Был шторм — канаты рвали кожу с рук,

И якорная цепь визжала чертом,

Пел ветер песню грубую, — и вдруг

Раздался голос: «Человек за бортом!»

     И сразу — «Полный назад! Стоп машина!

     На воду шлюпки, помочь —

     Вытащить сукина сына

     Или, там, сукину дочь!»

Я пожалел, что обречен шагать

По суше, — значит, мне не ждать подмоги —

Никто меня не бросится спасать,

И не объявят шлюпочной тревоги.

     А скажут: «Полный вперед! Ветер в спину!

     Будем в порту по часам.

     Так ему, сукину сыну, —

     Пусть выбирается сам!»

И мой корабль от меня уйдет —

На нем, должно быть, люди выше сортом.

Впередсмотрящий смотрит лишь вперед —

Не видит он, что человек за бортом.

     Я вижу — мимо суда проплывают,

     Ждет их приветливый порт, —

     Мало ли кто выпадает

     С главной дороги за борт!

Пусть в море меня вынесет, а там —

Шторм девять баллов новыми деньгами, —

За мною спустит шлюпку капитан —

И обрету я почву под ногами.

     Они зацепят меня за одежду, —

     Значит, падать одетому — плюс, —

     В шлюпочный борт, как в надежду,

     Мертвою хваткой вцеплюсь.

Я на борту — курс прежний, прежний путь —

Мне тянут руки, души, папиросы, —

И я уверен: если что-нибудь —

Мне бросят круг спасательный матросы.

     Правда, с качкой у них перебор там,

     В штормы от вахт не вздохнуть, —

     Но человеку за бортом

     Здесь не дадут утонуть!