Как в селе Большие Вилы,
Где еще сгорел сарай,
Жили-были два громилы
Огромадной жуткой силы —
Братья Пров и Николай.
Николай — что понахальней —
По ошибке лес скосил,
Ну а Пров — в опочивальни
Рушил стены — и входил.
Как братья́ не вяжут лыка,
Пьют отвар из чаги —
Все от мала до велика
Прячутся в овраге.
В общем, лопнуло терпенье, —
Ведь добро — свое, не чье, —
Начинать вооруженье
И идти на усмиренье
Порешило мужичье.
Николай — что понахальней, —
В тот момент быка ломал,
Ну а Пров в какой-то спальне
С маху стену прошибал.
«Эй, братан, гляди — ватага, —
С кольями, да слышь ли, —
Чтой-то нынче из оврага
Рановато вышли!»
Неудобно сразу драться —
Наш мужик так не привык, —
Стали прежде задираться:
«Для чего, скажите, братцы,
Нужен вам безрогий бык?!»
Николаю это странно:
«Если жалко вам быка —
С удовольствием с братаном
Можем вам намять бока!»
Где-то в поле замер заяц,
Постоял — и ходу…
Пров ломается, мерзавец,
Сотворивши шкоду.
«Ну-ка, кто попробуй вылезь —
Вмиг разделаюсь с врагом!»
Мужики перекрестились —
Всей ватагой навалились:
Кто — багром, кто — батогом.
Николай, печась о брате,
Первый натиск отражал,
Ну а Пров укрылся в хате
И оттуда хохотал.
От могучего напора
Развалилась хата, —
Пров оттяпал ползабора
Для спасенья брата.
«Хватит, брат, обороняться —
Пропадать так пропадать!
Коля, нечего стесняться, —
Колья начали ломаться, —
Надо, Коля, нападать!»
По мужьям да по ребятам
Будут бабы слезы лить…
Но решили оба брата
С наступленьем погодить.
«Гляди в оба, братéнь, —
Со спины заходят!»
«Может, оборотень?»
«Не похоже вроде!»
Дело в том, что к нам в селенье
Напросился на ночлег —
И остался до Успенья,
А потом — на поселенье
Никчемушный человек.
И сейчас вот из-за крика
Ни один не услыхал:
Этот самый горемыка
Чтой-то братьям приказал.
Кровь уже лилась ручьями,—
Так о чем же речь-то?
«Бей братьёв!» — Но вдруг с братьями
Сотворилось нечто:
Братьев как бы подкосило —
Стали братья отступать —
Будто вмиг лишились силы…
Мужичье их попросило
Больше бед не сотворять.
…Долго думали-гадали,
Что блаженный им сказал, —
Как затылков ни чесали —
Ни один не угадал.
И решили: он заклятьем
Обладает, видно…
Ну а он сказал лишь: «Братья,
Как же вам не стыдно!»