Дверь конторы Шелби была заперта. Мейсон постучал и сейчас же услышал шум приближающихся шагов. Коренастый мужчина с сутулыми плечами впустил посетителей. У него было бледное лицо с высоким лбом и темными беспокойными глазами. Казалось, он был взволнован. Однако его выдавало лишь выражение глаз, лицо в целом производило впечатление человека сдержанного, как правило, не теряющего самообладания.

— Мистер Мейсон?

— А вы, видимо, Шелби.

Они обменялись рукопожатиями.

— Позвольте представить вам мисс Стрит, моего секретаря.

— Входите, пожалуйста.

Шелби проводил их через контору в свой личный кабинет и здесь представил им даму:

— Мисс Эллен Кэшинг, владелица конторы по торговле недвижимым имуществом. Эта контора находится в том же здании, что и моя; так как мисс Кэшинг всегда остается здесь на работе допоздна, то я попросил ее зайти ко мне. — Он улыбнулся, словно прося извинения, и добавил: — Откровенно говоря, мне хотелось иметь свидетеля при нашем разговоре, и я вижу, что та же мысль появилась и у вас, мистер Мейсон.

— Правильно, — ответил Мейсон. — Мисс Стрит также является свидетельницей; итак, нас двое против двух. Этот вопрос улажен.

— Согласен, — произнес Шелби.

— Итак, что же вы предлагаете, мистер Шелби? — спросил Мейсон.

— Я, конечно, вовсе не хочу мешать вашей клиентке в ее коммерческих делах.

— Давайте обойдемся без предисловий, — сказал Мейсон. — Нам обоим они вовсе не нужны. Мы оба люди деловые и можем прямо перейти к сути дела.

— Скажите, на какие условия согласится ваша клиентка? — спросил Шелби.

— Не имею никакого понятия.

— Она послушается вашего совета?

— Не знаю.

— На какие уступки пошли бы вы лично?

— На очень незначительные, — сказал Мейсон, усевшись в безмятежной позе и скрестив ноги. — Не хочет ли кто-нибудь сигарету?

— Я курю сигары, — ответил Шелби.

Делла Стрит и Эллен Кэшинг взяли по сигарете. В тот момент, когда Мейсон подносил Эллен зажженную спичку, он внимательно взглянул на нее. Блондинка, возраст около тридцати лет, серо-зеленые глаза. Красивая и гибкая фигура с узкой талией и плоским животом. Она сидела очень прямо и, положив ногу на ногу, слегка покачивала носком изящной ножки.

Она перехватила взгляд адвоката и ответила на него легкой усмешкой, словно говоря: «Я не сомневаюсь, что вы будете разглядывать меня!»

Мейсон ухмыльнулся и вновь взглянул на Шелби.

— Если вы надеетесь на легкую победу, то ошибаетесь, — сказал он.

— Я понял это в ту минуту, когда вы подошли к телефону.

— Итак, мы вполне понимаем друг друга, — констатировал Мейсон.

— Не считайте меня вымогателем: я и понятия не имел ни о какой продаже острова, пока миссис Келлер сама не сказала об этом моему агенту сегодня в банке.

Мейсон промолчал. То ли потому, что считал этот вопрос несущественным, то ли потому, что счел Шелби лжецом.

Шелби также молча наблюдал за ним.

— Ваш ход? — спросил Мейсон.

— Я намерен написать заявление об аренде нефтеносного участка в контору, оформляющую продажу острова, а копию заявления послать самому Паркеру Бентону. Я, собственно говоря, уже написал заявление и приложил к нему копию договора на аренду. Однако мне бы не хотелось приводить этот план в исполнение. Насколько мне известно, сделку можно уже считать законченной. Бентон, безусловно, не пожелает видеть на своей земле нефтяную вышку. Ему, вероятно, никто не говорил о том, что я имею определенные права на эту землю, и лишь мое письмо откроет ему глаза.

— У вас нет решительно никаких прав, — сказал Мейсон.

— Мой арендный договор определяет и закрепляет мои права.

— Весьма двусмысленный договор.

— Не согласен. Кроме того, это не имеет значения. Паркер Бентон не захочет потратить тридцать тысяч долларов на судебный процесс.

— Но и вы не пожелаете обращаться в суд, — сказал Мейсон.

