Блаженства полного никто вкусить не может:

В счастливейшие дни нас что-нибудь тревожит;

Всегда волнение каких-нибудь забот

Довольству нашему дорогу перебьет.

Я их невидимым отравлен уязвленьем:

Я полон радости — и мучусь опасеньем.

Я видел труп врага, отмщенный мой позор,

А руку мстителя не вижу до сих пор.

С напрасным рвением, свершая труд ненужный,

Сную по городу, разбитый и недужный, —

Остаток ветхих сил снедая до конца

В бесплодных поисках отважного бойца.

Повсюду в этой тьме, спустившейся на землю,

Стремясь его обнять, я только тень объемлю;

Любви, обманутой на всех ее путях,

Сомненья тайные внушают новый страх.

Того, чтоб он бежал, нет ни одной приметы;

Опасен графский дом и графские клевреты;

Их грозным множеством мой разум устрашен.

Родриго нет в живых, или в темнице он.

О небо правое! Ошибся я, как прежде,

Иль сбыться наконец дано моей надежде?

То он, сомненья нет; исполнилась мечта,

Боязнь рассеяна, и скорбь пережита.