В далеком созвездии Тау Кита

Все стало для нас непонятно, —

Сигнал посылаем: «Вы что это там?» —

А нас посылают обратно.

     На Тау Ките

     Живут в тесноте —

     Живут, между прочим, по-разному —

     Товарищи наши по разуму.

Вот, двигаясь по световому лучу

Без помощи, но при посредстве,

Я к Тау Кита этой самой лечу,

Чтоб с ней разобраться на месте.

     На Тау Кита

     Чегой-то не так —

     Там таукитайская братия

     Свихнулась, — по нашим понятиям.

Покамест я в анабиозе лежу,

Те таукитяне буянят, —

Все реже я с ними на связь выхожу:

Уж очень они хулиганят.

     У таукитов

     В алфáвите слов —

     Немного, и строй — буржуазный,

     И юмор у них — безобразный.

Корабль посадил я как собственный зад,

Слегка покривив отражатель.

Я крикнул по-таукитянски: «Виват!» —

Что значит по-нашему — «Здрасьте!».

     У таукитян

     Вся внешность — обман, —

     Тут с ними нельзя состязаться:

     То явятся, то растворятся…

Мне таукитянин — как вам папуас, —

Мне вкратце об них намекнули.

Я крикнул: «Галактике стыдно за вас!» —

В ответ они чем-то мигнули.

     На Тау Ките

     Условья не те:

     Тут нет атмосферы, тут душно, —

     Но таукитяне радушны.

В запале я крикнул им: мать вашу, мол!..

Но кибернетический гид мой

Настолько буквально меня перевел,

Что мне за себя стало стыдно.

     Но таукиты —

     Такие скоты —

     Наверно, успели набраться:

     То явятся, то растворятся…

«Вы, братья по полу, — кричу, — мужики!

Ну что…» — тут мой голос сорвался, —

Я таукитянку схватил за грудкѝ:

«А ну, — говорю, — признавайся!..»

     Она мне: «Уйди!» —

     Мол, мы впереди —

     Не хочем с мужчинами знаться,—

     А будем теперь почковаться!

Не помню, как поднял я свой звездолет, —

Лечу в настроенье питейном:

Земля ведь ушла лет на триста вперед

По гнусной теорьи Эйнштейна!

     Что, если и там,

     Как на Тау Кита,

     Ужасно повысилось знанье, —

     Что, если и там — почкованье?!