На следующий день около полудня, когда Мейсон сидел в бюро и работал, хотя и без особого старания и интереса, ему сообщили о приходе лейтенанта Трэгга. Он вошел сразу же вслед за Герти, которая хотела о нем доложить.

— Извините, ворвался, не дождавшись, пока доложат. Но у вас привычка ускользать, исчезать и прятаться в сундуках…

Мейсон раздраженно прервал его, указав на газеты:

— Черт побери, Трэгг, чем вызваны эти сплетни?

— «Блейд», наверное, получила сведения из первых рук и опередила других, — ответил Трэгг. — Вы развлеклись неплохо, а?

— Средне.

— Гошен вас опознал. Знаете?

— В самом деле?

— Конечно. Он видел вас бегущим и идущим. — Трэгг поудобнее уселся на стуле. — Послушайте, Мейсон, вы рискуете многое потерять в этой игре. Недопустимо, чтобы эта маленькая предательница запутала вас настолько, что вы разрушите свою профессиональную карьеру.

— Стараюсь не допустить этого.

— Тогда откройте карты.

— Я уже говорил. Вы, Трэгг, — честный игрок, но в офисе окружного прокурора есть те, кто только и мечтает подловить меня на чем-нибудь. Они пойдут на все, только бы подставить мне ножку.

— Вас уже поймали.

— Пусть докажут.

— Они могут поразить вас.

— Я тоже могу их поразить. Каким образом сержант Голкомб узнал вчера, где меня найти?

— Не ведаю, — ответил Трэгг. — Откровенно говоря, хотел узнать от вас. Голкомб утверждает, что допер своей сообразительностью и отличной детективной работой. Думаю, кто-то, может быть… подчеркиваю, может быть, вы понимаете? — просто сообщил ему.

— «Блейд» напечатала первая. Вы не думаете…

— Нет, Голкомб взъярился на «Блейд».

— Почему?

— Они не тиснули его фотографию. Только снимки, где вы даете интервью уже после отъезда Голкомба и выходите, пытаясь заслониться шляпой.

— Представляю его разочарование, — сказал Мейсон. — Мне вот абсолютно безразлично, появятся мои фотографии в газетах или нет.

Трэгг улыбнулся:

— Но ему-то не все равно.

— Правда?

— Сами отлично знаете. Он изъездил весь город, скупая газеты и давая понять, что одержал победу там, где я не смог.

— Он ставит себя под удар.

Трэгг долго и внимательно смотрел на Перри Мейсона.

— В докладе Голкомба кое-что не сходится.

— Чересчур необычен?

— Я не хочу комментировать то, что он говорит о проделанной им работе. Меня интересует то, что он говорит о фотографах.

— О?..

— По Голкомбу получается, что они там прямо роились.

Мейсон закурил.

— Что ж, сержант Голкомб известен своей наблюдательностью. Наверное, он прав.

— Зато совсем не было журналистов. Только фотографы. Это необычно и заставляет задуматься.

Мейсон пустил дым к потолку.

— Более того, если так много фотографов, снимки должны были поместить все газеты в городе. Но они только в «Блейд».

— Все неясности с сержантом Голкомбом основаны на том, — заметил Мейсон, следя глазами за восходящей струйкой дыма, — что он подгоняет факты к своим домыслам. Не знаю, заметили ли вы, но сержант Голкомб вначале изобретает ситуацию, а потом пробует подобрать к ней факты.

Трэгг понимающе посмотрел на Мейсона. Вынул сигару, откусил кончик и закурил.

— Очень жаль, не могу обещать вам неприкосновенность в офисе окружного прокурора.

— Знаю, — ответил Мейсон.

— В создавшейся ситуации Люсиль Бартон обвиняется в убийстве. Они поторопятся с предварительным слушанием дела, отложив все остальные на неопределенный срок.

— Гм…

— Они готовы втянуть в игру и других, когда несколько прояснится ситуация, что произойдет, как они предполагают, во время предварительного слушания, — констатировал Трэгг. — Вы, разумеется, догадываетесь, речь идет о вас.

— Я ожидал, что за мной придут утром, — сказал Мейсон. — Даже подумал, что вы пришли именно для этого. Приводил дела в порядок и…

— Появились осложняющие обстоятельства, — улыбнулся Трэгг.

— Какие?

— Например, машина Холлистера.

— Самого Холлистера нашли?

— До сих пор нет. Повезло, что мы наткнулись на эту машину. Могла пролежать незамеченной несколько месяцев.

— А Дадли Гейтс?

— Он узнал, что его разыскивают, и позвонил сам. Он в Гонолулу. Вылетел по делам. Факты изложил очень ясно, но они только усилили таинственность исчезновения Холлистера. Гейтс должен был выехать с ним около шести. Однако днем неожиданно выявилось неотложное дело, и он решил лететь в Сан-Франциско, а оттуда в Гонолулу. Будто бы сообщил обо всем Холлистеру. Тот позвонил в Сан-Франциско. Разговор состоялся примерно в четверть шестого. Мы проверили, это правда. Холлистер звонил на аэродром Сан-Франциско и просил вызвать Гейтса. Гейтс утверждает, что Холлистер сказал, будто выедет из Санта-дель-Барра в течение часа.

— Очень интересно.

— Это все меняет. Попробуйте посмотреть на ситуацию глазами окружного прокурора.

— А выяснили, что делал Холлистер в тот день?

— В понедельник, после ухода экономки в половине пятого, намеревался куда-то поехать. Машина стояла у подъезда. Сказал, что уедет самое позднее около шести. Где был потом, установить не удалось.

— Как выглядит экономка?

— Неплохо. Лет сорока. Доложила, что он крутил с Люсиль, а та вытягивала деньги на мебель, восточные ковры, старинные секретеры и многое другое.

— Она недолюбливает Люсиль?

— Всеми печенками.

Мейсон покивал:

— Да и с чего бы любить? Лейтенант, в какую сторону двигалась машина, перед тем как ухнула вниз?

— По следам решить трудно. В том месте дорога достаточно широка, дальше неожиданный спуск. Следы едва видны и почти перпендикулярны дороге. Но скорее всего, ехал из Санта-дель-Барра… Кто-то выкинул старый номер: на первой скорости повернул машину на край дороги и выскочил на ходу.

— Вы, конечно, обыскали обрывы и спуски за тем уклоном?

— За уклоном?

— Да. Если бы кто-нибудь захотел избавиться от того, что у него в автомобиле, а потом и от самого автомобиля, то нашел бы место, где можно сбросить автомобиль с выступа скалы. Но, естественно, он избавился бы от того, что у него в автомобиле, после того как найдет нужное ему место.

— Значит, это случилось бы перед уклоном. Машина шла из Санта-дель-Барра.

— Конечно. Водителю нужно было сперва найти место, где можно избавиться от машины.

Трэгг углубился в раздумья.

— От чего-нибудь тяжелого он должен был избавиться, пока сам еще был в машине… — Трэгг вскочил. — Ну, я пошел.

— Заходите в любое время, — пригласил Мейсон.

Рукопожатие было крепким.

— Спасибо, зайду.

Когда он исчез, Мейсон подмигнул Делле сквозь облачко дыма.

— Вы явственно пообещали: сержант Голкомб пожалеет, что так поторопился с вашим опознанием, шеф.

— Тебе показалось так, Делла?

— Да.

— Значит, Трэгг расценит это точно так же.

Делла, наморщив лоб, поглядела на Мейсона:

— Вы нравитесь ему. То есть по-человечески, не как официальное лицо.

— Думаю, так и есть, — ответил Мейсон.