В заповедных и дремучих

          страшных Муромских лесах

Всяка нечисть бродит тучей

          и в проезжих сеет страх:

Воет воем, что твои упокойники,

Если есть там соловьи — то разбойники.

     Страшно, аж жуть!

В заколдованных болотах

          там кикиморы живут, —

Защекочут до икоты

          и на дно уволокут.

Будь ты пеший, будь ты конный —

          заграбастают,

А уж лешие — так пó лесу и шастают.

     Страшно, аж жуть!

А мужик, купец и воин —

          попадал в дремучий лес, —

Кто зачем: кто с перепою,

          а кто сдуру в чащу лез.

По причине попадали, без причины ли, —

Только всех их и видали — словно сгинули.

     Страшно, аж жуть!

Из заморского из лесу,

          где и вовсе сущий ад,

Где такие злые бесы —

          чуть друг друга не едят, —

Чтоб творить им совместное зло потом,

Поделиться приехали опытом.

     Страшно, аж жуть!

Соловей-разбойник главный

          им устроил буйный пир,

А от их был Змей трехглавый

          и слуга его — Вампир, —

Пили зелье в черепах, ели бульники,

Танцевали на гробах, богохульники!

     Страшно, аж жуть!

Змей Горыныч взмыл на древо,

          ну — раскачивать его:

«Выводи, Разбойник, девок, —

          пусть покажут кой-чего!

Пусть нам лешие попляшут, попоют!

А не то я, матерь вашу, всех сгною!»

     Страшно, аж жуть!

Все взревели, как медведи:

          «Натерпелись — сколько лет!

Ведьмы мы али не ведьмы,

          патриотки али нет?!

Нáлил бельма, ишь ты, клещ, — отоварился!

А еще на наших женщин позарился!..»

     Страшно, аж жуть!

Соловей-разбойник тоже

          был не только лыком шит, —

Гикнул, свистнул, крикнул: «Рожа,

          ты, заморский паразит!

Убирайся без бою, уматывай

И Вампира с собою прихватывай!»

     Страшно, аж жуть!

…А теперь седые люди

          помнят прежние дела:

Билась нечисть грудью в груди

          и друг друга извела,—

Прекратилося навек безобразие —

Ходит в лес человек безбоязненно,

     И не страшно ничуть!