Седовласая женщина сидела в кожаном кресле в кабинете известного адвоката по уголовным делам Перри Мейсона.

Серые глаза Мейсона смотрели на посетительницу с тем любопытством, которое вызывал у него каждый новый клиент. Она спокойно выдержала его взгляд и ответила на заданный вопрос:

— Я никого не убивала, но только не думайте, что я из тех добропорядочных старушек, которые все вечера проводят с вязанием у камина. Это совсем не так — я упрямая старая ведьма.

— Порой, — улыбнулся адвокат, — за внешностью человека, подверженного страстям, в действительности скрывается…

— Вдова, — продолжила посетительница, заметив, что он замолчал, подбирая точное слово. — Можно даже добавить — рисковая вдова. Я была в суде, когда слушалось дело о собаке, которая выла, вы произвели на меня впечатление тем, как бились за свою подзащитную. В каком-то смысле я тоже боец, только воюю сама за себя.

Перехватив взгляд адвоката, Делла Стрит, его доверенная секретарша, спросила у посетительницы:

— Не могли бы вы продиктовать ваше полное имя, возраст и домашний адрес.

— Матильда Бейсон, — представилась пожилая дама. — Проживаю на Бэйджвуд Драйв, девятнадцать девяносто. Возраст вас не касается.

Мейсон усмехнулся и спросил:

— Давно вы предпочитаете сигары?

— С того самого времени, — заявила она, сверкнув глазами, — как махнула рукой на ерунду, именуемую добропорядочным образом жизни.

— И давно это произошло? — полюбопытствовал адвокат.

— Когда умер мой муж, я получила возможность увидеть, какие трусливые ханжи меня окружают. Собственно, это все не имеет значения.

— Всегда хочется узнать побольше о человеке, чтобы лучше понять его, — пояснил Мейсон. — Пожалуйста, продолжайте. Вы отвергли традиционный образ вдовы?

— Да. И с каждым днем веду себя все рискованнее и раскованнее. Родственники со стороны мужа заверяют, что я — их позор, но мне плевать! Сейчас много говорят и пишут о людях, которые боятся смерти. По-моему, они гораздо лучше тех, кто боится жизни. Мои родственники как раз из этой породы — живут лишь по привычке и абсолютно ничего не могут. Они утверждают, что Сильвия сбилась с пути только из-за меня, и…

— Кто такая Сильвия? — перебил Мейсон.

— Моя внучка.

— Она замужем?

— Да. За Фрэнком Оксманом. И у них есть дочурка — Вирджиния, ей шесть лет.

— То есть вы — прабабушка?

— Да, — подтвердила она довольно и выпустила струйку дыма. — Я — прабабушка.

— Расскажите поподробнее о родственниках вашего покойного мужа, — попросил Мейсон. — Вы с ними, как я понял, не в ладах?

— Да нет, собственно. Я ведь раньше была такой же, как они. Просто в один прекрасный день я взбунтовалась, вот и все.

— Из-за чего же, если не секрет?

— Неужели это так важно? — спросила она, нахмурившись. — Я просто решила возместить себе долгие, пустые, скучные годы. Я воспитана в самых жестких пуританских традициях — с детства вокруг меня никто не хотел, да и не умел, по настоящему насладиться жизнью. В отрочестве они думают лишь о том, как подготовить себя к достойной зрелости, а повзрослев — как бы побольше заработать, чтобы обеспечить старость. А в старости единственной заботой становится примирение с Богом, и они замаливают грехи, которые не совершали. Я была одной из них и даже не помышляла о другой жизни. А потом умер мой муж, и мне достались по страховке кое-какие средства. Я выгодно инвестировала их, стала довольно обеспеченной и независимой и решила попутешествовать, посмотреть на мир. И поняла, как много теряла — я даже не подозревала о прелести жизни. Мне ведь тогда было уже за шестьдесят, но, как оказалось, по-настоящему я никогда и не жила. Так что теперь я пью виски, курю сигары, ругаюсь площадной бранью и вообще делаю все, что захочется. Чтобы удовлетворять все мои прихоти, денег у меня вполне достаточно.

— И теперь вам потребовались услуги адвоката? — спросил Мейсон.

— Да, — кивнула миссис Бейсон, став внезапно серьезной.

— У вас возникли проблемы?

— Пока нет.

— Но предполагаете, что будут?

Посетительница задумчиво поджала губы, мизинцем ловко стряхнула пепел с сигары и, наконец, произнесла:

— Собираюсь этого не допустить.

— Хорошо, — сказал адвокат. — Каких именно услуг вы от меня хотите?

— Вам известен господин по имени Сэм Грэйб?

— Нет. Кто он такой?

— Содержатель игорного дома. У него есть партнер — некий Чарли Дункан. Они вместе содержат корабль, бросивший якорь за пределами двенадцатимильной зоны. Судно переоборудовано под казино и носит гордое название «Рог изобилия».

