Стефания Олджер обеими руками вцепилась в барьер, за которым посетители «Хижины в тропиках» оставляли свои шляпы. Она чувствовала, что пальцы ее все крепче сжимаются в кулаки, а щеки начинают гореть от прихлынувшей к лицу крови по мере того, как она все пристальнее смотрела в спину удаляющегося управляющего.

Позади нее Эмили Керр, брюнетка с резкими чертами лица, ловкими подвижными пальцами и тонкими губами, спокойно вешала пальто на плечики.

— Ну, — сказала Стефания, не отрывая взгляда от спины управляющего, — это уж слишком.

— Вежливым его не назовешь, — согласилась Эмили, разглаживая карман одного из пальто. — Просто удивительно, что эти мужчины норовят запихать в карман. И ведь запихивают же! Что ты, собственно, думаешь теперь делать?

— Уйти из этой лавочки, — ответила Стефания.

Эмили Керр отвернулась от вешалки и окинула взглядом хорошенькую белокурую девушку.

— Не дури, Стефания. Не такой он уж вредный. Просто ты задираешь нос, а он к этому не привык. Вот он и уговорил нескольких клиентов расплатиться мечеными долларовыми бумажками. Ты сдала сдачу мелочью. Бумажки исчезли. Где ты оставила их?

— Эмили, клянусь, я не знаю, куда они делись. Я прекрасно помню эти доллары. Я положила их в ящик и…

— И тебя позвали? — спросила Эмили.

— Да. А что?

— Ничего. Он взял их, пока тебя не было, а остальные деньги оставил на месте. Потом при тебе подсчитал сумму — и ты оказалась виноватой. Уж теперь-то ты сделаешь все, что он захочет.

— Эх, надо было дать ему по физиономии… Впрочем, это от меня не уйдет.

— Ну да, а потом он выставит тебя с работы да еще обвинит в воровстве. Эта работа с номерками в раздевалках — дело кляузное, сама знаешь.

— Эмили, с тобой такого никогда не случается, а я без конца попадаю во всякие истории. С чего бы это?

— Уж слишком ты проста.

— Ну, скажи, что может сделать девушка, если ее начальник пользуется своим положением и не дает ей прохода?

— Высмеять его, — беззаботно заметила Эмили, — пока он не возомнил о себе слишком много.

— И, главное, я ведь раньше ничего такого не замечала.

— А я замечала. Не сегодня, а вчера, позавчера и вообще всю эту неделю. У меня как-то был приятель, боксер. Так вот, он всегда говорил: главное — не дать противнику опомниться, а то потом тебе же самому плохо придется.

— Осточертело мне возиться с этими шляпами, — сказала Стефания. — Попробую взяться за что-нибудь другое. У меня есть подруга в Голливуде. Ты помнишь Орти?

Эмили отрицательно покачала головой.

— Ну, та девушка, которая останавливалась у меня. Я как-то приводила ее сюда…

— А, такая толстушка? — вспоминала Эмили.

— Она самая.

— Ну, уж ее-то, наверное, трудно вывести из себя, — заметила Эмили Керр.

— Это верно. Она удивительно спокойно ко всему относится.

— Послушай, Стефания, не будь дурой. Обдумай все и…

— Он сказал, что я взяла деньги?

— Да, — подтвердила Эмили. — Но ведь он только хочет, чтобы ты пришла к нему в слезах, стала объяснять насчет этого дела и оправдываться. Ну и так далее. Знаешь ведь, что вежливости и всего такого прочего ждать от него не приходится.

Стефания взглянула на часы.

— Управишься тут одна, Эмили? — спросила она.

— Ну, если ты решила…

— Вот именно. Если он заявится сюда снова и спросит обо мне, скажи ему… скажи ему, что я решила искать себе другую работу.

На выразительных губах Эмили мелькнула улыбка.

— Это его заденет.

— Именно этого я и хочу.

— Нужны тебе деньги?

— Нет. Доберусь на попутных машинах.

— Кстати, как твое второе имя, Стефания?

— Клэр, а что?

— Отбрось Олджер. Это имя не подходит к твоей фигуре и смахивает на какое-то русское слово. У тебя есть шанс в Голливуде. Ты не похожа на этих крашеных блондинок. Волосы у тебя чудесного золотого оттенка, да и сама ты, в общем, молодец — не пропадешь.

— Спасибо, — ответила Стефания, надевая пальто и шляпу.

— Ты не такая, как все мы здесь, и чего-нибудь добьешься в этой жизни. А от кого, собственно, ты сейчас бежишь? От мужа?

— Нет, — пробормотала Стефания, — от денег, соединенных с упряжью, в которую хотят меня запрячь.

— Что за деньги и что за упряжь?

— Богатый дядюшка. Он думает, что может командовать мною, даже мужа мне уже выбрал.

Эмили внимательно посмотрела на нее.

— Может, не стоит, детка?

— Стоит. Я уже нацелилась на Голливуд. Не отговаривай меня. Может быть, я еще стану кинозвездой.

— Может, и станешь. Привет Сэму Голдвину и Кларку Гейблу. Передать что-нибудь управляющему?

— Да, передай ему кое-что.

Глаза Эмили блеснули.

— Ладно, я сделаю это так, чтобы до него дошло. Будь здорова, малютка.

— До свидания.

— Желаю удачи.

— Спасибо!