В православных изданиях XIX-XXI веков мы также можем найти жизнеописания монаха Авеля. В некоторых из них монах-провидец изображен истинным христианином, настоящим подвижником, обладавшим пророческим даром и сильно пострадавшим от властей за свои предсказания. Некоторые источники называют его подвижником благочестия и даже именуют его «преподобным отцам». Но есть и другой, критический подход, базирующийся на более беспристрастном анализе исторических документов.
По воспоминаниям современников, монах Авель действительно предстает перед нами как истинный предсказатель-черноризец. Однако есть свидетельства и о так называемой «бесовской прелести» монаха.
Свои откровения Авель, как он сам пишет, получал «свыше», слыша голоса или видя видения. На допросе в Тайной экспедиции при первом аресте Авель заметил, что глас повествовавший ему о царствовании Екатерины Великой и Павла I, возможно, был «демоническим».
О странном характере полученных Авелем «откровений» высказывался и митрополит Санкт-Петербургский Амвросий. После беседы с ним 29 мая 1800 года он пишет в своем послании: «...Из разговора (с ним) я ничего достойного внимания не нашел, кроме открывающегося в нем помешательства в уме, ханжества и рассказов о своих тайновидениях, от которых пустынники даже в страх приходят. Впрочем, Бог весть».
На несколько странное и необычное поведение Авеля в тюрьме Петропавловской крепости указывает и донесение коллежского советника Александра Макарова генерал-прокурору Обольянинову от 26 мая 1800 года.
Как известно, православно-аскетическая литература настаивает на том, что бесконтрольное, некритическое принятие на веру демонических видений и голосов и даже просто контакты с ними часто заканчивается для подвижника умоповреждением.
В качестве доказательства «умоповреждения» авторы критического подхода к личности монаха приводят следующие иллюстрации.
«1) Фрагмент из “Жития Дадамия” — это ничто иное, как изложение своей биографии, поскольку новое имя «Дадамей» по словам Авеля было дано ему “духом”, назвавшим его также “вторым Адамом”. Наличие фантастического бреда величия, переплетенного с еретическими искажениями веры — налицо. “Он (Дадамий) находится во всех твердях и во всех небесах, во всех звездах и во всех высотах, в самом существе в них ликуя и царствуя, в них господствуя и владычествуя”... после этого он “воцарится на тысячу годов”, и будет тогда “по всей земли стадо едино и пастырь в них един, потом мертвые воскреснут”.
2) Грустную картину смешения грубой ереси и бредовых построений человека, потерявшего чувствительность к логическим противоречиям, видим в тексте толкований Авеля на Книгу Бытия:
“В начале сотворены тверди и тверди, миры и миры, державы и державы, царствы и государствы, а потом и протчая вся: и тво-ряша тако и размышляша девять годов сущих и два-десять и един духовных. В сущих годах вся размысли и вся расположи, а в духовных вся сотвори и вся утверди... Потом сотвори человека и выше человека и выша во всяком мире человека; и число всех сотворенных человек, елико есть число всех миров: сотвори Богочеловека по образу своему и по подобию. Сотвори их мужа и жену, имя им положи: Гог и Магог, Адам и Ева; Гог и Адам муж есть: а Магог и Ева жена его; Гог и Магог прежде сотворен: а потом Адам и Ева сотворены. Гог и Магог и семя их до Адама жили на земли три тысячи и шесть сот годов; готова земля и всего рода его вся старая Америка и вся новая Америка. Адамова земля и всего рода его вся Азия и вся Европа и вся Африка — сия убо земля... Сам Гог и Магог жил на земле всех лет живота своего четыреста и два года и четыре месяца, потом умре и погребен бысть. Детей всех было у них сто и два десять и два, пол мужеской и пол женский; и жили они на земли всей жизни, как выше сказано двенадцать тыщ годов: житие их простое на подобие скотов и зверей. Закон им дан естественный, вся творяху по совести: но токмо сей род просветятся при конце века верою и благочестием. Потом же весь род готов и весь род адамов скончаются. А восстанут другие веки и другие роды, и будут тако жить всегда и непрестанно, и тому не будет конца, ей тако. Аминь”.
Заметим, что согласно современной психопатологии такого рода тексты говорят о наличии тяжелого, т. и. парафренного бредового нарушения мышления...»
Вполне вероятно, Авель мог сознательно формировать у знакомцев своих образ себя как провидца-юродивого. Однако, как замечают авторы, «наличие подлинного юродства исключается наличием грубых еретических искажений учения Церкви, как в приведенных выше фрагментах, так и в других его писаниях».
Далее авторы приводят примеры лжепро-рочеств монаха Авеля, т. е. тех, которые не сбывались, хотя и давались именем Бога.
«1) В обоих вариантах автобиографии — в “Житии и страдания отца и монаха Авеля” и в тексте “Жизни и жития отца нашего Дадамия”, написанных им самим, имеется точное указание на то, что Авель-Дадамий должен прожить 83 года и 4 месяца». Однако согласно архивным исследованиям документов Спасо-Ефимиевского Суздальского монастыря, дата смерти Авеля 1857 год. То есть он прожил 74 года.
2) Генерал-прокурор князь Куракин в письме на имя императора Павла I писал о том, что митрополит Санкт-Петербургский
Гавриил упрекал Авеля за его предсказания о своем будущем архиерействе.
