Гарри Лоринг был худым человеком, который непрерывно моргал глазами и каждую минуту облизывал губы кончиком языка. Не поднимаясь с сундука, обвязанного ремнями, он кивнул головой в сторону Дрейка:

— Вы попали не по адресу. Я не женат.

Дрейк посмотрел на Мейсона. Мейсон слегка пожал плечами, что Дрейк посчитал знаком о том, что должен пробовать дальше.

— Вы знаете некую Нору Вейт?

— Не знаю, — ответил Лоринг и нервно облизал губы.

— Вы уезжаете? — продолжал спрашивать Дрейк.

— Да, я не могу заработать на эту квартиру.

— И вы никогда не были женаты?

— Никогда. Я холостяк.

— А куда вы выезжаете?

— Еще не знаю. — Моргая глазами, Лоринг обвел взглядом мужчин: — Вы из полиции?

— Меньше о нас, — сказал Дрейк. — Мы говорим о вас.

— Да, — ответил Лоринг и замолк.

Дрейк снова посмотрел на Мейсона.

— Что-то вы внезапно выезжаете, — снова продолжил расспросы Дрейк.

Лоринг пожал плечами:

— Не такой уж большой переезд.

— Знаете что? Можете не стараться крутить, потому что мы легко проверим все и узнаем правду. Вы утверждаете, что никогда не были женаты?

— Точно. Я холостяк, я уже вам говорил.

— Да? А соседи утверждают, что вы женаты. Еще неделю назад здесь жила с вами какая-то женщина, вроде бы ваша жена.

Лоринг снова быстро заморгал глазами. Он неспокойно заерзал на сундуке.

— Это не моя жена.

— Вы давно ее знали?

— Какие-то две недели. Она была официанткой в одном ресторане.

— В каком ресторане?

— Я забыл название.

— А как звали эту женщину?

— Здесь ее звали миссис Лоринг.

— Это мы знаем. А как ее звали на самом деле?

Лоринг замолк и быстрым движением облизал губы. Он окинул комнату неспокойным взглядом и сказал:

— Джонс. Мери Джонс.

Дрейк насмешливо засмеялся. Лоринг молчал.

— И что с ней случилось? — неожиданно спросил Дрейк.

— Откуда я знаю? Она меня обманула. Убежала, кажется, с другим мужчиной. Мы поссорились.

— Из-за чего вы поссорились?

— Откуда я знаю? Поссорились, и все.

Дрейк еще раз взглянул на Мейсона. Мейсон сделал шаг вперед.

— Вы читаете газеты? — спросил он.

— Время от времени, не слишком часто. Брошу иногда только взгляд на заголовки, но меня это не очень интересует.

Мейсон сунул руку в карман и достал кипу вырезок из утренних газет. Он развернул статью, в которой была фотография Норы Вейт.

— Вот эта женщина жила с вами?

Лоринг, едва бросив взгляд на фотографию, решительно потряс головой:

— Не эта.

— Вы даже не соизволили посмотреть. Посмотрите хорошенько, прежде чем отпираться.

Он подсунул Лорингу фотографию под нос. Лоринг взял вырезку и рассматривал фотографию несколько секунд.

— Нет, не она.

— На этот раз вам понадобилось много времени, чтобы решиться, — заметил Мейсон.

Лоринг не ответил. Мейсон вдруг повернулся и кивнул Дрейку:

— Хорошо. Раз вы приняли такую позицию, то сами будете виноваты. Не ожидайте никакого снисхождения с нашей стороны, если вы решили нас обманывать.

— Я не обманываю.

— Пошли, Дрейк, — мрачно сказал Мейсон.

Они вышли и захлопнули за собой дверь. В коридоре Дрейк спросил:

— Что ты о нем думаешь?

— Подозрительный тип. У него что-то есть на совести, иначе он пытался бы разыгрывать возмущение, протестовать, что мы суем нос в его дела. Похоже на то, что он уже имел дело с полицией и знает полицейские методы.

— И мне так кажется, — согласился Дрейк. — Что теперь?

— У нас есть снимок. Может быть, кто-то из соседей ее опознает.

— Этот снимок из газеты очень плох. Мы можем найти получше.

— Нет времени. Неизвестно, что произойдет через минуту. Мы не можем дать себя застать врасплох.

— Мы еще не пробовали нажимать на него, — обратил внимание Дрейк. — Этот Лоринг, наверное, быстро расколется, если его немного прижать.

— Что ж, прижмем его, как только соберем побольше сведений. Он наверняка начнет трясти портками, когда мы возьмем его в оборот.

На лестнице раздались шаги.

— Кто-то идет, — сказал Дрейк.