— Чем вам насолил мистер Грэйб?

— Он может сильно навредить Сильвии.

— Как именно?

— Он имеет ее долговые расписки.

— На какую сумму?

— Семь с половиной тысяч долларов.

— Каким образом он их получил?

— Она играла на них в его заведении.

— И вы желаете, чтобы я принес их вам, не заплатив ни цента?

— Нет, конечно, — вспыхнула миссис Бейсон. — Я хочу, чтобы вы полностью рассчитались за долги Сильвии. Но ни центом больше. Я готова платить долги, но шантажисту — никогда.

Мейсон удивленно посмотрел на миссис Бейсон.

— Вы хотите сказать, — переспросил адвокат, — что мистер Грэйб может не отдать эти расписки по номинальной стоимости? Но он не имеет права поступить иначе. Ведь это…

— Не торопитесь с выводами, молодой человек, — перебила она. — Вы не знаете этого человека, а рассказать вам я могу очень немного. Грэйбу стало известно, что Фрэнк Оксман, муж Сильвии, вполне вероятно, заплатит за эти расписки больше, чем они стоят на самом деле.

— Почему? — спросил адвокат.

— Это доказательства.

— Доказательства чего?

— Того, что Сильвия одержима страстью к игре, и на этом основании ей нельзя доверять деньги.

— Зачем мистеру Оксману такие доказательства?

— Мне не хотелось бы сообщать вам больше того, что я уже сказала. Все, что я прошу, это чтобы вы принесли мне эти расписки. Вы получите деньги на их оплату. Если нужно будет оплатить некоторый процент — что ж, оплатите, только не очень много. Терпеть не могу шантажистов.

— Отнюдь не требуется адвокат для таких услуг, — заметил Мейсон. — Отдайте деньги внучке и скажите чтобы она отправилась в «Рог изобилия» и сама выкупила расписки. Им придется отдать документы, если она захочет вернуть долг.

— В мои намерения не входит настолько облегчить ей это дело, — покачала головой миссис Бейсон. — Мне хотелось бы хорошенько проучить Сильвию. Поэтому я прошу именно вас выкупить эти расписки и немедленно передать их лично мне. Меня не касается, каким образом они окажутся у вас.

— Вряд ли это дело подходит для адвоката, — заметил Мейсон, — это работа для детектива. С подобным поручением лучше обратиться в «Детективное Агентство Дрейка», которое обычно оказывает мне подобные услуги. Пол Дрейк — опытный и надежный детектив.

— Мне не нужен детектив, — жестко сказала посетительница. — Мне нужны именно вы.

— Но я все равно обращусь к Дрейку. Подобную работу всегда выполняют для меня он и его люди.

— Меня не касаетесь, к кому вы обратитесь, — заявила миссис Бейсон. — Это вам решать. Только не думайте, что это дело будет легкой прогулкой. Сэмуэль Грэйб безжалостен, как стальной капкан, и не знает, что такое совесть.

Мейсон пожал плечами.

— Не думайте, что я делаю из мухи слона, — сказала миссис Бейсон. — Я выдам вам деньги на расписки и две с половиной тысячи долларов аванса, а если вы достигнете успеха, заплачу еще столько же. Естественно, все расходы будут возмещены. Но мое имя не должно фигурировать в этом деле. По-моему, это будет справедливо, не правда ли?

Адвокат с любопытством наблюдал за посетительницей.

— Могу ли я позвонить мистеру Грэйбу и заявить, что являюсь доверенным лицом Сильвии? — спросил он.

— Ни в коем случае! Грэйб обязательно обратится к Сильвии, а я не хочу, чтобы она об этом узнала.

— Насколько я понял, миссис Бейсон, вам нежелательно, чтобы Грэйбу стало известно, что вы — заинтересованное лицо?

— Именно так, господин адвокат. Что до остального — действуйте, как посчитаете нужным. Только не подавайте вида, что вы готовы платить процент, иначе он будет кормить вас обещаниями, а сам тем временем свяжется с Фрэнком Оксманом и натравит вас друг на друга. Как видите, дело совсем не простое. Но я не сомневаюсь, что если кто и сможет справиться с этими прохвостами, то только вы.

— А вы не думаете, что Грэйб уже связался с мистером Оксманом?

— Пока еще нет.

Какое-то время Мейсон изучал рисунок ковра на полу кабинета, потом поднял глаза и улыбнулся:

— Что ж, я согласен.

Миссис Бейсон достала из сумочки пачку стодолларовых купюр.

— Вот деньги, которые вы заплатите за расписки. Остальные — на покрытие накладных расходов. Нет, нет, расписка мне не нужна, — сделала она недовольный жест, заметив, что Делла Стрит собирается заполнять квитанцию. — Репутация мистера Мейсона хорошо известна. — Она лукаво улыбнулась: — К счастью, вы не сможете сказать того же обо мне, господин адвокат. До свидания!