— Нет, пожелаю, если это будет нужно для защиты моих прав. Но надеюсь, что это не понадобится.

— Вам это обойдется в десять тысяч долларов — узнать, есть ли у вас какие-нибудь права.

— А кроме того, — продолжил Шелби, — дело будет разбираться пять лет.

— И все это время вы ежемесячно будете платить миссис Келлер сто долларов.

— Но и вашей клиентке это обойдется недешево.

— Естественно, — согласился Мейсон.

— Паркер Бентон откажется от покупки острова в ту минуту, как прочтет мое заявление.

— Но вам это нисколько не поможет.

— Однако вашей клиентке это нанесет большой урон.

— Но мы можем подать и встречный иск.

— Бентон не захочет ввязываться в такое дело. Давайте рассуждать здраво, мистер Мейсон. Я ведь вовсе не хотел помешать продаже острова. Я просто хотел сохранить свои права на аренду. Я совсем не знал о том, что владелица собирается продать остров, до тех пор, пока…

— Продолжайте.

— До тех пор, пока миссис Келлер сама не сказала об этом моему агенту, который хотел вручить ей пятьсот долларов арендной платы в помещении банка.

— А откуда вы знаете имя покупателя острова?

— Миссис Келлер сама сказала моему агенту.

— Но откуда вам известно, что уже достигнута полная договоренность и сделка почти состоялась?

Глаза у Шелби забегали.

— И об этом она сказала моему агенту.

— Вам, видно, известна и сумма, которую получит клиентка?

Шелби вдруг заявил резко:

— Я думаю, что этот пристрастный допрос, которому вы меня подвергаете, не принесет вашей клиентке ни малейшей пользы, мистер Мейсон.

— Сколько хотите получить вы? — спросил Мейсон.

Шелби посмотрел ему прямо в глаза:

— Если вы непременно хотите знать точную цифру, то пожалуйста — десять тысяч.

Мейсон встал, подал знак Делле и произнес:

— Думаю, что больше нам говорить не о чем.

— Я бы сказал, что вам следует обдумать мое предложение, — предостерег его Шелби. — Бентон платит за остров гораздо больше, чем он стоит, и никто другой никогда не даст подобной цены. Для вашей клиентки это очень выгодное дело.

Мейсон, направлявшийся уже к выходу, обернулся и сказал:

— Полагаю, что следует предупредить вас о том, что когда я ввязываюсь в драку, то веду ее ожесточенно и грубо.

— Валяйте, — ответил Шелби. — Говоря откровенно, я тоже не цветок душистых прерий.

— Я рад, что мы понимаем друг друга.

— Мистер Мейсон, предупреждаю: как только вы выйдете из моей конторы, я немедленно пошлю по почте заявление, о котором вам говорил.

— А я — тоже без промедления — подам на вас в суд за мошенничество. Этот договор составлен противозаконно. А затем я выясню, не был ли он подписан на основании фальшивых документов.

— Ну что ж, делайте, как знаете. Но, пока вы управитесь с этим делом, Бентон успеет купить и продать полдюжины других земельных участков. А миссис Келлер, оставшись без покупателя, снова предоставит мне аренду на эксплуатацию нефтяных источников.

Мейсон заколебался:

— Вы полагаете, что Бентон предложил ей бо́льшую сумму, чем любой другой потенциальный покупатель?

— Безусловно!

— Насколько бо́льшую?

— Бентон согласен заплатить тридцать тысяч долларов, — сказал Шелби. — Остров стоит никак не больше пятнадцати тысяч. Таким образом, если миссис Келлер заплатит мне десять тысяч долларов отступного, то и в этом случае у нее будет на пять тысяч больше того, на что она могла бы рассчитывать.

— Вы считаете, что весь остров стоит не более пятнадцати тысяч?

— Правильно!

— И вы хотите получить десять тысяч отступного за то, что не будете препятствовать этой сделке?

— Пусть это будет выражено теми словами, которые вы изволили употребить.

— Но сумма правильная? Десять тысяч долларов?

— Да.

— Это твердо? — спросил Мейсон.

— Да.

— Хорошо, — ответил Мейсон, — запомните, что вы сами сказали, что Бентон согласен платить гораздо больше, чем стоит эта земля.