На этаж поднимался приземистый мужчина с покатыми плечами. На нем была потертая одежда и обтрепанные манжеты, но в его поведении была решительность.

— Похож на судебного исполнителя, — шепнул Мейсон Дрейку.

Мужчина шел в их сторону. У него были движения человека, который служил когда-то стражем порядка и сохранил что-то от прежнего авторитета. Он посмотрел на двух мужчин и спросил:

— Кто-нибудь из вас является Гарри Лорингом?

Мейсон без колебаний выступил вперед:

— Я Гарри Лоринг.

Мужчина полез в карман.

— Полагаю, что вы знаете, в чем дело. У меня есть для вас повестка с вызовом в суд по делу Норы Лоринг против Гарри Лоринга. Настоящим предъявляю вам официальную повестку и вручаю копию. — Он бледно улыбнулся: — Вы знаете, в чем дело. Похоже, вы ждали меня и не собираетесь заявлять протест.

Мейсон взял бумагу:

— Конечно.

— Прошу не обижаться на меня, — сказал исполнитель.

— За что мне на вас обижаться?

Исполнитель сделал отметку на обороте оригинала повестки, после чего повернулся и стал медленно спускаться вниз. Когда он исчез, Мейсон посмотрел на Дрейка. Детектив улыбнулся, обнажив все зубы.

— Мы родились под счастливой звездой, — довольно сказал Мейсон.

Они развернули копию повестки.

— Заявление о признании супружества недействительным, а не о разводе, — заметил Мейсон.

Они прочитали мотивацию.

— Дата сходится. Пошли, возвращаемся.

Они забарабанили кулаками в дверь.

— Кто там? — раздался изнутри голос Лоринга.

— Повестка из суда, — закричал Мейсон.

Лоринг открыл дверь и отступил при их виде.

— Опять вы? Я думал, что вы уже ушли.

Мейсон толкнул дверь плечом и вступил в квартиру. Дрейк шел за ним. Мейсон показал повестку:

— Здесь что-то не порядке. Мы должны были вручить эту бумагу, в уверенности, что вы все знаете. Но перед этим мы должны были удостовериться в том, что имеем дело с соответствующим человеком. Мы спросили, женаты ли вы, а вы…

— Ах, вот в чем дело, — перебил торопливо Лоринг. — Нужно было сразу так сказать. Ясно, что я только этого и жду. Мне велели ждать эту бумагу, а потом сразу же убираться.

Мейсон издал неодобрительный возглас:

— Тогда почему, черт возьми, вы не говорите так сразу, вместо того чтобы заставлять нас ходить туда и обратно? Вы Гарри Лоринг и женились на Норе Вейт в день, указанный в повестке, так?

Лоринг наклонился, чтобы прочитать дату, которую Мейсон указал пальцем. Покивал:

— Сходится.

— И вы живете с ней с того времени, так? — расспрашивал Мейсон, передвигая палец на следующую рубрику.

— Верно.

— Та-ак. В повестке сказано, что в момент заключения брака вы состояли в браке с другой женщиной, с которой не развелись. Поэтому брак признается недействительным по закону и истица требует признать его недействительным.

Лоринг снова покивал головой.

— Это, наверное, ошибка? — спросил Мейсон.

— Нет, все верно. Она на этом основании требует признать брак недействительным.

— Но ведь это неправда?

— Правда.

— Тогда моей обязанностью является арестовать вас за двоеженство.

Лоринг побледнел:

— Он говорил, что с этим не будет никаких хлопот.

— Кто говорил?

— Тот адвокат, который приходил. Адвокат Норы.

— Он хотел надуть вас, чтобы получить признание брака недействительным. И чтобы Нора могла выйти замуж за того красавчика, который наследует пару миллионов.

— Он так говорил. Но он сказал, что не будет никаких хлопот, что это обычная формальность.

— Ничего себе, формальность, — заметил Мейсон. — Вы не знаете, что двоеженство наказуемо?

— Но я не двоеженец, — защищался Лоринг.

— Но вы ведь совершили это преступление. У меня здесь черным по белому написано. Показание Норы под присягой, подпись адвоката. Ваша предыдущая жена жила в момент заключения вами повторного брака, вы не получили развода. Поэтому нам придется забрать вас в полицию. Вы вляпались в скверную историю, мистер Лоринг.

Лоринг нервничал все больше.

— Это неправда, — заявил он наконец.

— Что неправда?

— Все неправда. Я никогда до этого не был женат. Нора хорошо об этом знает. Адвокат также. Они сказали, что не могут ждать развода, потому что это тянулось бы слишком долго, а Норе подвернулся случай выйти замуж за богатого типа. И мне что-нибудь от этого перепадет, если я соглашусь на признание брака недействительным. Потом я должен был подать прошение, заявить, что я вроде бы находился в браке с другой женщиной, но был убежден в том, что тот брак уже недействителен. Они сказали мне, что таким образом я буду прикрыт, а Нора получит заключение о признании брака недействительным. Адвокат должен подать его в суд.

