Немного придя в себя, мисс Морроу, Барри Кирк и капитан Фланер принялись громко обсуждать последнюю новость, и только Чарли Чан, сидя в сторонке, сохранял неподвижность статуи Будды и проявлял, казалось, полнейшее равнодушие ко всему услышанному и увиденному.

– Вторник во многое внесет ясность, – задумчиво промолвил китаец. – И моя миссия здесь наконец-то завершится.

– Но если к среде не удастся закончить расследование, вы ведь не уедете? – уточнил Кирк.

– Я пообещал своему новорожденному сыну, что как можно скорее вернусь домой. Если майор опознает в этой женщине свою супругу, это и будет разгадка. А с непредвиденными обстоятельствами разберется капитан.

– Не сомневайтесь, я справлюсь, – заверил китайца Фланер, перед тем как уйти в комиссариат.

– До среды еще много всего может произойти, – возразил Кирк, когда они с Чарли остались одни. – А мне бы хотелось исполнить свое обещание относительно клуба «Космополитен». Как вы относитесь к тому, чтобы отправиться туда сегодня же?

– Не откажусь, – обрадовался Чарли. – Я давно мечтал посетить это заведение.

– В таком случае приходите к двенадцати в мою контору вот по этому адресу, – протянул он визитную карточку. – Парадизу скажите, что мы пообедаем в городе.

Барри переоделся и уехал, а Чарли Чан, любуясь из окон пентхауса грандиозной городской панорамой, остался в одиночестве – впрочем, ненадолго. Билл Рэнкин, весь сияя от гордости, принес обнаруженную в архиве газету с заметкой, посвященной происшествию в Пешаваре пятнадцатилетней давности. Текст отличался предельной краткостью.

«Молодая супруга майора Эрика Дюрана, Ева Дюран пропала во время вечеринки. Вот уже два дня идут поиски, к которым привлечен английский корпус».

«Газета вышла пятого мая, следовательно, Ева Дюран пропала третьего, – подумал Чарли. – И ни слова о полковнике Бетхеме».

Тем временем журналист принялся жаловаться на то, что ни мисс Морроу, ни капитан Фланер ничего ему не сообщают, а он так мечтает опубликовать сенсационный материал в газете «Мир»!

– Мне тоже при всем моем желании пока нечего вам рассказать, мой друг, – успокоил Билла сержант Чан. – Но как только что-нибудь прояснится, вы станете первым, кто об этом узнает. Обещаю.

Когда Рэкин ушел, Чарли Чан опять прочел заметку, снял с полки книгу Бетхема «Исповедь путешественника» и, перелистав несколько страниц, удовлетворенно кивнул.

Ровно в полдень китайский детектив и Барри Кирк ступили в холл клуба «Космополитен», известного как излюбленное место встреч финансистов, репортеров, литераторов, артистов, музыкантов и художников.

Вновь пришедшие моментально оказались в центре внимания. Мистер Кирк представил гостя своим знакомым. Вскоре к их столику приблизился полковник Бетхем и попросил разрешения присесть.

– Конечно, мистер Бетхем! Мы так рады вас видеть! – воскликнул мистер Кирк. – Не хотите ли сигару?

– В прошлый раз, господа, мы с вами виделись в печальный вечер убийства сэра Фредерикса Брука. Какая трагедия! Неслыханная потеря для мировой криминалистики! Надеюсь, преступника уже поймали?

– Увы, пока нет, – ответил Кирк.

– Сержант Чан, вы ведь участвуете в расследовании? Как вы прокомментируете сложившуюся ситуацию?

– Дело в руках здешней полиции и окружной прокуратуры.

– А ваша роль, с позволения спросить?

– Я тут всего лишь турист, совершающий прогулку. Сегодня я здесь, а завтра уплыву в Гонолулу.

– Не скромничайте, мистер Чан. Раз уж вы не уехали назад в Гонолулу, значит, это дело вас зацепило. Не сомневаюсь, что такой профессионал, как вы…

– Честно говоря, я тороплюсь домой, – перебил Чарли собеседника, хотя обычно не позволял себе такой бестактности. – Как идет подготовка к вашей новой экспедиции?

– Пока не очень, требуется собрать пятьдесят тысяч долларов. Миссис Дайсон Кирк, ваша бабушка, мистер Кирк, предлагает вложить часть своих средств, но я не рискую воспользоваться ее щедростью.

– Почему? Если бабушка так решила, никто не станет ее отговаривать и тем более упрекать, – заметил Барри. – А можно узнать, какова цель вашего очередного путешествия?

– В пустыне Гоби я обнаружил развалины древнего города. Судя по всему, он датируется первым веком. Я привез оттуда монеты и манускрипты, которые требуют самого тщательного исследования. Разумеется, раскопки необходимо продолжать.

– В таком случае позвольте пожелать успеха вам и вашему предприятию.

– Благодарю и от души надеюсь, что злодей, лишивший жизни сэра Фредерикса, в скором времени будет найден и наказан.

– Знаете, он восхищался вами! – неожиданно произнес китаец.

– В самом деле? – с деланной улыбкой поинтересовался полковник.

– Конечно. В вещах мистера Брука нашлось множество ваших книг, – продолжил Чарли Чан, украдкой наблюдая за реакцией собеседника, но тот выказывал полнейшее равнодушие.

– Мне лестно слышать такое, – ответил Бетхем, гася сигарету в пепельнице и поднимаясь, чтобы попрощаться. – Желаю вам поскорее закрыть это дело и покарать убийцу.

