Неокортекс ищет паттерны знакомых стимулов, чтобы знать, чего ожидать и насколько быть готовым к тому, что может случиться. Поэтому он всегда использует то, что в науке называется распознаванием паттерна: мы используем наши нервные сети ассоциативной памяти для сопоставления того, что усвоили и испытали на опыте, с какими-либо стимулами из внешнего мира. Как только хотя бы один из наших органов чувств получает стимул из внешней среды, этот стимул активирует ассоциативную память, размеченную в неокортексе в результате прошлого опыта в виде нервной сети.

Кроме того, когда мы испытываем изменение во внешней среде, тело немедленно реагирует. Например, если мы входим в темную комнату, наши зрачки моментально расширяются. Это известно как ориентировочная реакция или ориентировочный рефлекс. Эта реакция включается не только когда мы испытываем изменение во внешней среде, но также и когда мы сталкиваемся с чем-то непривычным.

Если имеется совпадение между внешним воздействием и внутренним представлением и если это совпадение признается как известное воспоминание, не несущее угрозы, тогда неокортекс может решить, что тело в безопасности. В этом случае тело расслабляется, а внимание перемещается на следующий потенциал, идущий из внешнего мира.

Выживание всегда сопряжено с оценкой следующего момента на основании моментов прошлого; оно никогда не обращается исключительно к настоящему моменту.

Если внешний стимул соответствует нервной сети, хранящей воспоминание об известной опасности (например, хищнике), в момент его получения мозг начинает реагировать, прибегая к естественным, примитивным механизмам выживания.

Реакция выживания заставляет мозг активировать автономную нервную систему в режиме «борьба или бегство». Когда такое происходит, вся энергия неокортекса перемещается в средний мозг, чтобы подготовить тело к ответу на грозящую опасность. Мы больше не думаем и не рассуждаем; мы реагируем. Теперь тело готово отвечать на угрозу либо путем беспощадной битвы, либо отчаянного бегства. Борьба или бегство – это все, что нам остается в таком состоянии. В большинстве случаев многие виды предпочтут удалиться от хищника или неприятного раздражителя. Бегство часто оказывается лучшим вариантом, чем борьба.

Некоторые страхи легко узнаваемы: столкнувшись с медведем в лесу, никто не станет задумываться, бороться ему или бежать. Но что, если вы девушка, вы пришли на свадьбу со своей подругой и вас просто передергивает от жуткого типа, сидящего рядом за столом? Вы станете намекать подруге, что хотите уйти. А она не будет обращать на вас внимания, щебеча с очаровательными мужчинами. Во время этой беседы вы сидите тихо, отстраненно и испытываете почти враждебность к окружающим. Наконец, когда вы идете в женскую комнату, подруга хватает вас за локоть и говорит: «Да что с тобой такое? Почему ты такая злюка?» И тогда вы отвечаете ей: «Я не знаю. Парень слева за столом напоминает моего бывшего мужа, и мне от этого не по себе».

В этом случае можно сказать, что внешний стимул в виде джентльмена, сидящего рядом с вами, запустил нервную сеть, хранящую воспоминания о вашем бывшем муже. В результате ассоциации вы отреагировали так, словно этот незнакомый человек был вашим мужем. Черты его лица, особенности голоса или другие известные вам признаки вызвали у вас знакомое воспоминание, вместе с массой химически обусловленных ощущений, и это вызвало достаточный дискомфорт, чтобы вам захотеть уйти. Вы воспользовались прошлым воспоминанием для определения настоящего момента. Вы провели оценку ситуации, основываясь на ощущении. Почему? Потому что все наши воспоминания имеют соответствующие ощущения, связанные с ними. Выживание в действительности является эмоциональным режимом действия.