3) Согласно протоколу допроса в Тайной экспедиции от 5 марта 1796 года, Авель показывал, что ему были открыты “гласом, яко боговидцу Моисею” следующие подробности: “Егда воцарится сын ея (Екатерины Великой) Павел Петрович, тогда будет покорена под ноги его вся земля Турецкая, и сам султан, и все греки, и будут они его данники; а 2-е, скажи ей, егда сия покорена будет и вера их лжива истребится, тогда будет единая вера и един пастырь по всей земле, тако бо есть писано в Священном Писании. ...Посемже иди и рцы смело Павлу Петровичу и двум его отрокам, Александру и Константину, что под ними будет покорена вся земля”. Этого не случилось...
4) Во время этого же допроса в Тайной экспедиции от 5 марта 1796 года Авель письменно свидетельствовал о том, что сын Екатерины Павел “восстанет” на нее...
И это “пророчество” не исполнилось.
5) В протоколах того же допроса зафиксировано, что Авель особенно настаивал на “божественности” предсказания о том, что “процарствует мати его (Павла I), Екатерина Алексеевна, всемилостивейшая наша государыня 40 лет: ибо так мне открыл Бог”. Однако годы ее царствования с 1762 по 1796, то есть всего 34 года царствования.
Некоторые православные авторы обвиняют монаха Авеля в ереси.
В качестве доказательств они ссылаются на следующие факты.
«Согласно донесению об Авеле генерал-поручика Заборовского графу А. Н. Самойлову от 19 февраля 1796 г., “сделан был ему допрос, но без великого успеха, кроме темного показания о некоем еврее Феодоре Крюкове, которого Авель признавал Месси-ею и которого он видел в Орле”. При допросе, осуществленном несколько ранее преосвященным Павлом, епископом Костромским и Галичским, Авель называл себя “предтечей Готовым”. Епископ Павел также свидетельствовал о вере Авеля в уже состоявшееся пришествие ожидаемого иудеями Мессию в лице некоего еврея Феодора Крюкова и о путешествии его для свидания с Крюковым в г. Орел. Епископом Павлом взгляды Авеля были оценены как ересь.
Заметим, что среди творений, сочиненных Авелем, находилась таблица «Планет человеческой жизни».
«Очевидно еретический характер имеют вышеприведенные его комментарии ветхозаветной истории происхождения человечества. Очевидно — грубое повреждение догмата о первородном грехе. Эсхатологические пророчества Авеля также расходятся с православной традицией — налицо хилиастиче-ские идеи в разных вариантах. Взгляды монаха Авеля на происхождение человеческого рода и грядущие судьбы человечества напоминают некоторые талмудические предания».
Предсказания Авеля были непосредственно связаны с политической жизнью страны. Есть мнение, что сам он был связан с масонами, в частности имел личное знакомство с обер-прокурором А. Н. Голицыной, известным масоном. На тесную связь Авеля и А. Н. Голицына указывал и известный церковный историк М. В. Толстой. Он же приводит и такой удивительный факт: «При кончине в распоряжении крепостного крестьянина Василия Васильева (монаха-нестя-жателя Авеля), проведшего значительную часть жизни в казематах и тюрьмах, оказалось составляющим 10,5 тысячи рублей ассигнациями. Эту сумму Авель пожертвовал перед смертью на устроение нового иконостаса в церкви Св. Николая в Спасо-Ефи-миевом монастыре и на нужды монастыря». (Для сравнения: годовое жалованье профессора Московского университета в ЗО-е годы XIX века составляло 300 рублей в год.)
Этот же автор приводит и неблагосклонный отзыв об Авеле и его предсказаниях св. Филарета Московского: «Митрополит Филарет по поводу последнего предсказания Авеля писал от 25 апреля 1829 года своему викарию Иннокентию из Петербурга между прочим следующее: “Слух о предсказателе в Серпуховском монастыре, без сомнения, относится к известному Авелю, который там был, но который в 1826 году за то, что, как говорили, предсказывает, заключен в Спа-со-Ефимиев монастырь, где и доныне остается. Жаль, что вы сего не знали, и не сказали, кому следовало”. Затем уже от 2 мая 1829 года Филарет писал: «Возвращаю вашему преосвященству переписку о предсказательной молве. Благодарю, что вы хорошо развязали сей узел. Одно не худо бы прибавить, что Авель уже сидит под надзором».
Далее, авторы делают следующее заключение: «Вышеизложенные факты говорят о том, что жизнь Василия Васильева (монаха Авеля) вряд ли может быть оценена как жизнь подвижника благочестия. Перед нами почти неоспоримые свидетельства о лжепророке, пребывавшем в демонической прелести, вера которого характеризовалась грубыми искажениями догматического характера. Мы также имеем косвенные свидетельства в пользу того, Авель со своими “пророчествами”, к которым относились с большим доверием в столичных светских салонах, мог быть в той или иной степени ангажированным в большие политические интриги своего времени (возможно, в связи с деятельностью масонов), — слишком политизированным был характер его “пророчеств”. В этом ключе становится объяснимым таинственный источник его огромного богатства. Существующий в настоящее время образ Авеля как православного подвижника-монаха и истинного пророка о судьбах России, присутствующий в том числе и в православных изданиях, представляется нам не соответствующим фактам, реально имевшим место в прошлом. Остается только удивляться, в силу чего все эти факты, доступные для широкого читателя на протяжении более чем столетия, традиционно игнорируются теми, кто пишет о прорицателе-Авеле».