Чарли Чан и мистер Кирк проводили путешественника внимательным взглядом, после чего Барри шепнул китайцу:

– Знаете, дорогой друг, мне отчего-то не верится, что смерть сэра Фредерикса хоть чуть-чуть опечалила полковника.

Они уже вышли на улицу, когда Кирк вдруг вспомнил о ежегоднике «Космополитена». К его удивлению, Чарли не проявил к этому ни малейшего интереса. После клуба китаец сразу отправился в пентхаус, а мистер Кирк заехал к своему адвокату.

Утро вторника выдалось на редкость дождливым и холодным.

Мисс Морроу оказалась в доме мистера Кирка раньше всех. Она очень волновалась в предвкушении встречи майора Дюрана со своей пропавшей женой.

– Майор Дюран уже приехал? – спросил у Джил Чарли Чан.

– Да, Фланер отправился встречать его на вокзал. Но майор как истинный английский джентльмен не станет заниматься делами, не отдохнув с дороги и не приведя себя в порядок.

– Совершенно справедливо, – охотно согласился мистер Кирк. – Поездку из Чикаго при всем желании не назовешь легкой и приятной. А эта лифтерша сегодня работает?

– Я недавно видела ее, – отозвалась мисс Морроу. – Представляете, что будет, когда выяснится, что она плюс ко всему еще и Ева Дюран? Это же настоящая сенсация! Чарли, вы просто молодец!

– Случалось, что и я рыскал подобно охотничьей собаке, потерявшей след добычи, – признался китаец и принялся торопливо расхаживать по комнате из угла в угол.

– Лучше присядьте с нами и перестаньте волноваться, – предложил наконец Кирк. – Глядя на вас, можно подумать, будто вы ожидаете приема у зубного врача.

– Опасаюсь, как бы капитан Фланер снова не сделал меня объектом своих насмешек. Это небезвредно для нашего дела – я-то потерплю.

Ожидание, как обычно, длилось долго. Лишь в четыре часа раздался звонок в дверь. Поспешно отворив ее, Кирк увидел капитана Фланера и неказистого приземистого англичанина.

– Позвольте представить вам инспектора Даффа, – отчеканил полицейский. – Майор Дюран уже здесь?

– Вы каким-то образом разминулись? – удивилась девушка.

– Я вам скоро все объясню. Он должен прийти с минуты на минуту. Будет прекрасно, если кто-нибудь спустится встретить майора. Нежелательно, если он окажется в лифте, где работает его предполагаемая супруга. Хотя нет, лучше я сделаю это сам. Я единственный, кто знает майора Дюрана в лицо.

– Каким образом Дюран оказался в Сан-Франциско? – поинтересовался Чан у инспектора Даффа.

– Примерно неделю назад сэр Фредерикс послал ему телеграмму с приглашением. Мы ехали в Чикаго одним поездом.

– Мистер Дюран непременно поможет нам установить истину, – вступила в разговор Джил Морроу.

– Эти бархатные туфли буквально не выходят у меня из головы, – задумчиво произнес Дафф.

– Преступник, который расправился с Фредериксом Бруком, очень хитер. Он специально придумал эту мнимую улику, чтобы сбить нас с пути или повести по ложному следу, – поделился своим мнением Барри.

– Мне это известно, – кивнул инспектор. – Но все же факт остается фактом. Скажите-ка, а мистер Парадиз все еще служит у вас? Мне хотелось бы допросить его перед уходом. Я получил информацию о его повышенном интересе к корреспонденции сэра Фредерикса.

Вскоре в квартиру вернулся капитан Фланер в сопровождении высокого, средних лет блондина в плаще.

– Разрешите осведомиться, по какой причине сэр Фредерикс пригласил вас в Сан-Франциско? – спросил Фланер, представив майора Дюрана всем присутствующим.

– Он дал мне понять, что располагает сведениями, касающимися местонахождения моей супруги.

– До этого вы имели какую-либо информацию на сей счет?

– Абсолютно никакой. Ни малейшей.

– Вы узна́ете свою жену после стольких лет разлуки с ней?

– Разумеется. Ее образ до сих пор не изгладился из моей памяти.

– У нас есть все основания полагать, что ваша супруга сейчас здесь, в этом здании.

Несмотря на свое английское хладнокровие, Дюран побледнел и подскочил на месте.

– Не может быть! – крикнул он. – Вы шутите, господа! – Немного успокоившись, он печально покачал головой. – Я не верю вам, извините. Прошло пятнадцать лет, и я успел потерять всякую надежду. И потом, зачем моей жене, если она жива, так жестоко поступать со мной? Прятаться от меня? Терзать? Нет, это чья-то злая шутка.

– Я прошу вас взять себя в руки, набраться терпения и немного подождать, – произнес капитан Фланер и вышел из квартиры.

Майор Дюран заметался из угла в угол, бормоча себе под нос:

– Нет, это немыслимо! Ева здесь? Чушь! Будь она жива и здорова, она давно разыскала бы меня.

Минут через пять дверь распахнулась, на пороге показался Фланер. С растрепанными волосами и потным, пылающим от жара лицом грозный капитан являл собой лишь жалкое недоразумение.

– Удрала! – воскликнул он. – Вы только представьте себе: вышла из лифта на седьмом этаже и смылась по черной лестнице!

В полнейшем отчаянии майор Дюран зажал лицо ладонями и зарыдал.