Орти взглянула на белокурые волосы Стефании, рассыпавшиеся по подушке.

— В недурной переделке ты побывала, — сказала она.

Стефания улыбнулась.

— Сама чувствую. У меня все болит.

— Счастье еще, что ничего не сломано. Несколько больших синяков и царапин на ногах. Чуть порезано плечо, но это ерунда.

— Как думаешь, швы останутся?

— Чепуха! Если останутся, то там, где их не увидишь.

— О господи, — простонала Стефания, — у меня во рту как в гостиничном номере после попойки. Что, собственно, случилось?

— Ты влипла в неприятную историю, — коротко ответила Орти.

— Сама знаю. Я приехала сюда, чтобы найти работу, и вот, извольте радоваться… Как ты думаешь, надолго это, Орти? Скажи откровенно.

Орти было около тридцати, и весила она сто пятьдесят фунтов. Ее фигура, однако, отнюдь не казалась безобразной. Пышные формы радовали мужской взгляд. Весь ее добродушный характер отражался в глазах, а в уголках губ всегда дрожала улыбка — во всем она могла найти смешную сторону. Ее трудно было обидеть, разозлить, вывести из себя. Она смотрела на жизнь просто, не ограничивала себя ни в чем, ела, что и когда хотела, никогда не беспокоясь о последствиях.

«Знаю, что мужчины любят изящных, — говорила она. — Только еще больше они ценят женщин с хорошим характером, даже если они толстухи вроде меня. А поесть я люблю и не собираюсь от этого отказываться». У Орти никогда не было недостатка в поклонниках. Она нравилась мужчинам, что заставляло многих женщин пожимать плечами и кривить губы.

— Ну, так как же, Орти? — вновь спросила Стефания. — Надолго я здесь застряну?

Орти взглянула на подругу. Улыбка еще дрожала в уголках ее губ, но глаза несколько затуманились.

— Ты, должно быть, была хороша, — сказала она.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что была, должно быть, здорово навеселе, если решила угнать эту машину.

— Угнать машину? Да ты с ума сошла?!

— Разве это не твоих рук дело?

— Господи боже мой, конечно, нет. Я попросила подвезти меня.

— От тебя пахло виски.

— Ну, да, он приставал ко мне до тех пор, пока я не сделала глоток из фляжки.

— Но ты вела машину.

— Ничего подобного, Орти.

Взгляд Орти стал еще более серьезным.

— Ты ведь не будешь морочить мне голову, детка?

— Конечно, нет.

Орти оглядела палату и понизила голос:

— Можешь говорить свободно, Стефания, сиделка вышла.

— Но я и говорю: не я вела эту проклятую машину.

— Когда тебя нашли, ты сидела за рулем.

Внезапно воспоминание возникло в мозгу девушки.

— Да, это могло быть и так. Теперь я вспомнила. А что с мужчиной?

— С каким мужчиной?

— С мужчиной, который был со мной и который вел машину.

Орти покачала головой.

— А вообще кто-нибудь пострадал? — спросила Стефания.

— Куча народа. Некоторые в тяжелом состоянии. Ваша машина столкнулась с машиной, идущей справа, потом налетела на машину, которая шла в том же направлении, что и ваша, и отбросила ее на другую сторону шоссе. От нее только перья полетели. Потом ваша колымага перевернулась несколько раз и очутилась в кювете. Просто удивительно, что она не взорвалась.

— Но не я вела машину, не я! Кто ее хозяин?

— Одна видная шишка в Голливуде. Ее угнали вчера вечером.

— Вчера? А сегодня что?

— Четверг.

— Ее правда украли, Орти?

— Угу.

Стефания попыталась сесть на постели, но не смогла и снова упала на подушки.

— Боже… Вот так история, — простонала она.

— Не горюй, обойдется. Тебе не смогут предъявить обвинение в краже машины, если ты будешь твердо стоять на своем. Не смогут доказать и что ты была пьяна. В худшем случае — обвинение в нарушении правил езды, если только… послушай, Стефания, если ты действительно не виновата в этой истории с машиной…

— Не мели ерунды. Говорю тебе, я ехала из Сан-Франциско. И могу доказать, что была там вчера утром. Этот тип посадил меня в машину в Бекерсфильде.

— Он был пьян?

— Да.

— Здорово?

— Да как сказать? Во всяком случае, заметно.

— Распускал лапы?

— Пытался. Из-за этого все и получилось.

— Послушай, Стефания, ты не врешь? Не взялась ли ты за руль потому, что он был пьян? Может быть, ты его выгораживаешь?

— Да, нет же, клянусь тебе!

Взгляд Орти помрачнел.

— Ну что же, — сказала она, — похоже, тебе понадобится адвокат.