлетической фигурой с узкими бедрами и широкими плечами. Его серые глаза метали молнии.

— Вы что, пытаетесь превратить сделку в судебное дело?! — закричал он.

Мейсон ухмыльнулся:

— Отнюдь. Я пытаюсь судебное дело сделать предметом сделки.

И зашагал прочь.