Да, сегодня я в ударе, не иначе —

Надрываются в восторге москвичи, —

Я спокойно прерываю передачи

И вытаскиваю мертвые мячи.

Вот судья противнику пенальти назначает —

Репортеры тучею кишат у тех ворот.

Лишь один упрямо за моей спиной скучает —

Он сегодня славно отдохнет!

     Извиняюсь,

                    вот мне бьют головой…

     Я касаюсь —

                    подают угловой.

     Бьет десятый — дело в том,

     Что своим «сухим листом»

     Размочить он может счет нулевой.

Мяч в моих руках — с ума трибуны сходят, —

Хоть десятый его ловко завернул.

У меня давно такие не проходят!..

Только сзади кто-то тихо вдруг вздохнул.

Обернулся — голос слышу из-за фотокамер:

«Извини, но ты мне, парень, снимок запорол.

Что тебе — ну лишний раз потрогать мяч руками, —

Ну а я бы снял красивый гол».

     Я хотел его послать —

                    не пришлось:

     Еле-еле мяч достать

                    удалось.

     Но едва успел привстать,

     Слышу снова: «Вот опять!

     Все б ловить тебе, хватать — нé дал снять!»

«Я, товарищ дорогой, все понимаю,

Но культурно вас прошу: подите прочь!

Да, вам лучше, если хуже я играю,

Но поверьте — я не в силах вам помочь».

Вот летит девятый номер с пушечным ударом —

Репортер бормочет: «Слушай, дай ему забить!

Я бы всю семью твою всю жизнь снимал задаром…» —

Чуть не плачет парень. Как мне быть?!

     «Это все-таки футбол, —

                    говорю. —

     Нож по сердцу — каждый гол

                    вратарю».

     «Да я ж тебе как вратарю

     Лучший снимок подарю, —

     Пропусти — а я отблагодарю!»

Гнусь как ветка от напора репортера,

Неуверенно иду наперехват…

Попрошу-ка потихонечку партнеров,

Чтоб они ему разбили аппарат.

Ну а он все ноет: «Это ж, друг, бесчеловечно —

Ты, конечно, можешь взять, но только, извини, —

Это лишь момент, а фотография — навечно.

А ну не шевелись, потяни!»

     Пятый номер в двадцать два —

                    знаменит.

     Не бежит он, а едва

                    семенит.

     В правый угол мяч, звеня, —

     Значит, в левый от меня, —

     Залетает и нахально лежит.

В этом тайме мы играли против ветра,

Так что я не мог поделать ничего…

Снимок дома у меня — два на три метра —

Как свидетельство позора моего.

Проклинаю миг, когда фотографу потрафил,

Ведь теперь я думаю, когда беру мячи:

Сколько ж мной испорчено прекрасных фотографий! —

Стыд меня терзает, хоть кричи.

     Искуситель змей, палач!

                    Как мне жить?!

     Так и тянет каждый мяч

                    пропустить.

     Я весь матч борюсь с собой —

     Видно, жребий мой такой…

     Так, спокойно — подают угловой…