Нас торжественно встречали во всех портах, куда бы мы ни приходили. Даже в Японии, где «Сибирякову» поставили новый вал.

Из Владивостока мы разъезжались кто куда.

У всех были свои дела, свои земные заботы.

Через несколько месяцев в Москве я устроил выставку рисунков, которые сделал на ледоколе.

Теперь, когда я вспоминаю свою жизнь, мне порой кажется, что началась она с плавания на «Сибирякове», со знакомства с Отто Юльевичем Шмидтом.