— И получить сразу же заключение?

Лоринг кивнул.

— Никогда не стоит лгать людям, задачей которых является установление фактов, — сделал ему замечание Мейсон. — Почему вы не сказали этого сразу? Зачем морочили нам голову?

— Адвокат мне не велел.

— Он, наверное, рехнулся. Нам придется написать рапорт по этому делу. Вы нам напишете объяснение, мы приложим его к рапорту.

Лоринг заколебался.

— Или, если вы хотите, — добавил Мейсон, — пойдем в полицию, и вы объясните все там.

— Нет-нет, уж лучше я напишу объяснение.

Мейсон достал из кармана перо и блокнот:

— Тогда садитесь на сундук и пишите. Вы должны все точно описать. Что вы не были перед этим женаты, но адвокат хотел получить для Норы заключение о признании брака недействительным. Что он уговорил вас заявить, что у вас была жена, чтобы Нора могла выйти замуж за того человека, который наследует миллионы.

— И у меня не будет больше неприятностей?

— Это единственный способ, при помощи которого вы можете защитить себя от проблем. Мне не нужно, наверное, объяснять, что вы чуть было не влипли в неприятную ситуацию. Вам повезло, что вы рассказали все это нам. Мы уже хотели было взять вас в полицию.

Лоринг вздохнул, взял у Мейсона перо. Он начал старательно царапать по бумаге.

Мейсон стоял, широко расставив ноги, и терпеливо смотрел неподвижным взглядом. Дрейк усмехнулся и закурил сигарету.

Писанина заняла у Лоринга добрых пятнадцать минут. Он подал объяснение Мейсону:

— Так будет хорошо? Я не очень-то умею сочинять такие вещи.

Мейсон прочитал:

— Хорошо. Подпишите это.

Лоринг подписал.

— Теперь так, — сказал Мейсон. — Адвокат хотел, чтобы вы отсюда как можно быстрее выехали?

— Да, он мне дал денег, велел не сидеть здесь ни минуты дольше, чем это будет необходимо. Он не хотел, чтобы кто-нибудь приходил сюда и расспрашивал меня.

— Правильно. Вы уже знаете, куда переедете?

— Мне все равно. В какой-нибудь отель.

— Хорошо, вы поедете с нами, — вставил Дрейк. — Мы найдем вам комнату. Вы зарегистрируетесь под другим именем, чтобы к вам не приставали, если кто-нибудь решит вас найти. Но вы должны иметь дело с нами, иначе могут быть неприятности. Возможно, придется подтвердить это заявление в присутствии свидетелей.

Лоринг кивнул:

— Адвокат должен был меня предупредить о вас, господа. Он чуть было не впутал меня в неприятную историю.

— Конечно, — подтвердил Мейсон. — Вы могли бы оказаться в полиции, а если бы уж вас туда доставили, то дело не было бы таким простым.

— Нора была здесь с адвокатом? — спросил Дрейк.

— Нет, вначале она пришла одна. Потом пришла ее мать. А потом прислали адвоката.

— Хорошо, вы поедете с нами, — сказал Мейсон. — Мы подвезем вас в отель, возьмем номер. Запишем вас под именем Гарри Легранда.

— А что с вещами? — спросил Лоринг.

— Мы займемся вещами. За ними пришлют. Портье в отеле все сделает, вам нужно будет только зарегистрироваться. У нас внизу машина, мы вас отвезем.

Лоринг облизал губы:

— Камень у меня упал с сердца, господа, можете мне поверить. Я сидел как на иголках, ждал эти бумаги и начал уже сомневаться, не накрутил ли чего этот адвокат.

— В общем-то нет, — заверил Мейсон. — Он забыл только сказать пару вещей. Наверное, спешил, и нервы у него были не в порядке.

— Действительно, выглядел он так, как будто очень нервничал, — признал Лоринг.

Адвокат и детектив проводили его к машине.

— Поедем в отель «Рипли», Дрейк, — сказал Мейсон. — Это хорошее место.

— Понимаю.

Они молча доехали до отеля, в котором Мейсон был записан под именем Джонсона. Мейсон подошел к стойке:

— Это мистер Легранд из моего родного города, Детройта. Он хочет снять номер на пару дней. Может быть, найдется что-нибудь на моем этаже?

Дежурный посмотрел в картотеку:

— Сейчас увидим. Мистер Джонсон, вы живете в пятьсот восемнадцатом?

— Да.