— Зачем мне помнить об этом?

Мейсон хмыкнул:

— Это может иметь значение для суда, когда он будет выносить решение о размерах убытка, который вы нанесли моей клиентке. Как только вы помешаете этой продаже, я подам на вас в суд за нанесение материального ущерба.

— И ровно ничего не добьетесь!

— Я запомню это высказывание!

Шелби произнес:

— Я надеялся, что мы сможем по-дружески разрешить этот вопрос, мистер Мейсон.

— Но на условиях, поставленных вами?

— Я бы мог немного уступить.

— Сколько?

— Тысячу, максимально две.

— Это ваше окончательное решение?

— Абсолютно.

— Спокойной ночи, — сказал Мейсон и отворил дверь, пропуская вперед Деллу Стрит.

Шелби резко встал из-за стола и последовал за Мейсоном:

— Послушайте, мистер Мейсон, ведь речь идет о крупной сделке и…

Мейсон вышел в коридор и закрыл за собой дверь, прервав Шелби на полуслове. Подойдя к лифту, Мейсон нажал кнопку вызова.

— Вы думаете, что он был готов на дальнейшие уступки? — тихо и с любопытством спросила Делла.

— Конечно.

— Тогда почему же вы его не выслушали?

— Потому что он не согласится на сумму ниже пяти тысяч. А сейчас он впадет в панику и начнет рвать на себе волосы. У нас еще много времени. Пусть он почувствует, что я очень упрям и нисколько не тороплюсь. Это заставит его сильно сбавить цену.

— Вы были с ним достаточно грубы!

— Угу.

— А эта его свидетельница?

— Они друг друга стоят.

— Вы так думаете? Пожалуй. Она показалась мне очень хищной.

— Не забывай, что у нее своя контора по торговле земельными участками. Шелби был прекрасно осведомлен о предстоящей сделке между Бентоном и миссис Келлер. Знал цену острова и то, что стороны достигли соглашения. Сложи два и два и скажи мне, какова сумма.

Делла произнесла, улыбнувшись:

— Четыре.

— Правильно, именно четыре.

В эту минуту подошел вызванный ими лифт, и из раскрывшейся двери на площадку, где помещалась контора Шелби, вышел мужчина. Он было направился к конторе, но, увидев Мейсона, остановился в полном удивлении.

— Ах, сержант Дорсет из уголовной полиции! Зачем вы явились сюда, сержант? Разыскиваете какой-нибудь труп?

Дорсет вернулся к лифту и, обращаясь к лифтеру, сказал:

— Поезжайте дальше и возвращайте сюда лифт через одну-две минуты. Я хочу поговорить с ним.

Мейсон приветливо улыбнулся:

— С удовольствием. У меня сегодня состоялась интересная беседа с окружным прокурором. Беседа с вами может оказаться хорошим противоядием.

Дорсет проигнорировал слова Мейсона.

— К кому вы приходили сюда?

Мейсон улыбнулся, но промолчал.

— Ну что ж, хотите молчать, молчите! Однако меня это удивляет.

— Так я и думал.

Дорсет спросил, указывая пальцем на дверь конторы Шелби:

— Вы знаете что-нибудь о попытке отравления?

Мейсон прижал своей ногой туфлю Деллы:

— Как вы полагаете, зачем я явился сюда?

— Именно это меня и интересует, Мейсон. Вот что я скажу вам: если вы явились сюда в качестве защитника особы, совершившей покушение на убийство, и стараясь замять это дело, то вы уже проиграли. Врач, который выкачивал содержимое из желудка Шелби, уже успел произвести анализ и дал свое заключение. Доза мышьяка, которую он там обнаружил, могла бы убить лошадь, а не только человека. Вот почему я и пришел сюда. Ну а вы?

— Допустим, что мы явились сюда по одному и тому же делу.

Дорсет нахмурился:

— Хорошо. Можете скрытничать. Но помните о том, что я предостерег вас. Спокойной ночи.

— Прощайте, — сказал Мейсон и снова вызвал лифт.

Дорсет энергичным шагом направился к конторе Шелби.

— Вы поняли, что на мистера Шелби было совершено покушение? — спросила Делла.

— Вот это новость! Отравление? Это уже что-то.