Прежде чем мы двинемся дальше в этом рассуждении о мысленной проработке и процессе совершения изменений в нашей жизни, я хочу сказать несколько слов о любви. Вы можете подумать, что в мою книгу попали несколько страниц из другой, но это действительно моя книга. Когда раньше я говорил о мотивации, я обходил на цыпочках тему любви. Теперь же, я думаю, пришло время выйти из тени и сказать в полный голос: я хочу, чтобы вы влюбились. И я имею в виду не мимолетное увлечение, а глубокое и всеохватное чувство любви – любви к образу нас самих или нашего мира, который мы хотим увидеть в реальности. Причина этого проста.

Любовь – это мощнейший мотиватор. Мозговая химия любви отлична от химии, которую мы вырабатываем в режиме выживания.

Любовное зелье, выделяемое в средний мозг, создает связи у всех млекопитающих. Испытывая любовь к нашему идеалу, мы химически объединяемся с новой версией самих себя.

Вспомните, как это бывает, когда мы влюбляемся в кого-то (или хотя бы подумайте об этом) – мы можем перескакивать через небоскребы, чтобы снова увидеть любимого человека. Никакие срочные дела, никакие предыдущие планы не важны настолько, чтобы не поменять их, оставив в нашей жизни место для любви. Вот каким должен быть этот процесс мысленной проработки новой версии нас самих. Мы должны влюбиться в это новое видение себя, в этот образ, чтобы он никогда не мог утомить нас, наскучить нам. Все мы являемся произведением в процессе создания. Мы всегда должны ощущать, что хотим быть едины с нашим новым образом, и общаться с ним как можно чаще. Мы должны объединиться с паттерном мышления, который будет постоянно вдохновлять нас, ободрять и исцелять. Ведь создание новых синаптических связей – это процесс творческий и радостный. Все животные в природе проявляют максимум игривости и радости при начале своего развития, когда формируют новые синаптические связи в большом масштабе.

И подобно тому, как, когда мы влюбляемся, объект нашей любви видится нам идеальным воплощением всего чистого и истинного, именно такое чувство мы должны испытывать к будущим себе. Ведь какой был бы смысл во всем этом, если бы мы не стремились к совершенству? Как иначе мы сможем мотивировать себя проводить на одном месте по несколько часов, необходимых для размышлений и созерцания чего-либо, кроме идеала? Зачем ставить цель для себя, которой не захочешь добиваться? Возможно, это не слишком оригинальная мысль, но я верю, что все, за что стоит браться, нужно выполнять как можно лучше.

Можете быть уверены, речь не идет о каком-то «журавле в небе», на которого мы смотрим в розовых очках, или о типичном настрое «помоги себе сам». Я действительно верю, что, если мы собираемся посвятить время мысленной проработке нового идеала, возникшего у нас в лобной доле, чтобы эта идея стала для нас более реальной, чем внешнее окружение, образ, который мы будем удерживать перед мысленным взором, должен быть не чем иным, как самой высокоразвитой версией того, кто мы есть или какими можем представить себя – проявляем ли мы более совершенное понятие о терпеливости, решительности, здоровье или благодарности.

Например, изменение себя путем преодоления болезни активирует уровень разума, который изменяет все тело. Создание новой нервной сети, которая обрежет побеги дурных, дисфункциональных отношений и привнесет здоровое, осмысленное, любящее единство в нашу жизнь, коренится в настрое на то, что мы этого достойны. Путь к тому, чтобы стать энергичней и сбросить 20 кг, начинается у нас в уме. Чем более мы организованны, тем больше новых возможностей нам открывается. Мысленная проработка состояния уверенности может открыть двери в новую жизнь. Если разум и тело объединены, на нашей стороне сила вселенной. Это уровень разума, при котором наше намерение и наши действия вызывают желаемые результаты, снова и снова.

Эйнштейн сказал, что никакую проблему невозможно решить, оставаясь на уровне сознания, породившем ее. Это же верно в отношении людей, которые пережили излечение от физических недугов. Они создали новый уровень разума, при котором их тело получило новые нейрохимические сигналы, отличные от породивших их нездоровое состояние. Они поняли, что, если примутся за когнитивную проработку и останутся погруженными в прежние эмоции отчаяния, сомнения или страха, их усилия по изменению ситуации окажутся тщетными. Они осознали, что их бывшее «я» не только было заключено в самоопределяющих эмоциях, но охватывало те самые состояния ума, которые активировали клеточную генетику, вызвавшую патологический статус-кво. Вместо этого они перешли к радостному состоянию бытия. По существу, занимаясь мысленной проработкой, мы становимся кем-то другим в том плане, что заканчивая ее, обнаруживаем в себе приметы новой личности с новыми мыслями и характерными особенностями.

Представьте, что люди из главы 2, излечившиеся от серьезных заболеваний, увидели бы мысленным взором, как их опухоль сжалась на сантиметр, только чтобы перестать давить на нерв, а не новую жизнь, полностью свободную от болезни? Они просто практиковали ощущение здоровья и счастья вместо депрессии и болезни. Разумеется, они могли бы довольствоваться некоторой пользой и от мыслей меньшего размаха. Но благодаря тому что они подняли планку так высоко, выше была их мотивация, и они получили награду, равную их усилиям по сфокусированной концентрации.

Есть и другая причина целиться повыше: важно, чтобы наша лобная доля была вовлечена в выполнение непривычного задания. Мы уже немало говорили о непривычном и его действии в отношении закрепления новых нервных цепей. Рисуя в воображении новых себя, мы не просто собираемся формировать новые нервные цепи. Нам предстоит складывать трехмерный объемный образ своего идеала через акт мысленной проработки. Лобная доля любит решать сложные задачи. Она жаждет трудностей, сопутствующих комбинированию заново усвоенной информации с фрагментами прежних знаний и прошлого опыта из широкого круга источников, чтобы затем перерабатывать их в новые паттерны. Лобная доля так хорошо умеет это делать, что единственным ограничением в ее способности выстраивать эти модели является наш собственный навык видения своего идеального «я».

Давайте шагнем дальше в этом направлении. Влюбляясь в понятие «я», которое мы еще не пережили на опыте, мы должны понимать, что у нас отсутствует предварительный эмоциональный компонент, ассоциирующийся с этим (помните, что все воспоминания имеют соответствующие эмоции). Поэтому единственная эмоция, которую мы можем приложить к новому видению нашего «я», это наша сознательная любовь. Позвольте мне высказать это снова. Если мы с самого начала любим образ нашего будущего «я», любовь – это единственная эмоция, которую мы можем с ним ассоциировать, поскольку нам только предстоит пережить наше новое «я» на опыте. Эти переживания еще впереди, и они являются важной частью развития нашего мозга до наивысшей возможной степени. Побочным эффектом такого креативного процесса является радость².