— Могу дать пятьсот двадцать второй.

— Прекрасно. У мистера Легранда есть вещи, которые нужно принести. Я скажу портье, чтобы он послал за ними.

Они поднялись с Лорингом наверх.

— Сидите здесь и никуда не выходите, — сказал Мейсон Лорингу, когда они очутились в номере. — Вы должны быть у телефона на случай, если нам потребуется связаться с вами. Мы подадим рапорт в полицию: может быть, они захотят задать вам еще пару вопросов. Но не беспокойтесь, все будет в порядке. Ведь вы же написали уже это заявление.

— Я сделаю все так, как вы сказали. Адвокат говорил, чтобы я с ним связался, как устроюсь. Мне позвонить ему?

— В этом уже нет необходимости, — ответил Мейсон. — Достаточно того, что вы имеете дело с нами. Вам не нужно больше ни с кем связываться. Сидите и спокойно ждите, пока мы не дадим вам знать. Мы ничего больше не можем сделать, пока не подадим рапорт.

— Как скажете, — согласился Лоринг.

Они вышли. Когда они закрыли за собой дверь, Дрейк обернулся к Мейсону:

— Ну, Перри, ты родился под счастливой звездой. И что теперь?

Мейсон шел в сторону лифта:

— Теперь мы пойдем напролом.

— Ну, тогда вперед, — ответил Дрейк.

Из холла Мейсон соединился с управлением полиции. Он попросил к телефону Сиднея Драмма из следственного отдела. Через пару минут он услышал голос Драмма.

— Говорит Мейсон. Слушай, Драмм, у меня новые материалы по делу Белтера. Мне нужна твоя помощь. Я пошел тебе навстречу при аресте девушки. Теперь ты должен пойти навстречу мне.

Драмм засмеялся:

— Я совсем не уверен, пошел ли ты мне навстречу. Я влез тебе поперек дороги, поэтому ты должен был раскрыть свои карты ради спасения собственной шкуры.

— Не будем считаться. Факт остается фактом. Я дал тебе готовый материал, а ты собрал лавры.

— И что ты хочешь?

— Возьми с собой сержанта Хоффмана. Я буду ждать вас на углу Элмунд-драйв. Мне кажется, что я смогу кое-что показать вам на вилле Белтеров.

— Не знаю, удастся ли мне поймать сержанта, — защищался Драмм. — Уже поздно — он, наверное, ушел.

— Если ушел, то поищи его. Я хочу, чтобы вы привезли с собой Еву Белтер.

— Господи, что ты себе воображаешь, Перри? Будет сенсация, если мы попытаемся ее вывезти.

— Не будет, если вы вывезете ее тихонько. Возьмите людей, сколько хотите, но сделайте это тихо.

— Не знаю, что на это скажет сержант; по-моему, у тебя нет шансов.

— Хорошо, сделай то, что сможешь. Если он не захочет взять Еву Белтер, то пусть приезжает сам. Я предпочел бы, чтобы и она была при этом, но вас обоих я должен видеть обязательно.

— Тогда встречаемся у ворот виллы Белтера, если ничего не помешает. Если удастся, то я привезу с собой сержанта.

— Нет, так не пойдет. Узнай, сможешь ли ты его привезти. Я позвоню через пять минут. Если да, то буду ждать вас у Элмунд-драйв. Если нет, то нечего и начинать.

— Хорошо, через пять минут, — ответил Драмм и положил трубку.

Дрейк посмотрел на Мейсона:

— За что ты хватаешься, Перри? Зубы себе поломаешь.

— Не бойся, не поломаю.

— Ты вообще знаешь, что делаешь?

— А ты как думаешь?

— Если ты хочешь устроить защиту для клиентки, то зачем втягивать в это полицию? Намного лучше застать их врасплох на процессе.

— Я имею в виду не такую защиту, Пол. Именно поэтому мне нужна полиция.

— Ты сумасшедший, Перри, — пожал плечами Дрейк.

Мейсон кивнул, подошел к киоску и купил сигареты. Подождал пять минут и соединился с Драммом.

— Мне удалось убедить сержанта, — заявил Драмм. — Но он не соглашается взять Еву Белтер. Боится, что ты его надуешь. У тюрьмы торчат около двадцати репортеров. Мы никак не сможем вывезти ее. Они поедут за нами всей бандой. Хоффман боится, что ты отмочишь какой-нибудь номер для прессы и cделаешь из него посмешище. Но он согласился приехать сам.

— Что ж, может быть, этого будет достаточно. Мы встретимся внизу, около Элмунд-драйв. Будем ждать в спортивном «Бьюике».

— Хорошо. Мы выезжаем через пять минут.

— До встречи, — сказал Мейсон и положил трубку.